Диана Пирагс: «Свадьбы как таковой не было!»

Работа прежде всего

— На снимках рядом с вашей мамой стоит некий мужчина. Его тут же записали в отцы Френка.

— Нет, это друг нашей семьи Матс. Он швед, живет в Риге. Работает директором в одном заведении. Кстати, жена у него украинка. Мы с ними общаемся. В свое время Матс нас фактически свел. Кстати, сейчас мы живем в его квартире в центре Риги. В загсе он выступил в качестве свидетеля. А свидетельницей была моя мама.

— Написали, что в свадебное путешествие вы отправились во Францию — к супругу на родину.

— Нет, мы были во Франции до регистрации. Ездили туда в феврале — как раз на День всех влюбленных. Это вовсе не было свадебным путешествием. Обычная поездка. Мы постоянно летаем во Францию. Муж из города Руян, что на границе с Испанией, на побережье Атлантического океана. Даже потом, после венчания, мы вряд ли отправимся в какое–либо свадебное путешествие. Я не могу надолго отлучаться из Риги. Во–первых, у меня — работа, а во–вторых — 8–летняя дочь–школьница. Хотя сама я в любой момент готова отправиться отдыхать. Вопрос — кто меня отпустит!

— В свое время вы говорили о том, что собираетесь уехать за границу, поскольку в Латвии с работой напряженка.

— Сейчас мы планируем жить в Риге. Куда ж я теперь? К тому же дочь пошла в первый класс. Учится в 40–й школе и очень довольна. И мы рады, поскольку живем недалеко. Что касается Франции, то туда можно съездить отдохнуть. Но не жить. Лично мне там делать нечего, поскольку я не знаю французского языка. К тому же пришлось бы заново строить свою карьеру. По сути, с нуля. Конечно, это было бы глупо. Возможно, мы туда переедем, когда я выйду на заслуженный отдых. В общем, когда стану пенсионеркой. Но до этого еще нужно дожить.

Юбилей не за горами

— Вам в ноябре исполнится лишь 30 лет, а вы уже думаете о пенсии… В одном интервью вы заявили, что хотели бы еще завести детей. Как минимум двоих.

— Я хотела бы даже больше, но сами понимаете, какая в Латвии ситуация. К сожалению, в стране не созданы надлежащие условия для тех, кто хочет помочь решить демографическую проблему. Но Френк знает, что такое многодетная семья. Ведь у него трое детей. Они живут во Франции. Сыну уже 24 года, старшей дочери — 22, а младшей — 16 лет.

— Ваша дочь Анжелика общается со своим папой? Насколько я помню, ваш бывший супруг Дмитрий работает в компании, которая занимается IT–технологиями…

— Знаете, у него своя семья. С Анжеликой он иногда созванивается, а порой и встречается. Я не препятствую этим контактам. Вопрос в том, насколько Дмитрий в них заинтересован. Я всегда только «за». Была бы рада, чтобы он забрал ее даже на недельку или две. Но он не хочет. Он даже официально подписал у нотариуса бумаги о том, что ему сложно проявлять такую отцовскую заботу. Мол, на первом месте у него работа.

Для меня такие слова были оскорблением. Я считаю, ребенок не должен чувствовать себя ущербно. Представляете, как это унизительно, когда звонит отец и говорит: «Я тебя смогу забрать только на час». Но дети ведь это не игрушки. Поиграл и отложил в сторону.

С маэстро в Ереван

— Иногда между бывшими супругами сохраняются хорошие отношение.

— Это не наш случай. А все из–за его отношения к дочери. Но, как говорится, бог ему судья. Сегодня у каждого из нас — своя жизнь. Я давно уже поняла, что Дмитрию не до Анжелики. Френк в этом отношении совсем другой. Пусть он и не родной папа, но все равно считает мою дочь своим четвертым ребенком. Своих детей он вырастил, уделяя им максимум внимания. А сейчас они уже рады пожить отдельно от него. Таковы современные европейские нравы.