"Эта ситуация оказывает огромное влияние на местное биоразнообразие. Микропластик поглощается рыбой, которую мы едим. Так как здесь у нас нет действующей инфраструктуры по переработке отходов, то собранный мусор просто сжигается на муниципальной свалке. Жители вынуждены дышать продуктами горения", -  Деян Фуртула, экоактивист
Ночью здесь прошел ливень, и мы возвращаемся на то же место. Ненадежные плавучие барьеры снова прорвались - во второй раз с января. И мусор продолжил свой путь вниз по течению.

"Вчера здесь плавало шесть или семь холодильников. Так как барьерный канат прорвался, здесь остался только один холодильник. Остальные, наверное, ушли вниз по течению, к гидроэлектростанции. Каждый год ситуация с плавучим мусором здесь повторяется", - Деян Фуртула.

Второй барьер был установлен в двух километрах вниз по течению во избежание замедления работ из-за мусора на местной гидроэлектростанции. Ежегодно здесь скапливается от 6000 до 8000 кубометров плавучих отходов.

"Объем настолько велик, что нам даже пришлось открыть новую службу по очистке, которая работает параллельно с нашим отделом охраны окружающей среды. Эти работы обходятся нам, в зависимости от масштаба, от 25 000 до 100 000 евро в год", - Дарко Фрганья, глава отдела охраны окружающей среды на ГЭС на Дрине.

Экологи говорят, что наблюдают за этой ситуацией уже 25 лет, в то время как три вовлеченные страны только и делают, что обвиняют друг друга.  

Просматривая кадры наших съемок, помощник министра экологии винит во всем зашедшее в тупик региональное сотрудничество. Отвечая на вопрос о том, почему сама страна все еще не применяет принятое европейское экологическое законодательство, она сетует на нехватку ресурсов. "Вы должны дать людям возможность надлежащим образом обрабатывать отходы. По некоторым оценкам, только 60-70% нашей территории должным образом оборудовано инфраструктурой для обработки этого пластикового мусора. Нам действительно необходимо расширить охват организованного сбора мусора в Боснии и Герцеговине", - Светлана Радусин, помощник министра экологии Республики Сербской (БиГ).

Не менее угрожающая ситуация складывается и на границе Сербии. На реке Лим, одном из главных притоков Дрины выше по течению, мы встречаемся с активистом экодвижения Синишей Лаковичем. Он организует сплав по рекам на этих водах, но в последнее время занят их очисткой.

В 15 километрах вверх по течению Синиша приводит нас к источнику этого экологического кошмара. Это самая большая незаконная свалка в округе. Но не единственная.

По оценкам местных НПО, незаконные свалки вдоль реки Лим имеют 5 муниципалитетов в Черногории, 2 — в Сербии и 1 — в Боснии и Герцеговине.

"Я думаю, штрафы дадут результат. Если бы все, кто выбрасывает мусор, были наказаны и оштрафованы, это помогло бы повысить осведомленность и просвещение в этом вопросе. Люди бы поняли, что мы делаем это не только для себя, но и для будущего наших детей и внуков", - Синиша Лакович.

В Белграде мы встречаемся с министром охраны окружающей среды Сербии. Она признает, что необходимо срочно установить контроль над незаконными свалками и обещает ускорить работы по очистке... и просит больше времени для поиска долгосрочных решений.

В детстве Эдита часто приезжала на выходные на реку Лим вместе с родителями. Теперь 28-летний финансовый консультант говорит, что ей грустно приводить сюда сына. "Я бы хотела, чтобы это место запомнилось и моему сыну. Я бы хотела, чтобы он мог приезжать сюда на выходные. Плавать, ловить рыбу с дедушкой. Мы должны это сделать. Нам нужно найти решение как можно скорее", - Эдита Слатина, местная жительница.

В ожидании принятия эффективных решений, местные жители чувствуют себя загнанными в тупик.