Политики открыто пренебрегают основным законом Латвии — Конституцией, а именно — ее 100-й статьей, которая запрещает цензуру. На одной из комиссий Сейма в среду с большим воодушевлением придумывали, как бы оградить жителей Латвии от российской пропаганды. Как будто сами жители — что дети малые, сами ничего решить не могут. В общем, договорились полтитики до того, что требуют создать отдел по надзору за политикой СМИ. О прощании с демократией рассказывает Служба новостей телеканала ТВ5. 12 человек обратились к высокопоставленным должностным лицам и Комиссии Сейма по правам человека и общественным делам с требованием усилить контроль за средствами массовой информации. По их мнению, прокремлевская агитация угрожает безопасности страны. Авторы письма призывают изменить законы так, чтобы они позволяли ограничить свободу слова ради самозащиты государства. «Коллективное самоубийство, или такое полуколлективное, за которое проголосовало большинство, недопустимо. Недопустимо и медленное самоубийство, когда демократию постепенно отравляют каплями яда. Конечно, мы находимся на тонком острие ножа, где с одной стороны демократические свободы, а с другой стороны — не менее важное право сохранить свой государственный строй. Это все должно быть в равновесии. Поэтому свободу слова и другие права надо очень тщательно анализировать, чтобы они не противоречили обязанности государства самозащищаться», — пояснил один из авторов письма Андрис Гобиньш. «Нам сегодня очень стыдно за Кремль. Нам очень стыдно за агрессию России против Украины. И у меня только одно предложение – антипропаганда. И мы, нормальные русские, готовы работать вместе с вами», — добавила одна из авторов письма Елена Авотиня-Екатериничева. «Почему я взялся за этот вопрос закрытия каналов? Потому что мне надоело смотреть эту дезинформацию и бред, который все время показывает Россия», — пояснил глава Конгресса украинцев Латвии Микола Павлюк. Одним из вариантов решения преблемы глава комиссии Инара Мурниеце видит создание под крылом Министерства культуры Отдела политики средств массовой информации. В нем будут работать то ли 5, то ли 7 человек, которые будут следить за прессой и вещательными СМИ. У оппозиционных депутатов возникает логичный вопрос – как и кто будет контролировать спутниковые телеканалы и интернет? К тому же, закрытие востребованных российских каналов наступает на горло бизнес-интересам. И, наконец, по какому праву одни хотят решать, что смотреть другим? «Может быть надо было бы сьездить обменяться опытом в какой-нибудь Таджикистан или Северную Корею? В мире уже накопился известный опыт. Кроме того, вы считаете, что в латышских СМИ все в порядке с многообразием? Я согласен, что российские СМИ все представляют односторонне и осуществляют пропаганду, но на латышских каналах я большого разнообразия мнений тоже не вижу», — отметил на заседании член Комиссии по правам человека и общественным делам Борис Цилевич («Центр согласия»). Введение Отдела политики СМИ поддерживает Полиция безопасности. «Полиция безопасности регулярно следит за ситуацией в сфере массмедиа. Мы столкнулись с тем, что в стране действительно нет одной конкретной инстанции, которая отвечала бы за развитие национального информационного пространства и разработку единой политики массмедиа. Эта ответственность разделена между несколькими субъектами – Министерством культуры, Национальным советом по электронным СМИ и Министерством сообщения, и нам приходилось решать эти вопросы при посредничестве Комиссии Сейма по национальной безопасности. Поэтому мы за то, чтобы функция разработки политики СМИ концентрировалась в Министерстве культуры», — указал замначальника полиции безопасности Инт Улманис. Представителя Министерства культуры и потенциального руководителя нового отдела Андриса Меллакаулса дебаты насторожили. «Сегодняшние презентации у меня вызывают опасения в том, что мы идем по тому же пути, по пути, который называется – цензура», — указал глава отдела по интеграции информационной среды Министерства Культуры. МИД, в свою очередь, предлагает укрепить тыл, улучшив интеграцию. «Необходимо вне зависимости от языка и средств вещания, укрепить в обществе демократические ценности. В этом смысле важней всего интеграция. Насколько эффективно государственное финансирование этой сферы и достигает ли оно своей цели? Вне зависимости от национальности, этнического происхождения, религиозной, сексуальной и другой ориентации, если люди не поддерживают те демократические ценности, которые мы защищаем как государство, то любые попытки что-то ограничить или поддержать не имеют смысла», — отметила представитель Министерства иностранных дел Байба Браже. Некоторые политики в сложившейся ситуации предлагают возобновить пост министра по общественным делам. «По-моему, ситуация назрела для того, чтобы, если не в этом, то в следующем правительстве появился пост министра по общественным делам, сверхцелью которого будет именно координирование политики СМИ», — указал член комиссии Комиссии по правам человека и общественным делам Дзинтар Абикис («Единство»). Исполнительному директору Ассоциации вещательных организаций Гунте Лидаке идея о создании специального отдела не нравится. Она прошедшее заседание называет политическим шоу перед выборами. «Если политики начинают заниматься медийной политикой, то это не к добру. Я не видела здесь ни экспертов по медиа-системам, по СМИ, не видела пишущих представителей СМИ, я не видела представителей интернет-СМИ, поэтому меня немного настораживает то, что этими вопросами занимается только министерство, и проект анализируется только с политической точки зрения», — пояснила Лидака. О том, как обуздать российскую пропаганду, в Сейме решали полтора часа, но никаких конкретных решений так и не было принято. Какими бы они не были ли, главное, чтобы защита общества в конце концов не превратилась в элементарную цензуру.