Энергетика Украины беззащитна перед ударами России? Что с ней будет дальше?

Начало холодов в Украине ознаменовалось и началом очередной кампании России по уничтожению украинской энергетики. На газовую инфраструктуру, электроподстанции, ТЭС, ГЭС и ТЭЦ снова обрушивается шквал ракет и дронов.

Только за неполные три месяца осени произошло уже десять мощных атак на энергетику — и это не учитывая почти ежедневные обстрелы критической инфраструктуры в прифронтовых регионах. Только с начала октября Россия уже запустила более 150 ракет и более 2 тыс. беспилотников по украинской энергосистеме.

Все это привело к значительному снижению генерации, разрушению систем распределения и передачи электричества. Как следствие — уже почти месяц Украина живет с графиками отключений света, которые в отдельные дни достигали едва ли не 15-17 «темных» часов в сутки.

Кроме того, отдельные регионы и населенные пункты на востоке и северо-востоке Украины оказались в еще более тяжелой ситуации и были вынуждены обходиться без энергопитания несколько дней, а то и недель.

Как это случилось, кто виноват и что будет дальше?

Новая тактика и стратегия

Новая волна атак показала, что Россия снова изменила тактику и стратегию «энергетического террора». Если осенью и зимой 2022-23 годов она пыталась воспользоваться слабостью украинской ПВО, и Украина только благодаря мастерству электриков и относительно теплой погоде удержалась на грани полноценного блэкаута, то в последующие годы Москва атаковала уже изобретательнее, пытаясь нащупать слабые точки украинской энергосистемы.

В этом году Россия решила сосредоточиться на попытках «оторвать» от объединенной украинской энергосистемы отдельные части, прежде всего, прифронтовые и приграничные области на востоке: Черниговскую, Сумскую, Харьковскую, Днепропетровскую, Полтавскую, Запорожскую.

«Они постоянно меняют тактику. На моем счету это уже шестая тактика РФ, которую она применяет. Две ее основные составляющие: попытки нарушить целостность объединенной энергосистемы по Днепру и второе — это попытка отделить от объединенной энергосистемы периферийные подсистемы электроцентралей», — объясняет Украинской службе Би-би-си эксперт по энергетике Геннадий Рябцев.

Подпись к фото, Обстрел Киева в ночь на 14 ноября, по словам Владимира Зеленского, был нацелен на то, чтобы как можно больше навредить людям и гражданской инфраструктуре.

Другая опасность заключается в том, что Россия изменила инструменты этих атак. Теперь она использует для атаки по одному энергообъекту одновременно несколько десятков ударных беспилотников «Шахед» и баллистические ракеты, преимущественно «Искандер-М», которые чрезвычайно трудно сбивать украинской противовоздушной обороне.

Более того, эти средства поражения в последние месяцы существенно модернизировали, повысив их мощность. К примеру, боевая часть «Шахеда» увеличилась вдвое до 90 кг, а баллистика улучшила свою точность и возможность уклоняться от ПВО.

Прямое попадание нескольких таких ракет или «шахедов», например в машинный зал ТЭЦ может привести к фактически полному уничтожению и остановке этого объекта.

Например, после обстрела 8 ноября госкомпания «Центрэнерго», управляющая двумя крупными ТЭС — Трипольской возле Киева и Змиевской возле Харькова, — сообщила, что ее объекты полностью остановились.

«Мы остановились… Сейчас — ноль генерации. Ноль! Мы потеряли то, что восстанавливали в круглосуточном режиме. Полностью!» — говорилось в сообщении компании на фейсбуке.

Для защиты энергообъектов еще в 2023 году украинские власти начали масштабную и дорогостоящую кампанию по строительству защитных сооружений. Однако почти за три года состояние и качество этой защиты все еще вызывают вопросы у экспертов.

Кто за что отвечает

В Украине нет одного органа или ведомства, отвечающего за защиту энергообъектов и это иногда влечет за собой определенный хаос и путаницу. Так, за одну часть трансформаторных подстанций, критически важных для передачи тока, отвечает «Укрэнерго», за другую — Агентство восстановления и развития инфраструктуры. За объекты гидрогенерации отвечает «Укргидроэнерго», атомной — «Энергоатом», за энергообъекты на железной дороге — «Укрзализныця», за теплоцентрали (ТЭЦ) — местные власти и так далее.

Все это привело к тому, что работы на разных объектах, входящих в объединенную энергосистему Украины, происходили разными темпами, а защитные укрытия на них имели разный уровень защиты и качества материалов.

На это, например, обращает внимание бывший глава «Укрэнерго» Владимир Кудрицкий, которого, кстати, президент Владимир Зеленский публично назвал одним из виновников недостаточной защищенности украинской энергосистемы. Сам он это отрицает и говорит, что защиту трансформаторных станций «Укрэнерго» начала возводить еще в 2023 году, в отличие от других объектов.

«А что с этими трансформаторами? Только в конце прошлого года некоторые большие государственные компании, такие как „Энергоатом“, начали заказывать проектные работы для возведения укрытий. Это — публичная информация в Prozorro. „Укрэнерго“ и Агентство восстановления начали действовать летом 2023 года. А „Энергоатом“, „Центрэнерго“ и прочие „проснулись“ в конце 2024-го», — говорил Кудрицкий в интервью Украинской службе Би-би-си.

Глава Агентства восстановления и развития инфраструктуры Сергей Сухомлин объяснил Би-би-си, что трансформаторные подстанции, за которые отвечало его ведомство, защищены почти на 100%. Речь идет о 22 станциях — это треть всех крупных подстанций «Укрэнерго».

«Уровень готовности 95-98%. По многим из этих объектов уже были прямые попадания и все выдержало, все работает», — сказал он.

В качестве примера он привел то, что одна из подстанций выдержала 13 прямых попаданий «шахедов» и продолжила работу.

Однако речь идет о больших подстанциях, где установлены автотрансформаторы с высоким напряжением 750 и 330 кВ.

Какие еще есть проблемы

Вызов в этом году — защитить малые подстанции ПС-110, их по всей Украине тысячи, и они отвечают за непосредственную передачу электроэнергии бытовым потребителям.

«Это нанесение ударов по инфраструктуре, обеспечивающей жизнедеятельность общин. Это фактически геноцид мирного населения. РФ на это пошла и с осени начала бить по этим небольшим трансформаторам. Она начала выжигать все эти мощности на преимущественно прифронтовых территориях», — отмечает Сухомлин.

Он отмечает: защитить эти подстанции почти невозможно, потому что это займет кучу времени и потребует огромных денег. Именно поэтому в конце октября правительство определило наиболее приоритетные из этих подстанций и дало задачу немедленно защитить их.

На сегодняшний день Агентство восстановления уже строит более 100 объектов защиты для этих подстанций и стремится завершить эту работу в сжатые сроки.

Какие еще проблемы с защитой украинской энергетики?

В засекреченном отчете Счетной палаты, который был принят 13 октября, говорится, что государственная программа 2023-24 годов финансированием почти 36 млрд гривен по строительству защитных сооружений изначально имела ряд недостатков. В частности, аудиторы установили, что она «в неполной мере» отвечала требованиям современного проектного менеджмента; имела несовершенную систему мониторинга и отчетности; не определила механизм координации участников. Выявили также завышение цен и объемов работ.

По результатам аудита установили, что за все время реализации этого проекта средний уровень готовности защитных сооружений от беспилотников выполнили менее чем на три четверти от запланированного, а фортификационных сооружений противоракетной защиты — меньше, чем на четверть.

Здесь следует пояснить, что защищенность украинских энергообъектов делится на три уровня. Первый — самый простой и выполненный почти на 100% по всем объектам. Он предполагает укрепление, например, трансформаторов, мешками с песком или габионами. Это должно защитить от обломков ракет и дронов, но, очевидно, совсем не защитит от прямого попадания.

Второй уровень — это возведение специальной бетонной или металлической конструкции, например, сеток над объектом, что должно обезопасить от тяжелых последствий попадания. Этот уровень защиты также был установлен почти на всех подстанциях.

«Физическая защита ПС-330 кВ или большого трансформатора — это сооружение высотой как девятиэтажное здание в бетоне и дополнительной металлической антидроновой защите», — объясняет руководитель Агентства восстановления Сергей Сухомлин.

Тяжелее и дороже всего реализовать третий уровень защиты, который предполагает фактически построение с нуля гигантского саркофага или укрытия для всей подстанции. Этот проект реализовали всего на 50% на наиболее критических объектах.

Однако это все касается только объектов распределения и передачи энергии, то есть подстанций, а вот объекты генерации, те же ТЭС и ГЭС, закрыть бетоном или металлом почти невозможно.

«Большинство объектов генерации обеспечить инженерной защитой почти невозможно, учитывая их большой масштаб. Поэтому говорить о том, что ракета прилетела в машинный зал, который якобы не был защищен надлежащей защитой, это нонсенс, это может говорить только человек, который ни разу не был в машзале и не понимает, что это такое», — говорит эксперт Геннадий Рябцев.

Такие станции прежде всего прикрывают системами ПВО и средствами радиоэлектронной борьбы. РЭБ, кстати, достаточно эффективно показал себя на этом направлении, говорит Би-би-си один из выоскопоставленных офицеров Генштаба ВСУ.

«Был случай, когда осенью этого года на одну из крупных ТЭЦ летело сразу несколько баллистических ракет, и все промахнулись мимо машинного зала именно из-за активных действий РЭБ. Если бы долетели, то была бы катастрофа», — отметил собеседник.

А что будет с газом?

Еще одна особенность российских атак в этом году — стремление уничтожить газовую инфраструктуру Украины. Первые мощные обстрелы этих объектов произошли на исходе прошлого отопительного сезона в феврале–марте и стали неожиданностью для Киева, отметил в разговоре с Би-би-си украинский высокопоставленный чиновник из сферы энергетики.

Тогда россиянам удалось разрушить около 40% газовой добычи. Правда, к осени большую часть восстановили.

Новая волна ударов по нефтегазовым системам пришлась на октябрь–ноябрь.

На этот раз атаки были еще более болезненными. По данным Bloomberg, массированные обстрелы Харьковской и Полтавской областей вывели из строя около 60% добычи газа страны.

Официально эти цифры во власти не комментируют, но информированный собеседник Украинской службы Би-би-си из этой сферы заявил, что результаты атак «были не менее болезненными, чем в феврале–марте».

Правда, уничтожение на 100% газодобычи в стране он считает маловероятным, «апокалиптическим» сценарием.

Во-первых, невозможно уничтожить находящиеся глубоко под землей газохранилища, а если повредить компрессор, поднимающий газ вверх, его можно поднять и без компрессора. Во-вторых, Украина начала активно закупать сжиженный природный газ у западных партнеров, в первую очередь у США. На сегодняшний день он фактически закрывает треть ежедневного потребления. В целом до конца этого отопительного сезона Киев намерен импортировать 4,4 млрд кубометров сжиженного газа.

В-третьих, государственные и частные энергокомпании активно закупают, ремонтируют и создают запасы крупнейшего дефицитного инструмента газового оборудования — компрессоров, активно уничтожаемых Россией в результате массированных обстрелов.

Все это дает основания для «сдержанного оптимизма», говорит чиновник и уверяет, что «газ для украинцев в обозримой перспективе будет».

Что будет дальше

На фоне заявлений о «самой тяжелой зиме» большинство причастных к энергосфере чиновников и экспертов все же считают вполне возможным пережить ближайшую зиму без блэкаутов и «апокалиптических сценариев».

Например, исполнительный директор крупнейшей украинской энергокомпании ДТЭК Дмитрий Сахарук считает, что ситуация «контролируемая» и должна остаться такой в течение зимнего периода.

«Ситуация непростая, но она контролируемая. Очень много людей работают, очень много сейчас времени тратится, чтобы ликвидировать последствия случившихся в результате российских атак повреждений. Я уверен, что, в принципе, благодаря упорному труду сотен тысяч людей в энергетике мы сможем установить контроль над ситуацией, поддерживать его и обеспечить нормальное прохождение зимы», — говорит Сахарук.

По его словам, власти должны действовать быстро и, во‑первых, обеспечить максимальный доступ к энергооборудованию, которое еще есть в Европе — как к новому, так и к бывшему в употреблении.

Во-вторых, нужно своевременно и в полном объеме финансировать восстановление поврежденных объектов.

Третий пункт — максимально работать над улучшением защиты этих объектов.

Дефицит в энергосистеме можно уменьшить благодаря экономному потреблению и увеличению импорта электричества из Европы, а проблему с газом — перекрыть импортом СПГ, говорит Сахарук.

Бывший заместитель министра энергетики, а ныне советница премьер-министра Наталья Бойко, в свою очередь, советует стимулировать украинцев к «сознательному потреблению» энергоресурсов.

«Очень много людей воспринимают энергетический ресурс — электричество, газ, тепло — как нечто, что по умолчанию просто должно у них существовать, желательно бесплатно», — заявила она.

Еще в сентябре украинские власти заявили, что к отопительному сезону 2025/26 будет готово около 17,6 ГВт энергомощности.

По данным Би-би-си, российские атаки к середине ноября уже уничтожили почти пятую часть от запланированного.

«У нас есть 12 регионов Украины, которые по состоянию на сегодня имеют дефицит электроэнергии, который соответствует двум очередям стабилизационных отключений для бытовых потребителей и графикам ограничения мощности для промышленности. Есть регионы, где ситуация лучше, есть — где хуже. Это базовый сценарий [прохождение отопительного сезона], вероятность его реализации — 90%», — считает эксперт Геннадий Рябцев.

Дефицит энергии, который обычные украинцы наблюдают ежедневно в виде отключений света, может продержаться еще долго. Вероятнее всего — до весны 2026 года.