«Не надо ворошить прошлое»: почему Хрущёв «сдал» своего спасителя — маршала Жукова

В последние годы жизни Сталина маршал Георгий Жуков оказался в опале. Несколько его близких соратников и друзей были осуждены на 25 лет, сам он был отправлен руководить третьестепенным Уральским военным округом.

Но всё изменилось после смерти Сталина и падения Берии. Зная о враждебном отношении Жукова к Берии, Хрущёв, Маленков, Молотов и Булганин заручились его поддержкой. Именно военным было поручено арестовать могущественного силовика, а затем охранять его до суда. Жуков лично руководил арестом некогда всесильного наркома.

За помощь в деле Берии он получил пост министра обороны, а также стал кандидатом в члены Президиума ЦК (так в то время именовалось политбюро). В 1956 году Жуков получил очередную звезду Героя Советского Союза.

В это же время над головой Хрущёва стали сгущаться тучи, он вызывал недовольство старых соратников Сталина. В 1956 году на ХХ съезде партии Хрущёв первым успел развенчать сталинский культ личности и тем самым вывести себя из-под удара. Это выступление поставило в крайне щекотливое положение всю сталинскую гвардию, ведь при желании генсек мог избавиться от любого из них, припомнив их участие в массовых репрессиях. Поэтому они решили сыграть на опережение.

18 июня 1957 года прямо на заседании Президиума ЦК на Хрущёва обрушился с критикой Маленков, а затем его поддержали и остальные представители сталинской гвардии. После разноса Хрущёва началось голосование по его отставке. Семь членов проголосовали за. Четверо, включая самого Хрущёва, против. Сам генсек настаивал на том, что его может снять только Пленум ЦК, который утверждал его в должности.

Вынесение вопроса на голосование Пленума ЦК было невыгодно противникам Хрущёва, поскольку там он имел бы куда большую поддержку. В критический момент на выручку генсеку пришёл Микоян, убедивший всех перенести заседание на следующий день, поскольку некоторые его члены отсутствовали, а без них нельзя было принимать такое важное решение.

Воспользовавшись этой паузой, Жуков помчался на помощь. Министр обороны тут же связался с регионами и потребовал в кратчайшие сроки выделить военные транспортные самолёты для переброски в Москву секретарей ЦК, поддерживавших Хрущёва. Он также лично поговорил с Ворошиловым, пытаясь убедить его прекратить поддерживать заговорщиков и перейти на сторону Хрущёва, но тот отказался.

Переброшенные военными самолётами хрущёвцы осадили Президиум ЦК и потребовали созыва пленума. Заговорщики противились, но после долгих и тяжёлых переговоров согласились.

Звёздный час Жукова

Там Хрущёв с самого начала имел большинство сторонников, поэтому Пленум ЦК разбирал не вопрос об отставке Хрущёва, а громил Антипартийную группу.

Министр обороны Георгий Жуков хорошо подготовился к этой политической баталии. В кратчайшие сроки по его поручению в архивах были отобраны секретные документы, раскрывающие негативную роль Молотова, Кагановича и Маленкова в массовых репрессиях. Маршал раздобыл подписанные ими расстрельные списки, разного рода донесения, отчёты Сталину и прочие сведения.

Скандальные документы Жуков зачитал в первый день Пленума ЦК. Он говорил о конкретных преступлениях против членов партии, выступая перед партийной номенклатурой. Особые эмоции у слушателей вызвало зачитанное Жуковым донесение Маленкова Сталину о создании специальной тюрьмы для партийных кадров. При этом отдельно были приведены примеры эпизодов репрессий, которые происходили без санкции Сталина, по личной инициативе Кагановича, Маленкова и Молотова. Маршал бился как лев, и то, что Хрущёву удалось победить, во многом стало заслугой Жукова.

«Благодарность» Хрущёва

По воспоминаниям маршала, в первый день Президиума ЦК, когда положение для Хрущёва было критическим, он обратился к нему с мольбой: «Георгий, спасай положение, ты это можешь сделать. Я тебе этого никогда не забуду».

Хрущёв действительно не забыл, только его «благодарность» оказалась очень специфической. Четыре месяца спустя он изгнал Жукова из армии.

Поначалу всё шло хорошо. Жуков не только сохранил пост министра обороны, но и был включён в состав Президиума ЦК. Впрочем, пребывание Жукова в этом органе власти было недолгим. Он продержался там ровно четыре месяца, установив антирекорд по срокам пребывания.

В октябре Жукова отправили в поездку в Югославию. Пока маршал отсутствовал, вопрос о его смещении был согласован на самом верху. С одобрения Хрущёва руководитель Главного политического управления армии и флота Желтов поручил провести в военных частях собрания партийного актива, на которых Жуков был подвергнут разгромной критике.

Вернувшегося в СССР маршала практически с аэродрома повезли на заседание Президиума ЦК, где слово взял Суслов, начавший распекать Жукова за упущения в работе. Затем попеременно выступили все члены Президиума ЦК, высказавшие свои претензии, а Микоян, по воспоминаниям Жукова, в пылу полемики обронил фразу: «Откровенно говоря, мы вас боимся».

Президиум ЦК единогласно одобрил решение снять маршала с поста министра обороны и более подробно разобрать его упущения на Пленуме ЦК через несколько дней. Там Жуков подвергся полному разгрому. Никто из Президиума ЦК, Секретариата ЦК, верхушки армии не выступил в поддержку маршала. Кого-то Жуков когда-то обругал, против чьего-то назначения на важный пост протестовал, кто-то его просто опасался. Теперь все припоминали ему личные обиды.

В последний день Пленума ЦК дали слово маршалу. Тот признал ошибки и недостатки, в которых его винили, и пообещал исправить их. Затем слово взял Хрущёв, который произнёс бурную речь и предложил провести голосование по вопросу исключения маршала из Президиума ЦК и Секретариата ЦК. Предложение генерального секретаря было поддержано единогласно.

Через несколько дней в газетах было опубликовано постановление Пленума ЦК, гласившее: «Товарищ Жуков нарушал ленинские, партийные принципы руководства Вооружёнными силами, проводил линию <…> на ликвидацию руководства и контроля над Армией и Военно-морским флотом со стороны партии, её ЦК и правительства.

Товарищ Жуков в результате недостаточной партийности <….> возомнил, что он является единственным героем всех побед, достигнутых нашим народом и его Вооружёнными силами под руководством Коммунистической партии, грубо нарушал ленинские, партийные принципы руководства Вооружёнными силами».

Зачем Хрущёв так поступил

Жуков был снят со всех постов и уволен из армии. Только в брежневские времена опальный маршал вновь начал привлекаться к государственным мероприятиям, связанным с войной, и даже был награждён ещё одним орденом Ленина.

Но что заставило Хрущёва столь низко обойтись с человеком, который один раз помог ему, а второй раз попросту спас?

Та помощь, которую Жуков оказал Хрущёву, в конце концов послужила аргументом против него. Если кто-нибудь захотел бы вновь свергнуть генерального секретаря, ему достаточно было заручиться поддержкой Жукова. Да и сам маршал мог возжелать большего — по примеру своего фронтового приятеля Эйзенхауэра, как раз тогда ставшего президентом США. А страх «бонапартизма» в партии всегда был очень силён.

Кроме того, раскрыв архивы ради политических баталий, Жуков стал опасен для многих. В большом терроре участвовали не только Сталин и его приближённые, свою лепту внесли многие, и компромат имелся почти на каждого. Хрущёв и его окружение лично могли убедиться в том, какую мощь имеют архивные справки, на примере разгрома Антипартийной группы. Для Хрущёва развенчание репрессий было лишь элементом политической борьбы.

Жуков принял всё всерьёз и активно взялся добиваться реабилитации пострадавших в чистках военных. Более того, маршал решил наказать и тех, кто в своё время писал губительные доносы. Так, ему удалось добиться лишения звания и изгнания из армии Героя Советского Союза, генерал-полковника Галицкого, который 20 лет назад написал донос на своего начальника Асланова и позднее занял его место.

Хрущёв не собирался ворошить прошлое, Жуков же требовал привлечения виновных в расстрелах командного состава РККА. Поэтому, когда Микоян сказал, что Жукова боятся, он не врал. Те, кто знал за собой различные грешки, боялся за свои позиции в системе. Те, кто обладал могуществом и властью, опасались конкуренции Жукова, обладавшего и харизмой, и популярностью, и решительностью.

Маршал стал угрозой и для тех и других, поэтому его атаковали и принесли в жертву превентивно и с поразительным единодушием. После увольнения из армии он не был зачислен в Группу инспекторов Министерства обороны. Этот орган был создан специально для возрастных и заслуженных военачальников, уходивших в отставку.

При Хрущёве маршала не приглашали на публичные мероприятия. С середины 60-х годов, после прихода к власти Брежнева, он был негласно реабилитирован. Жукова стали приглашать на торжественные мероприятия и научные конференции, связанные с историей ВОВ. Он выступил научным консультантом нескольких документальных фильмов и опубликовал мемуары.

В 1974 году маршал Жуков скончался в возрасте 77 лет, перед этим пережив несколько инфарктов. Похоронен у Кремлёвской стены, что свидетельствует о том, что он вышел из опалы и на высшем уровне признан в качестве одного из важнейших деятелей своей эпохи.

Евгений Антонюк, Life.ру