24 февраля - день, который потряс мир

День, когда российская элита власти начала войну против соседней страны, изменил политику во всем мире, и «Согласие» должно было четко спозиционироваться в новой ситуации. Я взял на себя ответственность и с самого утра в очень четких выражениях высказал мнение партии, осудив агрессора. «Согласию» надо было реагировать быстро и однозначно. Чтобы удержать наших людей от недопустимых, совершенных в смятении шагов, от позиционирования на стороне того, кто совершил нападение. Было ясно, что после агрессии России начнется поиск «агентов влияния», «пятой колонны» среди латвийских русских. Но это наши люди, которые в течение долгих лет доверяли нам, которые ожидали, что мы заступимся за них и сумеем амортизировать движение политики Латвии по пути этнократии. Чтобы защитить этих латвийцев, ради них и от их имени я сказал, на чьей мы стороне. Я и им самим хотел сказать - будем держаться вместе, стоять за Латвию! В то же время я понимал, что падение будет большим, и что многие захотят собрать эти голоса приятными для многих фразами - что все не так однозначно; не одна Россия виновата и т.д.

Отток от «Согласия» привел к растерянности и среди членов партии, и среди избирателей. Отдельные из наших лидеров  начали путаться в географии и истории Украины, другие начали продвигать наивную (в лучшем случае) доктрину о «нейтральности Латвии» и «гарантиях безопасности от всех соседних с Латвией стран». Они не понимают (или делают вид, что не понимают), что это замаскированная позиция выхода Латвии из НАТО, дистанцирования от Европейского Союза, международного изоляционизма Латвии или даже попадания под влияние агрессора. Ни как политик, ни как человек я не могу это поддерживать. 

Поддержка независимости Латвийской Православной церкви - политическая ошибка или государственно-правильное решение? 

Не является секретом, что правящая коалиция сначала обсуждала не вариант о независимой и самостоятельной Латвийской Православной церкви, а о ее присоединении к Константинопольской Православной церкви. Правящая элита понимала и то, что для такого решения в Сейме хватает голосов, и то, что это все же рискованный и политически опасный путь. Это понимали и руководители церкви. Я призвал выбрать политически невыгодную, но правильную с государственной точки зрения позицию - поддержать автокефалию ЛПЦ, не позволить нашему политическому радикальному крылу продвигать вариант Константинополя. Было ясно, что у избирателей будет много упреков по поводу политического вмешательства в религиозные дела, что «Согласие» превратят в главный объект гнева, и что «Согласие» будут обвинять в расколе церкви. Нам действительно не было выгодно включаться в принятие этого решения. Но если бы мы действовали в соответствии с правильным политическим расчетом, это создало бы для православных намного более серьезные проблемы и угрозу раскола. Сейчас у них есть возможность сохранить свои доктрины, ритуалы своей церкви, свои праздничные даты. ЛПЦ может сохранить единство и быть открытой к сотрудничеству с православными и на Западе, и на Востоке. 

Да, не было никаких сомнений, что за неделю до выборов нельзя успеть полноценно разъяснить избирателям такую позицию (и нет сомнений в том, что именно таким был политический расчет правящих партий). Да, это была сознательная политическая ошибка. Правильная с государственной точки зрения политическая ошибка, поскольку выгодная для партии позиция была бы нечестной по отношению к православным Латвии. 

О партийных финансах 

Когда я стал председателем  «Согласия», я взял на себя ответственность, в том числе, и за финансовые обязательства партии. В результате оптимистичного хозяйствования дыра в финансах составляла 400 тысяч евро. Сегодня этого больше нет. Проблему пришлось решать трудно и не без конфликтов. Следует признать, что много раз приходилось принимать тяжелые решения, чтобы уберечь партию от рисков, связанных с законом о финансировании партий. 

Здесь можно упомянуть внеочередные выборы Рижской думы и индивидуальную кампанию Вячеслава Степаненко. Да, она могла дать «Согласию» несколько депутатских мест, но она могла угрожать всему государственному финансированию партии. Ситуация повторилась на выборах Сейма – в индивидуальной кампании одного из членов партии, который вроде бы совсем невинно использовал свой портрет в рекламе кваса. Отмечу, что у Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией (KNAB) нет и не может быть претензий по отношению к этому члену партии, претензии были бы обращены против партии. 

Я этого не допустил, и считаю это правильным решением. Я могу передать следующему правлению приведенные в порядок партийные финансы, и у контролирующих учреждений нет причин обращаться против «Согласия» за финансовые нарушения. Я советую и в дальнейшем придерживаться строгой дисциплины, тем самым защищаясь от возможности того, что с партией могут расправиться быстро и необратимо. 

Угождать избирателям или помогать им?

В ходе проходящих в партии дискуссий приходится слышать мнение, что «Согласие» не прислушивалось к своим избирателям, не боролось за их ценности. 

Есть два способа взаимодействия политической партии со своими избирателями. Первый способ - угождать, второй - представлять и защищать. Считаю, что миссия «Согласия» состоит не в том, чтобы угождать тем настроениям избирателей, которые зачастую отражают то, что звучит по российскому телевидению, чужие нарративы, смятение. Это путь к предоставлению повода и оправдания тем, кто упорно ищет в латвийских русских «пятую колонну». Задача «Согласия» - смотреть дальше и защитить от опасного выбора. Нашим избирателям и, в первую очередь, русскоязычным гражданам надо помочь сфокусироваться на Латвии. Да, есть много поводов для обид, унизительные вопросы «лояльности», двойные стандарты власти по отношению к русским как самому большому меньшинству. 

Но эти вопросы надо решать внутриполитически - здесь, в Латвии. А не смотреть через плечо в восточном направлении. Ведь это наше государство, и никто не может его изменить, только мы своим активным участием. Одновременно нашим русскоязычным избирателям надо говорить не только приятные истины - если вы хотите уважительного отношения к себе, и самим надо сделать шаг в правильном направлении. Начать надо с уважения к государственному языку! Иначе у нас никакого диалога не получится, не будет создаваться политическая нация.

Уроки избирательной кампании

«Согласие» начало избирательную кампанию, не предложив монолитное единое видение политической ситуации и дальнейшего пути. Мы решили идти к избирателям, не скрывая своих внутренних противоречий. Надеялись, что удастся найти не компромисс, а единую платформу: у нас разные мнения, но общие приоритеты. Будем подчеркивать то, что объединяет, а не отличающиеся мнения. Избиратель этого не принял.

Я слышал много развернутых экспертиз о том, что нам надо было делать во время избирательной кампании. Много советов поступает от членов нашей партии, в основном, от тех, которых не было видно в очереди желающих работать. Многие жили в убеждении, что и так получат желанный мандат. И поэтому возьму на себя кощунство сказать - а, может быть, хорошо, что мы не попали в Сейм? Как бы мы, находясь в смятении и полные противоречий, могли бы принимать трудные политические решения? 

Можно только позавидовать тенденции не брать на себя ответственность и не работать самим, а критиковать и упрекать других. 

Сейчас для каждого настало время намного динамичнее принимать участие в создании своей дальнейшей политической судьбы. Этого надо добиться на съезде.

Выборы Европарламента - ближайший экзамен для «Согласия»

Выборы Европарламента, которые состоятся в 2024 году, я считаю очень важным экзаменом для нашей партии. Это проверка для «Согласия» на способность мобилизоваться и обновиться. К тому же, поддержка социал-демократов Европы является для нас очень существенным аргументом и для решения внутриполитических вопросов Латвии. Если мы не сдадим этот экзамен, это существенно сократит наши шансы добиться хорошего результата и на следующих выборах самоуправлений, и на выборах Сейма. 

Янис Урбанович.