Он играл на кларнете и с детства мечтал стать музыкантом, но... инструмент сменил на микроскоп. За свою жизнь выдающийся учёный совершил около 250 открытий, которые спасли миллионы людских жизней. Мэтр латвийской науки, создатель Mildronat, руководитель лучшего НИИ Латвии – Института органического синтеза, профессор Иварс Калвиньш – стал героем программы «Какие Люди». Уже в детстве Иварс Калвиньш был одарённым мальчиком и тяготел к знаниям. Когда старший брат учил азбуку, Иварс сидел напротив и изучал учебник справа налево. В школе мальчику было скучно – любой предмет давался на раз. Тогда Иварс стал осваивать игру на кларнете и решил: станет музыкантом. Одно смущало – пьесы надо заучивать наизусть, а этого он не любил. Тогда и появилась мысль посвятить свою жизнь атомам и молекулам. Иварс поступил на химфак, который закончил с отличием, и вошёл в тройку лучших выпускников. Это дало ему возможность самостоятельно выбрать место работы. А куда податься бедному органику, шутит Иварс – только в Институт оргсинтеза. Уже в первый год работы, совершенно случайно и с удивлением для самого себя, он совершил уникальное по меркам научного мира открытие. Благодаря этому открытию советские космонавты смогли улететь в космос. Именно латвийские учёные на основе своих теоретических разработок изобрели ракетное топливо для космического корабля «Союз». «Мы создали для военных ракетное топливо, а они за это построили корпуса молекулярной биологии, которые нам были нужны для развития науки», - вспоминает Иварс Калвиньш. Защита кандидатской, за которую Иварс Калвиньш получил всесоюзную комсомольскую премию по науке и технике, совпала с другими важными событиями: женился, стал отцом двоих детей. А потом его пригласил на стажировку в Германию ведущий учёный Европы профессор Хюйзган. СССР выпустил Калвиньша, но взять с собой семью ему не разрешили. За год работы в Германии он сделал много теоретических открытий в сфере органической химии. Немецкая сторона уже была готова оставить латышского гения у себя, но Иварс выбрал семью. «Брала злость... могли бы это и оценить. Я же сумел показать «лицо» нашей страны. До встречи со мной профессор Хюйзган считал самыми усердными китайцев, после встречи – латышей. На родине я бросил теорию и решил заниматься чем-то практическим – лекарствами», - рассказывает Калвиньш. Иварс Калвиньш нашёл себя в изучении биохимических процессов при различных заболеваниях, в том числе рака. За время работы латвийский учёный понял, почему пока никто не победил рак. Скорее всего, думает Калвиньш, раковая клетка похожа на эмбриональную, и имеет свойство бесконечного деления. И это причина, по которой организм старается её защитить. «Из моей гипотезы вытекало, что можно сделать лекарство, которое будет метить опухолевые клетки селективно, и уничтожать их иммунную защиту. Сделал! И назвал в честь покойной жены Леакадии – Leacadinum (Леакадин)», - говорит Калвиньш. Затем учёный стал изучать теорию стресса. Параллельно воспользовался методом дедукции Шерлока Холмса и нашёл способ приспособления организма к неблагоприятным условиям, что в дальнейшем позволило лечить сердечно-сосудистые заболевания. И так появился Mildronat. Формулы обоих препаратов – и Leacadinum, и Mildronat – Иварс Калвиньш увидел во сне. Так же как Менделеев свою таблицу. Похоже, это какая-то особенность, присущая всем учёным, которые хотят создать что-то ценное для человечества. «Я даже не знаю, сплю я или нет, но мозг продолжает решать проблему», - объясняет Иварс это необычное явление. В данный момент Иварс Калвиньш возглавляет Институт органического синтеза – ведущий НИИ Латвии и один из самых известных в мир. На счету профессора более 600 патентов и около 250 изобретений. Но лучшее открытие ещё впереди, уверен учёный: «Я горжусь каждым «ребёночком». Сейчас регистрируем в Америкепротивоопухолевый препарат. Впервые рождённая в Латвии молекула становится лекарством и достоянием всего мира. План на будущее – разработать лекарство от ожирения». Что заставляет человека за весьма скромные деньги по 16 часов в день сидеть в лаборатории, высматривать в микроскоп атомы и молекулы, забывая о еде и сне?  Мы фанатики, говорит профессор – и этим всё сказано. «Нас могут бить, оплёвывать, но всё равно мы понимаем: правы-то мы! Без того, что мы создаём, не было бы прогресса», - заключает Иварс Калвиньш.