Что будет, если КНР нападет на Тайвань: «Мы так обеднеем, что 90-е покажутся сказкой» — политолог

«Это [было бы] абсолютное потрясение не только для мировой экономики (…), но повлияло бы и непосредственно на нашу жизнь», — подчеркнула она. Также политолог рассказала об истории отношений КНР и Тайваня, недавних президентских выборах на острове и их возможном влиянии на ситуацию в мире.

Политолог напомнила, что до 1945 года Тайвань находился под властью Японии, однако после поражения той во Второй мировой войне, остров оказался под контролем Китая. Там вспыхнула гражданская война, которую выиграла коммунистическая партия, а проигравшая партия Гоминьдан создала правительство в изгнании на острове Тайвань. Именно он представлял Китай в ООН до начала 1970-х годов, до нормализации отношений между США и КНР. В итоге, место Тайваня в ООН занял Пекин, а Вашингтон опубликовал «Акт тайваньских отношений», согласно которому Соединенный штаты гарантировали безопасность острову.

«Этот документ — пример стратегической неоднозначности. В нем как бы не сказано, что американцы сразу побегут защищать Тайвань, если на него нападут, но в то же время не сказано, что не побегут», — отметила Берзиня-Черенкова, которая руководит программой Азии Института внешней политики Латвии.

По ее словам, этот документ позволяет Тайваню сохранять статус-кво: Тайвань не является членом ООН, его суверенитет не признает большинство государств, но де факто остров является самостоятельным государством.

При этом между КНР и Тайванем существовал консенсус, что есть один Китай. Однако в процессе демократизации Тайваня в 1980-х там появилась Демократическая прогрессивная партия (ДПП), выступающая за независимость Тайваня. Представитель именно этой партии Лай Циндэ победил на местных президентских выборах 11 января этого года.

«Они и раньше были у власти. Предыдущий президент Цай Инвэнь тоже из Демократической прогрессивной партии. Но то, что уникально, что эта партия получила мандат в третий раз», — подчеркнула Берзиня-Черенкова.

Циндэ, которого КНР называет «опасным сепаратистом», должен приступить к своим обязанностям в мае этого года.

Говоря о том, что означает его избрание для Тайваня, эксперт отметила, что ДПП еще во время предвыборной кампании дала понять, что речь о продолжении прежнего политического курса «без резких заявлений».

При этом новоизбранному президенту не удалось убедить большинство тайваньцев, подчеркнула Берзиня-Черенкова.

«Он действительно получил довольно высокий процент [Лай Циндэ получил 40,05% голосов, в то время как за Хоу Юи из партии Гоминьдан проголосовало 33,49%, а за Кэ Вэньчжэ из Тайваньской народной партии — 26,46 % — Rus.LSM.lv], но Цай на прошлых выборах получила больше 50%. А тут была гонка на троих. Поэтому у Пекина есть причины считать, что, может быть, еще не все гибридные способы влияния на тайваньских избирателей истощены. Что можно, в конце концов, еще работать с медиа, с общественным мнением, усилить нарративы, (…) поэтому кажется, что сейчас какое-то военное вмешательство не было бы выгодно Пекину. Так мы думаем, но мы, как известно, бывает и ошибаемся», — сказала глава Центра исследования Китая.

Она напомнила, что глава КНР Си Цзиньпин неоднократно упоминал о «неизбежном воссоединении» с Тайванем, и что такая риторика давно является важной частью идеологии Пекина, поэтому он вряд ли «отпустит» Тайвань.

Если же КНР решится напасть на Тайвань, это окажет сильное влияние на мировую экономику, отметила Уна Александра Берзиня-Черенкова.

«Мои коллеги делали подсчеты: для мировой экономики это потеря миллиардов долларов. Тайвань является частью цепи производителей проводников очень высокого уровня.

Это [было бы] абсолютное потрясение не только для мировой экономики (…), но повлияло бы и непосредственно на нашу жизнь.

Мы все обеднеем еще сильнее. Нам кажется, что мы не можем себе что-то позволить, но мы обеднеем настолько, что 90-е покажутся нам сказкой», — сказала специалист.

Кроме того, по ее мнению, нападение КНР на Тайвань стало бы еще одним сильным ударом после вторжения РФ в Украину на мировое восприятие того, «что можно и нельзя в международных отношениях».