"Это какой-то абсурд - мы боремся за будущее Украины, не имея собственного будущего. Мы боремся за свободу или смерть, но нам остается только смерть", - рассуждает Леся Ганжа, старшая солдат, оператор БПЛА в одной из бригад ВСУ в репортаже Deutsche Welle.

"Неопределенность - хуже всего", - заключает боец ​​с позывным "Кузя", главный сержант взвода БПЛА в 28-й отдельной механизированной бригаде.

"С такой мобилизацией нас никто не поменяет. Как я могу на это повлиять? Так что я смирился. Я здесь, потому что так надо" - говорит Александр Павлов, капитан, командир батареи управления и артиллерийской разведки в 110-й отдельной механизированной бригаде.

Законопроект о демобилизации в Украине

Демобилизация после трех лет в армии была предусмотрена законопроектом об усилении мобилизации, который начали обсуждать в Украине с конца 2023 года. В конце концов, в апреле 2024-го парламентарии приняли закон, убрав из него определение сроков службы - по просьбе главнокомандующего ВСУ Александра Сырского.

Тогда же парламент обязал министерство обороны решить вопрос о демобилизации в течение следующих восьми месяцев. Но до конца прошлого года этого так и не произошло. А на днях стало известно, что минобороны разработало законопроект о сроках службы еще в январе.

Проект закона предусматривал демобилизацию после трех лет службы, из которых 18 месяцев - в зоне боевых действий. Однако эту инициативу не поддержал Генштаб ВСУ - ведь в случае принятия закона со службы уволится значительное число военных, "что приведет к существенному снижению укомплектованности личным составом боевых воинских частей", говорится в ответе минобороны на запрос "Украинской правды". По информации источников издания, речь идет о 108 тысячах военных, среди которых 14 тысяч офицеров.

Военные в скорую демобилизацию не верили

"Аргумент, что нас некем менять, крайне инфантилен и перекладывает ответственность на тех, кто эту ответственность и так проявил и продолжает проявлять, - считает старшая лейтенант, командир взвода БПЛА в одной из механизированных бригад ВСУ, которая пожелала остаться анонимной. - Добровольцы дали государству большой срок для решения проблем, связанных с мобилизацией. Государство, к сожалению, не решило их и продолжает выезжать на тех, кто везет и кто уж очень устал везти".

Украинские военные, с которыми говорила DW, не воспринимали всерьез обещания правительства и парламентариев решить вопрос демобилизации. "Я и не питал надежд", - признается Андрей Зименко, главный сержант 2-й роты 21-го батальона спецназначения отдельной президентской бригады.

На четвертом году полномасштабной войны украинские военные сталкиваются с последствиями физической и психологической усталости. Среди них - дезертирство и самовольное оставление части, которые приобрели угрожающие масштабы. В то же время, эту проблему может решить наличием четких сроков службы, считает Роман Городецкий, майор, старший офицер отделения психологической поддержки персонала 68-й отдельной егерской бригады. "Это глобальный вопрос - определение срока пребывания в зоне боевых действий и в целом в Вооруженных силах", - добавляет Городецкий.

Реалистичные сроки отдыха для военных

По мнению майора, в условиях нехватки людей можно организовать лишь частичные ротации. К примеру, выводить батальоны на отдых, от одного до трех месяцев, поочередно. "Если мы будем выводить личный состав хотя бы раз в год, все кардинально изменится. Во-первых, улучшится отношение самих военнослужащих к своей службе. Во-вторых, снизится количество СЗЧ (самовольное оставление части - Ред.)", - считает Городецкий.

Военные, с которыми говорила DW, называют большие сроки, необходимые для отдыха после трех лет в армии - от шести месяцев до года. "Даже можно иначе - людей, отслуживших три года, переводить на инструкторов, в тыл", - предлагает боец ​​с позывным "Кузя". "Во времена АТО была практика полугодовых контрактов, - вспоминает старшая лейтенант одной из механизированных бригад. - Понимаю, что с экономической точки зрения для армии это невыгодно. Но я бы очень хотела, чтобы были хотя бы годовые контракты. Даю гарантию, что большинство возвращалось бы в армию и количество СЗЧ снизилось бы".

В то же время, капитан Александр Павлов, командир батареи управления и артиллерийской разведки в 110-й отдельной механизированной бригаде, не может представить никаких реалистичных сроков службы и отдыха. "Нам катастрофически не хватает людей. Нет не то что кем менять, нет даже кого менять, - жалуется командир. - Нашу пехоту вывели из зоны боевых действий - на тот момент укомплектованность была около 20%".

Изменения в подходе к мобилизации

По мнению Павлова, военно-политическое руководство Украины должно изменить подход к мобилизации - в частности, мотивировать людей деньгами. Как и многие собеседники DW, он приводит пример пилотного проекта "Контракт 18-24". Добровольцы в возрасте от 18 до 24 лет получают выплату в миллион гривен за заключение годового контракта, а после его завершения у них будет отсрочка от мобилизации на год с правом выезда за границу и ипотека под 0%. Майор Городецкий из 68-й бригады предлагает распространить этот проект и на 30-летних.

По его мнению, в ТЦК (территориальных центрах комплектации. - Ред.) должны работать рекрутеры бригад, которые будут гарантировать мобилизованным службу на определенных должностях. "То, что сейчас делают ТЦК, не нравится не только гражданским, но и нам, военным, - говорит боец ​​с позывным "Кузя" из 28-й бригады. - Нам привозят людей, которых отловили и от которых здесь нет толку. В лучшем случае он уйдет в СЗЧ, в худшем - это потенциальный 200-й". Кроме того, на фронт не должны попадать мужчины с серьезными проблемами со здоровьем, что встречаются достаточно часто, говорит Андрей Зименко, сержант из 21-го батальона спецназначения. Он также обращает внимание на низкий уровень подготовки и мотивации бойцов после учебных центров.

"Основной причиной, почему люди не хотят служить, называют некомпетентных командиров и отсутствие четких сроков службы, - говорит старшая лейтенант одной из механизированных бригад. - И если первое решается поиском хорошего подразделения, то вот второе, к сожалению, должно решить государство". Вопрос демобилизации тесно связан с вопросами мобилизации, заключает Леся Ганжа, старшая солдат одной из бригад. "Было бы гораздо легче провести мобилизацию, если бы люди были уверены в том, что у них кроме войны еще будет жизнь", - добавляет военная.

Ответственность гражданских за невозможность демобилизации

Тем не менее, не следует снимать ответственность за мобилизацию с самих граждан, считают опрошенные DW военные. "Мне говорят, что меня некому заменить в армии. Но есть куча людей, которые еще не воевали, - замечает Ганжа. - Я готова продолжать воевать за Украину. Но я вижу, что многие люди, моложе и сильнее меня, почему-то этого избегают".

Сержант Андрей Зименко вспоминает, как наблюдал за мужчинами, играющими в футбол на стадионе недалеко от госпиталя, куда он попал с ранением. "Я засек время - они бегали 40 минут, без одышки. Когда я подошел и сказал: "Пацаны, давайте к нам, нам в спецподразделении как раз такие и нужны", они сказали, что больные. А я бы так 40 минут не отбегал - при своих болезнях и в моем возрасте".

В настоящее время украинская армия состоит из примерно миллиона человек, напоминает старшая лейтенант одной из механизированных бригад. "Неужели в стране с населением условно 20 миллионов, без жителей оккупированных территорий и беженцев за границей, так сложно найти миллион человек взамен уже мобилизованных?" - спрашивает военная.