Несмотря на то, что некое агентство опубликовало данные опроса, в ходе которого выяснилось, что 87% жителей Латвии считают, что Латвия тонет в бедности, налицо очевиден рост благосостояния. Продуктовые магазины и торговые центры переполнены, и строятся все новые супермаркеты.

Люди стали тучнее и хорошо известные на Западе заболевания, которые возникают от ожирения, теперь распространены и в Латвии.

Глядя на то, как люди закупаются продуктами, разъезжают на автомобилях, путешествуют по заграницам, посещают концерты и т.д., можно подумать, что все в порядке, но это не так», — пишет Буценс.

Кроме того, канадец латышского происхождения удивлен тем, что, например, красивые улицы Риги переполнены автомобилями, не соблюдающими скоростной режим, пересечь улицу для пешеходов становится очень опасным занятием, опаснее, чем в Торонто, кроме того, грузовые машины разъезжают, где положено и не положено.

Гостя с Запада шокирует также латвийский феномен «бомжей». «Сначала можно подумать, что это старые алкоголики, которые скоро вымрут и проблема будет решена. Но это не так.

Даже спустя 26 лет после восстановления независимости, люди, преимущественно мужчины в годах, обходят мусорники в поисках чего-нибудь съестного или чего-то, что можно использовать еще раз.

Я часто их вижу из окна, но правительство и самоуправление, кажется, этого не замечают. Это не столько антигигиенично, сколько позорно для современного государства», — пишет Буценс.

Также, по его мнению, еще одной острой проблемой латвийского общества является алкоголизм. «Это не только негативно влияет на здоровье человека, но и на экономику государства. Легкого решения этой проблемы нет, но государство может по меньшей мере ограничить места, где люди могли бы покупать алкогольные напитки.

Сейчас водку можно купить в любом киоске и даже на автозаправочной станции. Серьезная образовательная кампания для людей не была бы лишней», — пишет Буценс.

Он также указал, что основной проблемой, которая на Западе вызывает наибольшее разочарование в Латвии — это еще живущий в людях «советский» бюрократический менталитет.

Пока молодое поколение уже мыслит западными мерками, есть еще много ответственных госчиновников, которые избегают давать ясный ответ на четко поставленный вопрос, но прикрываются при этом буквой закона. Это объясняется страхом взять на себя личную ответственность.

Кроме того, канадского латыша возмущает то, что происходит с госязыком, учитывая, что «после оккупации прошло уже 26 лет».

«Надо сказать, несмотря на то, что латышский язык является государственным, русский язык в Риге является «приоритетным» языком. Что это значит? А это значит, что во время разговора латыша и русского, приоритет всегда отдается русскому.

Латыш автоматически переходит на русский язык, оправдывая это тем, что так оба могут быстрее понять друг-друга. Латышский историк и писатель Улдис Германис это называл это манкуртизацией — процесс утраты исторических, культурных и прочих связей, ценностей, а также национальных и нравственных ориентиров», — считает канадский латыш Виталий Буценс.