Иварс Калвиньш: мы фанатики, и этим всё сказано

Мэтр латвийской науки, создатель Mildronat, руководитель лучшего НИИ Латвии – Института органического синтеза, профессор Иварс Калвиньш – стал героем программы «Какие Люди».

Уже в детстве Иварс Калвиньш был одарённым мальчиком и тяготел к знаниям. Когда старший брат учил азбуку, Иварс сидел напротив и изучал учебник справа налево. В школе мальчику было скучно – любой предмет давался на раз. Тогда Иварс стал осваивать игру на кларнете и решил: станет музыкантом. Одно смущало – пьесы надо заучивать наизусть, а этого он не любил.

Тогда и появилась мысль посвятить свою жизнь атомам и молекулам. Иварс поступил на химфак, который закончил с отличием, и вошёл в тройку лучших выпускников. Это дало ему возможность самостоятельно выбрать место работы. А куда податься бедному органику, шутит Иварс – только в Институт оргсинтеза. Уже в первый год работы, совершенно случайно и с удивлением для самого себя, он совершил уникальное по меркам научного мира открытие.

Благодаря этому открытию советские космонавты смогли улететь в космос. Именно латвийские учёные на основе своих теоретических разработок изобрели ракетное топливо для космического корабля «Союз».

«Мы создали для военных ракетное топливо, а они за это построили корпуса молекулярной биологии, которые нам были нужны для развития науки», — вспоминает Иварс Калвиньш.

Защита кандидатской, за которую Иварс Калвиньш получил всесоюзную комсомольскую премию по науке и технике, совпала с другими важными событиями: женился, стал отцом двоих детей. А потом его пригласил на стажировку в Германию ведущий учёный Европы профессор Хюйзган.

СССР выпустил Калвиньша, но взять с собой семью ему не разрешили. За год работы в Германии он сделал много теоретических открытий в сфере органической химии. Немецкая сторона уже была готова оставить латышского гения у себя, но Иварс выбрал семью.

«Брала злость… могли бы это и оценить. Я же сумел показать «лицо» нашей страны. До встречи со мной профессор Хюйзган считал самыми усердными китайцев, после встречи – латышей. На родине я бросил теорию и решил заниматься чем-то практическим – лекарствами», — рассказывает Калвиньш.

Иварс Калвиньш нашёл себя в изучении биохимических процессов при различных заболеваниях, в том числе рака. За время работы латвийский учёный понял, почему пока никто не победил рак. Скорее всего, думает Калвиньш, раковая клетка похожа на эмбриональную, и имеет свойство бесконечного деления. И это причина, по которой организм старается её защитить.

«Из моей гипотезы вытекало, что можно сделать лекарство, которое будет метить опухолевые клетки селективно, и уничтожать их иммунную защиту. Сделал! И назвал в честь покойной жены Леакадии – Leacadinum (Леакадин)», — говорит Калвиньш.

Затем учёный стал изучать теорию стресса. Параллельно воспользовался методом дедукции Шерлока Холмса и нашёл способ приспособления организма к неблагоприятным условиям, что в дальнейшем позволило лечить сердечно-сосудистые заболевания. И так появился Mildronat.

Формулы обоих препаратов – и Leacadinum, и Mildronat – Иварс Калвиньш увидел во сне. Так же как Менделеев свою таблицу. Похоже, это какая-то особенность, присущая всем учёным, которые хотят создать что-то ценное для человечества.

«Я даже не знаю, сплю я или нет, но мозг продолжает решать проблему», — объясняет Иварс это необычное явление.

В данный момент Иварс Калвиньш возглавляет Институт органического синтеза – ведущий НИИ Латвии и один из самых известных в мир. На счету профессора более 600 патентов и около 250 изобретений. Но лучшее открытие ещё впереди, уверен учёный:

«Я горжусь каждым «ребёночком». Сейчас регистрируем в Америкепротивоопухолевый препарат. Впервые рождённая в Латвии молекула становится лекарством и достоянием всего мира. План на будущее – разработать лекарство от ожирения».

Что заставляет человека за весьма скромные деньги по 16 часов в день сидеть в лаборатории, высматривать в микроскоп атомы и молекулы, забывая о еде и сне?  Мы фанатики, говорит профессор – и этим всё сказано.

«Нас могут бить, оплёвывать, но всё равно мы понимаем: правы-то мы! Без того, что мы создаём, не было бы прогресса», — заключает Иварс Калвиньш.