«Что бы ни происходило в головах московских лидеров, в их обсуждениях, мы должны обеспечить, чтобы они знали: мы не отступим, мы полностью привержены продолжать поддержку Украины», — говорит М. Рютте. По его словам, страны НАТО договорились, что путь Украины к членству в альянсе необратим, и решать будущее Украины — не России.

– В Вильнюсе мы слышим очень чёткие заявления, что государства нашего региона готовы увеличивать расходы на оборону, однако 2% — это недостаточно, и мы должны быть готовы платить ещё больше.

– Абсолютно верно. Я действительно хочу похвалить вас за проделанную работу, за то, что делает Литва, а также Латвия, Эстония, Польша. Все эти страны увеличивают расходы на оборону до исторических 2%, а в ряде стран региона этот показатель уже значительно выше. В некоторых случаях вы стремитесь к 4, 5, а то и 6%. Если не ошибаюсь, Литва обязалась в следующем году выделить 5–6% ВВП. Это отличная новость.

– Насколько долго хватит 5% на оборону, чтобы сдерживать Россию?

– Думаю, этих сумм будет достаточно, ведь то, что мы делаем, направлено на восполнение всех пробелов наших возможностей, чтобы НАТО в целом могло защищаться от потенциальной российской атаки на всех уровнях. Конечно, нужно учитывать и наращивание военной мощи Китая. Достигнув таких оборонных расходов, — но, разумеется, и другим странам НАТО нужно увеличить свои расходы, пусть и не до такого уровня, но всё же значительно выше тех 2%, о которых мы договорились в 2014 году, — если нам это удастся, мы сможем защититься.

– Однако некоторым членам альянса, вероятно, будет трудно сразу найти дополнительные деньги на оборону, ведь от 2 до 5 процентов — довольно большой скачок.

– Да, внутри НАТО мы всё ещё обсуждаем прямые военные расходы, так что новые цели будут значительно выше 3%. Конечно, придётся договориться и о целях по расходам, связанным с обороной, например, инвестиции в промышленную базу обороны, в инфраструктуру, ведь необходимо иметь возможность перебрасывать военные подразделения из одного места в другое. Также нужно подготовить всё наше общество к тому, чтобы оно было готово к обороне. И, конечно, это трудно, ведь чем больше денег тратишь на оборону, тем меньше остаётся на другие нужды. Однако в конечном счёте, если россияне победят, у вас останутся деньги, но вы будете говорить по-русски — а этого никто не хочет.

– Перед Вильнюсским саммитом вы назвали Россию долгосрочной угрозой для НАТО. Значит ли это, что Россия всё ещё готовится напасть на альянс?

– Мы должны обеспечить, чтобы Россия даже не задумывалась о таком варианте. Это означает, что наши средства сдерживания должны быть такими, чтобы Россия даже не пыталась нас атаковать. Конечно, Россия напала на Украину, мы всё ещё наблюдаем масштабную, ничем не спровоцированную атаку на Украину. Россия вторглась в суверенное государство, и мы должны обеспечить, чтобы, что бы ни происходило в головах Путина и других россиян, они не только поняли, что мы сейчас можем защититься, но и сможем через три, пять, семь лет. Пока Россия инвестирует в свою оборонную промышленность, увеличивает военные расходы, мы обязаны обеспечить, чтобы россияне ничего не попробовали предпринять, зная, что ответ будет сокрушительным.

– Украина провела одну из самых успешных атак на военные базы в России, и президент Зеленский во время визита в Вильнюс заявил, что это должно подтолкнуть Россию к переговорам и прекращению огня. Что вы думаете об этой атаке?

– Думаю, что достижение украинцев было очень впечатляющим. Не забудем, что те российские силы, по которым украинцы нанесли удар, были одной из причин обстрелов Украины со стороны России. Украинцы смогли уничтожить часть этих сил, направленных против Украины, украинских городов, мирных жителей. Так что я считаю, что это действительно впечатляющий шаг со стороны Украины.

– Когда Россия будет готова прекратить огонь?

– Я не могу гадать, но мы должны обеспечить, чтобы Россия ясно понимала: у неё нет никаких шансов выиграть эту войну, что мы — все государства-члены НАТО — полностью едины, как и другие страны: Новая Зеландия, Австралия, Япония, которые также активно помогают нам поддерживать Украину в отражении этой российской агрессии. Россияне должны понять, что мы едины, что мы обеспечим украинцев всем необходимым для продолжения борьбы и что мы полностью привержены долговременному миру или хотя бы перемирию. Над этим мы и работаем.

– Видите ли вы какие-либо признаки того, что война в Украине приближается к концу?

– Пока что война всё ещё очень активна, россияне продолжают нападать на Украину, это мы наблюдали последние несколько недель. Россияне только усилили свои атаки дронами и ракетами против невинных украинцев, украинских городов, не только военных объектов. Украина никогда не хотела этой войны, у русских не было никакого основания вторгаться в независимую страну — это абсолютно неприемлемо. Что бы ни происходило в головах московских лидеров, мы обязаны убедиться, что они знают: мы не отступим, мы полностью привержены поддержке Украины.

– Получит ли Украина какие-либо конкретные обещания по поводу членства в НАТО на саммите в Гааге?

– В Вашингтоне страны НАТО договорились, что путь Украины к членству — необратим. Сейчас мы строим мосты между нами через совместные действия в Польше, где мы учимся на уроках войны, в штаб-квартире НАТО в Висбадене, где стремимся обеспечить, чтобы Украина получала правильно структурированную военную помощь. Также мы помогаем украинцам обучать свои вооружённые силы, стремимся выделять всё больше средств на военную поддержку Украины. Всё это направлено на то, чтобы шаг за шагом строить этот мост.

– Россия повторяет одни и те же требования с самого начала войны в Украине. Как вы считаете, находится ли Россия в положении, позволяющем ей выдвигать какие-либо условия?

– Нет, конечно же нет. Россия — агрессор, а агрессор никогда не должен диктовать условия. Я очень рад, что президент США Дональд Трамп начал прямые переговоры с Владимиром Путиным. Думаю, это было важно. Важно, что американцы делают колоссальную работу, координируя поддержку с европейцами, украинцами.

Разумеется, этот путь будет пройден шаг за шагом, но не России решать судьбу Украины или её геостратегическую позицию. Россия не сможет голосовать или налагать вето на членство Украины в НАТО, в Европейском Союзе. Прежде всего, сами украинцы должны решить, хотят ли они вступать в эти организации, а затем НАТО и ЕС должны действовать, чтобы обеспечить вступление Украины в эти союзы.