Профессор Спаритис: ученые поддерживают «зеленый курс», так как иначе им будет нечего есть

— Ждет ли мир «зеленое» будущее, в котором не будет места использованию угля и нефти, а поголовье коров сильно сократится?

— Школьники — чудесное общество, в них говорит детское доверие и наивность, добрая воля и доброе сердце. Ведь каждый из нас в детстве хотел полечить синичку со сломанным крылом, захворавшего домашнего питомца. Каждый из нас думал о том, как беречь природу. Мы в этой части общества, юной и неиспорченной злыми мыслями и дурными влияниями, хотим увидеть, что она бережет и защищает природу. Нам всем нужны чистая вода, нужно, чтобы не исчезли виды растений и животных. Возникают вопросы — что делать, чтобы это обеспечить? В мире это зовется «зеленым курсом», в Европе он идет вперед на всех парах под громкие лозунги, но с целями, не столь однозначно оцениваемыми в политическом и экономическом плане. Сейчас у «зеленого курса» инерция. Но «зеленое движение» началось уже 30-40 лет назад, хотя тогда оно так не называлось. Даже раньше — с формирования движений по защите окружающей среды, «зеленых» партий в Европе. Ближайшим примером для нас тогда была «Зеленая» партия Германии. Это был конец 70-х, в СССР — брежневское время, когда глава советского правительства Алексей Косыгин предлагал переместить советские спецсредства и финансы в западный мир и думать о том, как внедриться в экономику и политику Запада.

И мы видим, чего достигла «Зеленая» партия, пройдя в германский парламент. В Германии закрыты все АЭС, строятся ветрогенераторы, парки солнечных панелей. Но ветер не дует все время и солнце не светит круглосуточно, а для промышленности и обогрева домов электричество нужно непрерывно. Где его брать, если АЭС закрыты? Теперь Германия закупает его у Франции, где его вырабатывают АЭС. Но вскоре после закрытия АЭС в Германии в ЕС было принято считать ядерную энергию «зеленой», а значит, закрытие АЭС было ненужным. Не секрет, что «Зеленую» партию Германии спонсировал «Газпром», чтобы сделать германскую промышленность зависимой от «Северного потока» и российских энергетических ресурсов. Тут можно усмотреть умышленную диверсию по отношению к энергетической политике Германии, которая парализует экономику и травмирует социальную жизнь в одной из крупнейших промышленных стран Европы.

Европа приняла «зеленый курс», добившись того, что промышленность должна опираться на возобновляемые ресурсы, но их практически уже нет — есть только то, что можно взять у ветра и солнца, но этого недостаточно и это нестабильно.

Объявив своей целью «зеленую политику» и борьбу с CO2, ЕС поддерживает огромным финансированием развитие технологий по выработке альтернативной энергии, игнорируя более дешевые и климатически нейтральные виды энергетики. А политически мотивированные и тенденциозно сформированные денежные потоки продолжают деформировать общую картину в энергетике, но, если на счету «зеленой философии» лежат огромные деньги, их нужно «освоить».

Не секрет, что латвийской науке денег не хватает, что латвийские ученые перебиваются с хлеба на квас, так как страдающий хроническим дефицитом латвийский бюджет способствовал нехватке финансов для научных исследований, поэтому надо писать европейские проекты, стремиться к европейским деньгам. Если получишь европейский проект, будешь сыт, если нет — не будешь!

Когда изменится конъюнктура, изменится и денежный поток, соответственно изменятся и приоритеты в науке.

Вот тут мы и приходим к вопросам климата, о которых задумывается молодежь, но ей не хватает информации.

— Опрос показывает: большинство молодежи думает, что действия человека могут изменить климат или как минимум вызвать парниковый эффект и ускорить глобальное потепление. Так ли это?

— Молодежь читает СМИ, слушает радио, смотрит ТВ, слушает пропаганду «зеленого курса», так как другой информации у них нет. А если каждый день провозглашается, что надо спасать человечество, природу, что нас уничтожит и излучение, и энергия, отражаемая землей, то индивид, мыслящий некритически, начинает верить в эту истерию. А молодежь — это и есть та часть общества, которая из сострадания к больной птичке или исчезающему виду растений смущается из-за угрозы глобального потепления, главной причиной которой называют антропогенный фактор, путает причины и следствия.

Количество энергии, которое излучает Солнце на Землю за час, примерно соответствует количеству энергии, которое все человечество вырабатывает за год! Это означает, что человеческий фактор способен выработать примерно 0,0001 часть от общей полученной солнечной энергии, которая практически незаметна.

Даже в докладах Всемирной климатической организации (так в оригинале — Ред.) говорится, что антропогенная деятельность со всеми промышленными комплексами производит всего около 3% всего атмосферного углекислого газа.

Могут ли 3% по сравнению с остальными 97% сбить Землю с орбиты и испортить жизнь на планете? Итак, нехватка информации и дезинформация стимулирует ложно понятый страх о вызванных людьми изменениях климата, но в сознании молодежи это сводится к любви к живой природе и желанию ее защищать. Радует, что многие молодые люди все же стремятся рассуждать самостоятельно и слепо не принимать «истину», проповедуемую взрослыми.

— И пастухи, и волхвы шли за звездой и одновременно попали в одно и то же место. Надо ли волноваться, по какому пути идет «зеленый курс» — научному или псевдонаучному? Главное — дойти до цели.

— Если эта политика тенденциозна, а цель — разрушить экономику… то и цель неверна.

— А если цель — чистая природа, океан без загрязнения пластмассой, крупные города без смога и другие приятные вещи?

— Губительные факторы, созданные загрязнением природы, бесспорны. Но это не противоречит законам физики, обуславливающим глобальные климатические процессы. В мире много стран, где население вообще не заботится о чистоте улиц, переработке отходов, где просто бросают пластмассовую упаковку в канавы и в канализацию, где на обочинах высятся горы отходов. Но эти отходы — лишь внешнее «украшение» земного шара. А мы говорим о том, влияет деятельность людей на климатический цикл. Влияет ведь не пластмасса. И может ли излучение Солнца нагреть земной шар так, чтобы естественный цикл на Земле изменился? Измерялась ли энергия, отраженная Землей, говорится ли об этом? Отражает ли что-либо газ? Газ аморфен, газ не отражает, газ рассеян. И нашим мышлением эмоционально манипулируют, но эти утверждения не стыкуются с физическими процессами и законами термодинамики.

— Мы ведь на своей коже ощущаем, что глобальное потепление происходит! У нас в детстве были коньки, лыжи, санки, снег, а теперь почти уже нет…

— Но это не потому, что кто-то топит дома печь или камин, ездит на машине и летает на самолете.

— Эстонцы все время хвалятся своим превосходством в странах Балтии во всех сферах. Но и Литва в последние годы во всех сферах опережает Латвию. Это касается ветропарков и солнечных парков тоже — у соседей их намного чаще увидишь, чем у нас. Так что у нас еще все впереди?

— Значит ли это «впереди», что наша промышленность и энергопотребление могут «съесть» всю электроэнергию, которую вырабатывают в Латвии ветровые турбины, ГЭС, солнечные панели и ТЭЦ? Нашей электроэнергии хватает для промышленности и еще остается. Развитию ветропарков и солнечных парков спасобствуют соображения бизнеса — чтобы продавать электроэнергию, выработанную на электростанциях, построенных на европейские деньги, в единую европейскую сеть, и это будет хорошая прибыль.

— «Зеленый курс» идет и идет, немного притормаживает, но идет вперед. Ни пандемия, не энергетический кризис после нее, ни геополитические угрозы и война в Украине его не останавливают. Как это возможно?

— Желание получить деньги, а это миллиарды для «зеленого курса», пролоббированные в финансовых планах ЕС — почему бы не взять эти деньги? Ученые очень правильно делают, их осваивая. Но других денег нет. Если вдруг произойдет смена курса на 180 градусов — надо осваивать ископаемые источники энергии, рационально использовать месторождения торфа, изобретать новые двигатели внутреннего сгорания, ученые будут делать то же самое. Им надо кормиться не идеалами, а жить на реальную зарплату.

— В Германии закрыли АЭС, но там уже говорят, что надо запустить их снова. Тут появляются противоречия, колебания политической конъюнктуры, не продиктованные логикой. И возникает вопрос — с какой стороны приходят тенденциозные проекты и куда девается здравый смысл?

— Идея эстонцев о строительстве малых АЭС логична и дальновидна, так как современная европейская промышленность умеет изготавливать компактные ядерные реакторы, которые могли бы обеспечивать током один или несколько небольших городков.

Остается их внедрить, запустить, обслуживать и думать дальше, как на этой энергии развивать наше производство и экономику.

— Насколько известно об этих будущих малых АЭС, лидеры здесь — Канада и Скандинавия. Эстония тоже планирует построить две. Латвия тоже хочет участвовать. Но представим себе, какой шум поднимется, когда такую станцию соберутся строить где-нибудь в Латвии! Ведь боятся Чернобыля и Фукусимы. Как уговорить общество, что такие АЭС нужны?

— Это вопрос просвещения общества. Это что-то вроде ситуации с «друзьями природы», которые вопят, что ветрогенераторы уничтожают птиц. А когда спросишь, сколько мешков дохлых соловьев они собрали под генератором, — в ответ тишина. И тут мы снова приходим к школьникам, чьими умами взрослые манипулируют на эмоциональном уровне. Не секрет, что уровень образования в наших школах теряет качество, объем знаний и способность к мышлению катастрофически упали. Наша лидер профсоюза работников образования и науки Инга Ванага борется за учительские зарплаты, но я ни разу не слышал, что надо бороться за то, чтобы школы давали детям такое образование, чтобы 46% родителей не нужно было нанимать репетиторов для заполнения пробелов в знаниях, которые не додала школа. Это свидетельствует о том, что система образования в Латвии на 46% деградировала, так как 46% родителей осознают — их чада не будут конкурентоспособными — и поэтому платят за качественные знания.

— Политическая власть в Латвии со временем уронила престиж учителя, блуждая в лабиринтах «деньги следуют за учеником», но теперь-то уже не так плохо, у учителей уже не такие низкие зарплаты. Может быть, впредь будет не так плохо?

— Зарплата, возможно, мотивирует, но права и обязанности учителей и учеников перевернуты с ног на голову — в СМИ мелькали крики учителей о помощи: они  не могут справиться с учениками, распускающими язык. Нормальна ли ситуация, если ученик может плюнуть учителю в лицо, ударить его, а учитель беспомощен, так как ученика защищает закон о правах детей? А если учитель какого-нибудь безобразника пожестче прихватит, родители подадут в суд. Деформированная правовая система утратила смысл, права и обязанности сменились местами.

Результат ли это, выпестованный бюрократией, способна ли бюрократия выдумать что-то столь бестолковое? Не знаю, где кроется причина, хотя у меня есть подозрения…