Альбина Соколова была подвергнута дисциплинарному взысканию со стороны поставщика фруктов и орехов Humdinger Limited после того, как призналась, что разговаривала на родном языке с другими работниками из Восточной Европы на фабрике.

Ее предупредили, что она должна говорить с коллегами по-английски, даже если она не очень хорошо знает этот язык.

Г-жа Соколова "полагалась на свою дочь", чтобы переводить дома, но ей отказали в переводчике во время встреч с начальством.

Она выиграла дело после того, как трибунал по трудовым спорам постановил, что она была "поставлена в невыгодное положение" из-за отсутствия возможности говорить на родном языке на совещаниях, добавив, что "не было необходимости" говорить только на английском языке, и теперь ей будет выплачена компенсация в размере более 10 000 фунтов стерлингов.

Трибунал рассмотрел дело г-жи Соколовой, проработавшей в компании Humdinger Limited более десяти лет. Она начала работать оператором на заводе компании в Халле в 2010 году, вскоре после переезда в Великобританию.

В 2015 году компания ввела новую "языковую политику", согласно которой "на рабочем месте должен звучать английский язык", а работники могли говорить на другом языке только "во время перерывов на отдых и обед".

В памятке для сотрудников компания объяснила, что "общий язык" будет "способствовать эффективному общению на рабочем месте в рамках всего бизнеса".

Трибунал узнал, что г-жа Соколова обсуждала эту политику на встрече с начальством в феврале 2017 года после "письма с выражением озабоченности" от руководителя, в котором он "попросил улучшить" ее английский язык.

Два с половиной года спустя г-жа Соколова попросила отпуск для "посещения стоматолога" в Латвии, в чем ей было отказано, поскольку она "использовала свой отпуск" и "не может взять неоплачиваемый отпуск".

Она отменила прием и пришла на работу в этот день, но на следующий день ушла на больничный.

Г-жа Соколова была приглашена на собеседование по поводу самовольного отсутствия и попросила свою дочь, которая "свободно владеет латышским, русским и английским языками", переводить для нее.

Трибунал услышал, что г-жа Соколова "могла справляться с работой на заводе" со своим ограниченным знанием английского языка, но оно было "недостаточно сложным для ведения заседаний по дисциплине и жалобам".

Однако в просьбе о предоставлении переводчика ей было отказано, что поставило ее в "особенно невыгодное положение".

На последующих собраниях по дисциплинарным вопросам и жалобам она не повторяла просьбу, но иногда ее сопровождал коллега, чей английский "не соответствовал необходимому уровню".

Британский суд счел, что установленная на производстве языковая политика была "необходимой". В то же время он назвал "неоправданным" требование об использовании сотрудниками исключительно английского языка во время рассмотрения дисциплинарных вопросов и жалоб у начальства. Суд признал увольнение Соколовой несправедливым и обязал Humdinger Limited выплатить латвийке 10,8 тысячи фунтов (менее 12 800 евро) в качестве компенсации за оскорбление чувств и косвенную расовую дискриминацию.