Благодаря все более многочисленному сообществу творческих людей из России Берлин превратился в "один из самых активных аванпостов славянской культуры, что-то вроде "Москвы-на-Шпрее", колоссально далекой от репрессивной атмосферы путинской России", - повествует корреспондент Financial Times Гай Чейзан.

"Поэт Александр Дельфинов, переехавший в Берлин в 2001 году, говорит, что в последние пять лет, когда испарились надежды россиян на демократические перемены, приток эмигрантов расширился", - пишет издание.

По официальной статистике, сейчас в Берлине живут 22 тыс. "россиян-экспатов", как пишет автор. "Эти люди не видели в России будущего для себя, - говорит Дельфинов. - Люди из среднего класса, которым просто хотелось дышать".

В Берлин едут творческие люди, которых привлекает дешевое арендное жилье и атмосфера альтернативной культуры. "Здесь можно ругаться, как солдат, поклоняться Сатане - можно все, чего нельзя в России, - говорит Дельфинов. - У них есть Пушкин, Толстой и Достоевский, а у нас - секс, наркотики и рок-н-ролл".

Славист Георг Витте замечает: новоприбывшие "намного больше [чем предыдущие волны иммигрантов] открыты миру. Те из них, кто занимается исполнительскими видами искусства, особенно молодые, собирают смешанную аудиторию. Полное ощущение, что они интегрировались намного лучше, чем предыдущие поколения".

Некоторые произведения русскоязычных писателей-эмигрантов стали в Германии бестселлерами, а прозаик Владимир Сорокин - "литературной знаменитостью" - воплощением московско-берлинской "культурной оси", по словам автора статьи.

В 2011 году Сорокин купил в Берлине квартиру и с тех пор живет то здесь, то в своем подмосковном доме.

"Оказалось, что в Берлине обстановка для работы в чем-то намного спокойнее, чем в российской столице. В 2002 году пропутинская молодежная организация обрушилась на Сорокина за его сатирический роман "Голубое сало", в котором есть длинная и откровенная сцена секса между Сталиным и Хрущевым.

На митинге у Большого театра активисты рвали его книги и кидали их в гигантский макет унитаза; полиция завела на него дело по обвинениям в порнографии, которое позднее было закрыто. В 2007 году он пострадал в автоаварии, которая, как он уверен, была покушением на его жизнь", - говорится в статье.

По официальной статистике на конец 2016 года, в Берлине живут 130135 выходцев из бывшего СССР.

Среди них было много "экономических беженцев", а также советских немцев. Но после того, как к власти пришел Путин, стали эмигрировать и деятели культуры. Дмитрий Врубель, автор знаменитого граффити с Брежневым и Хонеккером на Берлинской стене, поселился в Берлине на постоянной основе в 2008 году. Он и его жена, художница Виктория Тимофеева, говорят, что Берлин лучше подходит для их направления - крупноформатного стрит-арта.

Врубель говорит, что страх перед цензурой тоже сыграл свою роль. "В российском искусстве две темы стали табуированными - политика и религия, - заявляет Тимофеева. - Как художнику работать в таких условиях?"

"После 2012 года началось возвращение к традиционным ценностям, (...) и это породило самоцензуру в широком масштабе, - говорит российский композитор-авангардист Сергей Невский, который живет на два города - в Москве и в Берлине. - С началом войны на Украине все стало еще хуже".

"Не все эмигранты полностью разорвали контакты с Россией", - отмечает автор. Режиссер Кирилл Серебренников и некоторые другие москвичи купили в Берлине квартиры, но все же считают Москву своим основным домом. В Москве "в этот самый момент происходит театральный бум", поясняет Серебренников. "Люди ходят на спектакли, обсуждают их: они воспринимаются как нечто ценное и важное".

Серебренников утверждал в интервью, что опасения за творческую свободу в России преувеличены. "Мы все живы, они не начали нас расстреливать, и на том спасибо, - говорит он. - И вообще, если процитировать Фасбиндера, "страх съедает душу".

Газета комментирует: "Но Серебренников ощутил на себе гнев российских "крестоносцев во имя морали". Он зачитывает жалобу на "Русские сказки", один из спектаклей его театра, присланную в министерство культуры Москвы. В жалобе утверждается, что спектакль "пропагандирует жестокость, насилие, убийства, инцест, кровь и много очень крепких нецензурных выражений".

Но Серебренников "отмахивается от таких вмешательств. Собственно, спектакли, на которые обрушиваются такие нападки, часто пользуются колоссальным "скандальным успехом", пишет газета. "Иногда это целенаправленная пиар-стратегия: люди платят экстремистам, чтобы те их атаковали", - говорит Серебренников.

"Невский, как и Серебренников, считает, что творческая свобода в России уцелеет". По его словам, самый тяжелый период был, когда Путин аннексировал Крым и была провозглашена новая агрессивная политика в сфере культуры, основанная на консервативных ценностях и убежденности в превосходстве России.

Но он считает, что эта "патриотическая истерия" пошла на убыль", говорится в статье. "Они не смогли найти творческих людей, которые по-настоящему приспособились бы к этой политике, - говорит он, - так что они потихоньку от нее отказались".

Авангардная певица Наталья Пшеничникова, переехавшая в Берлин в 1993 году, настроена мрачнее: "Деньги иссякают, казна пуста, очень многие потеряли работу. Государство берет под свой контроль все независимые структуры, а любого, кто критикует правительство, увольняют". Но она уверена, что потенциал для перемен есть.

Писатель Сергей Лебедев - тоже полуэмигрант, мечтающий о свободном передвижении между Москвой и европейскими городами.

"Подобный космополитизм контрастирует с настроением в России, которое при Путине сделалось все более националистическим, антизападным и антиукраинским", - отмечает газета.

Но в Берлине русские и украинцы ходят на одни и те же фестивали, слэмы и кинопоказы. "В Берлине у нас советская творческая утопия, - говорит Дельфинов. - Здесь все ладят - русские, украинцы, казахи и литовцы".