Латковскис: Кариньш и «Единство» указывают путь в Брянск, а не в Тампере — «Неаткарига»

36 полетов экс-премьера Кариньша на частных самолетах в такие места, куда легко долететь регулярными рейсами, — тема, вроде бы уже обсосанная со всех сторон. Сколько можно жевать одно и то же.  Очевидно, «Неаткарига» присоединилась к очередной «кампании по очернению» Кариньша.

Отвечаю всем скептикам и охотникам начищать Кариньшу до блеска туфли: ни к какой кампании по очернению я не присоединился. Считаю своим долгом высказаться на эту тему, ибо она, как сказал бы классик, архиважная.

Почему она, по-моему, так важна? Потому что четко намечает ту модель взаимоотношений между людьми, которую хочет выдать за желаемую наш политический класс. Которую он рисует в качестве образца, достойного подражания. Избранные направо, плебеи налево. Чем меньше соприкасаются эти две категории населения, тем лучше. Поэтому никакой ошибки не было. Все было совершенно правильно. Так и надо продолжать.

Стратегия оплаченных и добровольных бесплатных адвокатов Кариньша уже выкристаллизовалась и принята среди его сторонников как убедительная. Из мухи раздули слона. Глава правительства — достаточно значительная персона, ее время дорого. Упреки премьеру за пользование частными самолетами — дешевый популизм, игра на низших инстинктах людей и голая зависть. Экономичное использование дорогого времени высших должностных лиц логично и само собой разумеется. Попытки на этом сэкономить — величайшее расточительство и нерациональное использование ресурсов.

Практику создания высшим чиновникам максимального комфорта нужно сделать нормой и прекратить эти популистские игры, когда премьер летает зажатым с двух сторон между другими пассажирами. Кому нужна эта показуха? Правда, и сам Кариньш в начале своего премьерства участвовал в подобном спектакле, фотографируясь на рижских улицах, будто он едет на работу на велосипеде.

Приведенная выше аргументация имеет свое рациональное обоснование и все права на существование. Но тогда этот подход должен быть последовательным. Надо прекратить рассуждать на тему о приближении к модели поведения стран Севера, надеть длинную норковую шубу, сунуть в рот толстую дымящую кубинскую сигару, положить ноги в сапогах на стол и сказать: так, теперь мы этот театр кончаем и начинаем новую жизнь. Мы во дворцах, а вы в хижинах. Мы господа, а вы холопы. Мы — удобно в частных летательных аппаратах, широко раскинув ноги, а вы — как сельди в бочке. Мы — как султаны Брунея, а вы — как премьер Исландии.

Если кому-то кажется, что я слишком сгущаю краски, то независимо от общества, будь то Бруней, Исландия, Россия или Латвия, лица, стоящие во главе общества, задают тон во всем этом обществе. Люди смотрят на своих лидеров и принимают их поведение как норму.

Если в России норма при передвижении вождя блокировать сообщение на полгорода, то каждый чиновничек на мало-мальски значимой должности считает необходимым заявить о своем статусе, проезжая по городу под вой сирен и блики мигалок. А если премьер-министр Исландии летит в одном самолете с другими, то и чиновники пониже делают то же самое. Они не пытаются выпрыгнуть из общей картины.

Латвия с момента восстановления независимости стремилась как можно дальше отойти от восточных идеалов. Какое-то время это находило отклик и в правящем классе. То же самое позирование Кариньша на велосипеде свидетельствовало о том, что и он старается идти этим путем, но, очевидно, испытания властью он не выдержал.

Кто-то может возразить: что это автор так навязчиво трубит о равенстве. С каких пор «Неаткарига» так полевела? Отвечаю: речь не о равенстве, левизне или даже необходимости для премьера толкаться в общественном транспорте. Речь о принципах, лицемерии и последовательности.

В декларации правительства Кариньша был специальный пункт: «Будем укреплять принадлежность Латвии к региону Балтии и стран Севера». Страны Севера здесь — не столько географическое, сколько политическое понятие.

Будь там написано: «Будем укреплять принадлежность Латвии к единому пространству политической культуры Балтии и России», возражений не было бы. Кариньш действовал сооветственно заявленному. Тогда были бы другие, не менее резкие вопросы, но уже совсем другого, геополитического характера. Сейчас речь об обычном обмане. Обещал приблизиться к странам Севера, а в реальности воплотил в жизнь восточные (российские) нравы.

Увы, не только Кариньш по мышлению оказался ближе к Москве, чем к Рейкьявику. Это было бы еще полбеды. Оказалось, что немалая часть общества, прежде всего избиратель «Единства», ближе к рязанскому, а не копенгагенскому избирателю. Как для жителя российской глубинки приемлемы и понятны путинские дворцы, так и для большинства избирателей «Единства» приемлемо не скрываемое высокомерие Кариньша.

Не будь это так, «Единство» на скандал с полетами Кариньша отреагировало бы иначе. Но при такой реакции, какая была, нечего удивляться, что и по всем остальным показателям мы ближе к Брянску, чем к Тампере.