Как это снимали в Латвии: сегодня в Каннах премьера «нашего» фильма

Компании Forma Pro Films в этом году исполняется 26 лет. За эти годы в сотрудничестве с европейскими, российскими и американскими кинопроизводителями ею отсняты десятки топовых фильмов: «Храброе сердце Ирены Сандлер», «Космонавт», «Мотылек», Fisherman, «Охота на ведьм», «Лимонов. Баллада об Эдичке», «Беглецы», «Анна», «Кремлевский волшебник» и другие.

Мы встретились с Игорем Прониным накануне его отъезда на Каннский фестиваль, где в этом году представлены сразу две картины, сделанных в Латвии — фильм Кристен Стюарт «Хронология воды» (The Chronology of Water) и «Исчезновение Йозефа Менгеле» (The Disappearance of Josef Mengele ) Кирилла Серебренникова…

Команда профессионалов

— Игорь, в советское время в Риге часто снимали «заграницу», превращая латвийские улицы в немецкие, французские, английские, польские… Многих из тех киностудий давно уже нет. Но, к счастью, в Латвии по-прежнему снимается кино. Насколько сегодня важны для него архитектура города, рижские локации?

— Я могу назвать вам множество красивых городов в Европе, архитектура которых не менее прекрасна, чем в Риге, и локации вокруг замечательные, но кино там не снимают. Потому что место само себя не снимет. Все зависит от людей, то есть от того, есть ли в городе команда, которая любит кино и может организовать съемочный процесс.

Один из наших партнеров, известный голливудский продюсер снимал «Властелина Колец» в Новой Зеландии. Это совершенно некиношная страна — только лужайки и овечки. А сейчас туда приезжают миллионы туристов, чтобы посмотреть на домики хоббитов. Кино — это такая организация, которая способна менять отношение к месту.

Привлекают не локации, не архитектура — они не более чем приятный бонус, — привлекает команда, которая способна грамотно и профессионально снять фильм высокого класса. Сделать фильм среднего класса несложно, а вот для того, чтобы снять кино с многомиллионным бюджетом и в срок, нужны крепкие профессионалы.  

— Расскажите о команде Forma Pro Films. Кто в нее входит? Чем она занимается?

— Мы продюсерская компания. На каждый проект нанимается своя команда в соответствиями с требованиями сценария. Обычно это 100-150 человек, но бывает и больше. В съемках фильма Fishermen участвовало около 500 человек. Кто-то работал на локации, кто-то кормил группу, кто-то таскал фонари, кто-то привозил снег… Фильм снимался по книге «Кровь на снегу», и для съемок мы специально выбрали время, когда в Латвии лежит снежный покров. Но в том году земля была голой. Снег свозили со всех ледовых арен, грузили в грузовики, привозили на площадку, раскладывали по улицам. И Рига была полна снегом.

В кино не бывает мелочей: если ты снимаешь Норвегию в 1974 году, то в кадре должны быть именно те автомобили, которые ездили по этой стране именно в то время. А еще эти машины должны быть красивыми, нужного цвета, на ходу…

— Я вспоминаю восторги Алены Бабенко, которая в свое время снимала вместе с вами фильм «Мотылек». «Это невероятные ребята! — говорила она мне. — Только о чем-то подумаешь, а это уже есть на площадке!» 

— Приятно слышать о себе добрый отзыв. К счастью, он не единственный. Иногда нам приходится делать то, что, казалось бы, лежит за гранью человеческих  возможностей. Так было, например, на съемках фильма «Лимонов. Баллада об Эдичке». Его начинали снимать в Москве. Но в 2022 году, с началом войны на Украине, все люди, причастные к фильму, выехали из России. Часть денег уже потрачена. Что делать? Где доснимать картину? Обратились на болгарскую киностудию — там были готовые декорации Нью-Йорка. Но болгары запросили за съемку невероятные деньги — около 8 миллионов долларов. Проще было закрыть проект.

Выручила наша компания, которая досняла фильм за сумму в два раза меньше. За полтора месяца и всего за 150 000 евро мы построили Нью-Йорк на территории Румбулы — 200 метров улицы и километр дороги вокруг. Нам просто не верили, что такое вообще возможно!

По обе стороны океана

— Театр, как известно, начинается с вешалки. А с чего начинается кино? Что предшествует съемкам?

— Работа по привлечению фильма. Предложения, подсчеты, переговоры, согласования… С начала года у нас было в работе около 60 фильмов. Это не значит, что мы все их снимем. Но мы делаем бюджет, высылаем локации, принимаем людей… Бывает, что-то не срастается. К примеру, приехали, посмотрели, все понравилось, а потом раздается звонок: «Извините,  мы не нашли финансирования».

Если договориться удается, то начинается подготовительный этап: подбор локаций, актеров, массовки и т.д. Все это требует огромной отдачи и профессионализма от нашей команды.

«Историю со съемками кино» мы когда-то начинали со Светланой Иванниковой и Юлией Зайцевой. Сегодня на Юлии лежит львиная доля переговоров и согласований. Если у меня есть время поговорить с вами, то у Юли Зайцевой этого времени нет — ни днем, ни ночью. Иногда ей приходится слетать на три часа на встречу в Лондон и вернуться обратно на съемку. На плечах Макса Павлова и Светланы Пунте — бесконечное количество документов, встреч, контактов, забот по организации съемочного процесса. Я бы назвал еще пару десятков человек, которые душой, сердцем, огромным количеством усилий и времени работают над каждым фильмом. Без них бы мы не справились.  

— Современное кино — это не только творчество, но и финансовые вложения. Считать деньги вам тоже приходится?   

— Конечно! Кино — это строгая отчетность. У нас есть команда аккаунтеров, которые просчитывают фильмы. Бюджеты внушительные, потратить их надо, не выходя за рамки отведенных средств и в четко определенный срок. Бывает, что во время съемок у нас проходит по 25 тысяч транзакций в месяц, и все суммы должны быть учтены, проанализированы, поддержаны cost-репортами, отчетами для получения рибейта (компенсации части затрат съемочной группы), документами для деливери…

Впрочем, хорошо считать — этого мало. Нужно еще знать, в какой стране какая система работает, и уметь вовремя перестраиваться. К примеру, фильм-катастрофу «Выжить» с Софи Тернер мы снимали в Италии, потому что нужны были горы. Мы привезли туда группу из Латвии — 100 человек, — и в результате вместо итальянцев все зарплаты получили наши люди, государство получило налоги, а мы — экономию бюджета.

— Сегодня компанию Forma Pro Films знают по обе стороны океана. Вы сотрудничаете с самыми известными кинопроизводителями, в том числе Голливудом. Как сложилось это сотрудничество?

— В 2008 году мы участвовали в создании голливудского фильма «Храброе сердце Ирены Сандлер», который завоевал премию «Эмми». С тех пор в Латвию потянулось кино из Америки, британское кино.

Сейчас мы везем на Каннский фестиваль картину «Хронология воды», которая стала первой режиссерской работой актрисы Кристен Стюарт (звезды «Сумерек». — Авт.). Она давно хотела снять фильм как режиссер и даже нашла  партнера — Ридли Скотта. Но когда они посчитали, сколько стоит снять этот фильм в Америке, то получилось около 16 миллионов долларов. Это большие деньги для того, чтобы рисковать ими, вложив в фильм дебютантки. А мы подсчитали и выяснили, что средств нужно в три раза меньше…

Made in Lavia

— Ваша компания приводит в Латвию инвестиции. Насколько они велики и чувствуете ли вы ответную поддержку? 

— За первые три месяца нынешнего года мы сняли несколько фильмов, общий бюджет которых составил около 60 миллионов евро. Из них в Латвии потрачено около 12 миллионов.

Если говорить об ответной поддержке, то она есть: в Латвии принято решение о 30-процентном рибейтовом возврате. Правда, в прошлом году рибейт был задержан, что обернулось для нас сложностью. Но сейчас все в порядке. Изменилось и отношение к съемкам. Если раньше мы приходили в какую-то локацию и говорили, что хотим здесь снимать кино, нас встречали с радостью. А теперь слышим: «Ладно, приходите, снимайте. Но это будет вам стоить в пять раз дороже».

— А с партнерами у вас всегда все складывается гладко?    

— С режиссером фильма «Мотылек» Константином Худяковым мы созваниваемся до сих пор. Во время съемок фильма Fishermаn у нас сложились теплые отношения с номинантом на «Оскар», режиссером Кэри Фукунага, снявшим такие картины, как «Джейн Эйр», «Не время умирать» из серии про Джеймса Бонда. Ему очень понравилась Рига и сейчас мы говорим о дальнейшем сотрудничестве. У нас прекрасные отношения с Кириллом Серебренниковым. Мы отлично поработали вместе на картине «Лимонов. Баллада об Эдичке». В прошлом году мы привозили этот фильм в Канн, а сейчас везем на Каннский фестиваль другую картину Серебренникова — «Исчезновение Йозефа Менгеле».

А вот с английским продюсером фильма «Анна» об Анне Политковской отношения не сложились, хотя мы помогли ей начать это кино — привлекли деньги нашего партнера. После съемок она осталась нам должна 900 тысяч евро, и мы два месяца не могли выплатить деньги людям, работавшим на картине.

— Один из эпизодов фильма «Анна» снимался в рижском Доме конгрессов, который на время съемок превратился в театральный центр на Дубровке, в котором в 2002 году произошли страшные события во время мюзикла «Норд-Ост». Это правда, что вы тогда чуть не оказались в зале, среди заложников?  

— Да, мы должны были быть там в тот день, так как договорились с продюсером Александром Цекало об интервью после спектакля. Но утром Александр позвонил и сказал, что заболел, температура 40… и мы не поехали на Дубровку. Это отвело от беды…

Джуд Лоу на «шапке»

— Недавно рижане стали свидетелями съемок фильма «Кремлевский волшебник». Но почему-то никакой информации о картине не было — ни о сюжете, ни о том, что и как снимают. Почему вокруг этого фильма сложилась обстановка секретности?

— Секретность на съемках касается не только «Кремлевского волшебника». Ни об одном фильме нельзя рассказывать, пока он не вышел на экраны. Мы все подписываем договор о неразглашении. Никто не имеет право выставлять фото со съемок или расписывать сюжет картины. Это подсудное дело. Каждый фильм сопровождают огромные финансовые затраты, и инвесторам хочется не только отбить деньги, но и получить прибыль. А если до рекламной компании всплывет какая-то информация, то это может сработать в минус картине.

Фильм «Кремлевский волшебник» снимал французский режиссер Оливье Ассайс по одноименной книге  Джулиано да Эмполи. Хотите знать, о чем он? Прочтите — узнаете.

— Вам доводилось работать с актерами класса «А», в числе которых  Джуд Лоу, Бен Уилшоу, Кристен Стюарт, Джеймс Белуши, Бенедикт Камбербэтч, Микки Рурк. Правда ли, что чем больше звезда — тем скромнее ее райдер?

— В принципе, да. Гонорар Кристен Стюарт, которая за актерские съемки получает 82 миллиона долларов, при работе над фильмом «Хронология воды», в котором она выступила в качестве режиссера, составил всего 1 доллар. А единственным условием Кристен было — жить подальше от города, потому что она прилетела в Ригу со своими собаками. И мы поселили ее в Юрмале.

Джуд Лоу тоже оказался очень скромным. Без охраны разгуливал по Риге, фотографировался со всеми желающими. С удовольствием пришел к нам на «шапку» —так называется дружеский вечер по окончании съемок — и до утра просидел со съемочной группой.

— В Интернете появилось объявление о том, что вы ищете мальчика 9-13 лет для съемок в новом фильме Андрея Звягинцева. Когда планируете приступить к съемкам?

— Над проектом Андрея Звягинцева мы работаем не первый год. Андрей — очень подробный режиссер. Он очень долго выбирает локации и актеров — до тех пор, пока не будет попадания в «десятку».  В свое время для съемок «Левиафана» Звягинцев объездил 400 городков в Подмосковье. Так что точной даты начала съемок нового фильма пока не назову…

Две «красных дорожки»  

— Судя по количеству фильмов, ваша компания неплохо зарабатывает. Во что вы вкладываете деньги?

— Мы построили в Риге на улице Рамулю виртуальную студию — одну из крупнейших в Европе. Экран — 32 метра в полуокружности, LED-панели… Здесь можно снимать большое кино, создавая по системе гейминга любую картинку — деревья, горы, моря, здания… Все выглядит как настоящее. Фон можно сделать любой: хотите — утро, хотите — вечер. Современные технологии позволяют снимать Марс не на Марсе и Эверест не на Эвересте.  

— Что в самых ближайших планах?

— Каннский фестиваль. В прошлом году мы привозили туда «Лимонова», и у нас была одна «красная дорожка». В этом году везем два фильма — а значит, «красных дорожки» у нас тоже две.

— Удачи вам в Каннах и «Золотой пальмовой ветви»!

Елена СМЕХОВА