Какая разница, что вы против Путина, раз вы сами империалисты! Латковскис подключился к «дискуссии» Латыниной и Ланги

«Тот факт, что руководство NT отреагировало быстро, не позволив потенциальному конфликту разгореться и надолго засорить наше информационное пространство, можно только приветствовать. Но прекрасной возможностью промолчать не воспользовалась российская антипутинская эмиграция, которая, сколько бы ее ни били внутри страны, умудряется получать по носу и за рубежом. Из-за своего безудержного высокомерия и неприкрытого империализма.

Что толку ненавидеть Путина, если шовинистический взгляд на окружающий мир совпадает с кремлевским диктатором..? – вопрошает он. — Вот цитата в стопроцентно латынинском стиле: «Во всех человеческих популяциях всегда есть завистники и ненавистники, но некоторые общества позволяют этим ненавистникам и мелочам самоутверждаться за счет тех, кто чего-то добился».

Латынина, разумеется, причисляет себя к тем, «кто чего-то добился», хотя весь ее репертуар изобилует высокомерным клеймением других «ненавистными, завистливыми ничтожествами». Однако на самом деле трудно представить, чтобы кто-то искренне завидовал «достижениям» гротескно огромной Латыниной, сидящей в красном кожаном кресле.

Совсем недавно известный украинский журналист Виталий Портников осудил империализм Латыниной в одной из интеллектуальных дискуссий. Он много лет работает в Москве и хорошо знает тамошнюю публику.

«Когда такой московский господин приезжает в какой-нибудь пригород империи, — объясняет Портников, — он ведет себя как ревизор из центра, который без малейшего сдерживания, с нескрываемым высокомерием читает местным провинциалам/»нацистам» (представителям меньшинств) лекции о том, как надо делать то или иное».

Портников отмечает, что так не ведут себя ни в Берлине, ни в Амстердаме, ни даже в Варшаве, но стоит им приехать в любую «республику» бывшего СССР, как автоматически срабатывает синдром «старшего брата» и готовность высокомерно командовать всеми.

Отдельно стоит сказать о Ксении Лариной. В отличие от вульгарной, чтобы не сказать аляповатой, Латыниной, она всегда позиционировала себя как чрезвычайно тонкий, сопереживающий журналист, который всегда встает на защиту слабых.

Ее нельзя обвинить в империализме или высокомерии. Но она тоже явно не понимает «текущего момента» и его контекста. В результате получился текст, вроде бы правильный по содержанию, но с некоторым «привкусом».

Свою позицию (по поводу решения нашего театра расторгнуть договор) Ларина излагает в первом же предложении: «Я считаю это решение ошибкой, глупостью и упрямой самонадеянностью. […] Я считаю, что таких известных и граждански мужественных россиян нельзя замалчивать и отстранять, а, наоборот, нужно как можно чаще давать им слово, чтобы они на своем прекрасном русском языке, талантливо и убежденно говорили все, что думают о войне и путинском режиме».

Все это очень хорошо, но невольно этот текст четко вписывается в имперскую матрицу, где «глупые» латыши хотят уничтожить «великую» русскую культуру и ее «прекрасный» язык. Проблема в том, что все эти эпитеты о «великой», «могучей», «замечательной», «уникально богатой» русской культуре и языке — это почва, на которой прорастают крайне ядовитые ростки империализма. Того самого империализма, чьими последующими плодами становятся чувство превосходства, желание подчинить, агрессия, война, жестокость, кровь. Все это мы видим в Украине. К сожалению, не только там.

Хотелось бы надеяться, что Ларина поймет, что, говоря о народах, которые когда-то, а многие и сейчас находятся под российским имперским прессом, лучше не использовать эти термины — великая, могучая, прекрасная русская культура и язык, — потому что эти термины всегда служили инструментом угнетения других культур и других языков. Для веками угнетаемых народов это может звучать так: «Мы, конечно, понимаем и признаем ваше (латышское, грузинское, украинское) культурное право на существование, но вы — полные дураки и провинциалы, не знающие свое место».

Если уж вам так хочется использовать фразы о «великом и могучем», то Латвии прежде всего следует проявить хотя бы минимальное раскаяние за то, что она сделала за 50 лет оккупации, колонизации и русификации. Когда в январе 1991 года, после событий 13 января в Вильнюсе, полмиллиона москвичей вышли на Манежную площадь Москвы, чтобы защитить страны Балтии, казалось: русский народ наконец-то осознал свою вину перед численно меньшими народами, готов покаяться и искупить ее.

Сейчас, спустя более 30 лет, мы видим, что вирус империализма в то время был лишь ослаблен и временно перешел в латентную фазу. Как только условия стали более благоприятными для него, он проснулся и теперь заражает даже тех, кто якобы имеет к нему иммунитет. Поэтому осторожность в отношении всего русского вполне оправдана».