Site Violet — темная тайна Литвы. За этим названием скрывается тюрьма ЦРУ

В начале 2000-х годов, повествует автор, на конюшне в селении Антавиляй недалеко от литовской столицы началась усердная стройка. Загадкой оставались для местных жителей и похожее на склад здание, и разговаривавшие по-английски охранники, и курсировавшие автомобили с затемненными стеклами.

«15 лет спустя тайна, кажется, раскрыта. Хотя прямые доказательства отсутствуют, есть множество улик: в период с 2005 по 2006 год здесь, вероятно, находилась Site Violet, тайная тюрьма ЦРУ для особенно важных заключенных, пойманных на войне с терроризмом», — говорится в статье.

«Домыслы о существовании подобных тайных тюрем не только в Литве, но и, например, в Румынии и Польше, стали появляться в 2009 году, — отмечает журналист. — В мае прошлого года ЕСПЧ пришел к заключению, что имеется достаточное количество улик, указывающих на то, что официальные ведомства Литвы и Румынии, как минимум, знали о существовании этих учреждений».

«Возможно, они сознательно допускали заключение людей и проведение допросов в условиях, нарушающих права человека», — передает Херманн. Суд обязал Литву и Румынию выплатить компенсацию в размере 100 тыс. евро и оплатить судебные расходы истцам, бывшим заключенным секретных тюрем.

Литва, пишет издание, курьезным образом сначала признала вердикт, но лишь несколько дней спустя резко поменяла свой курс. «В комментарии правительства говорилось, что собственное расследование не сочло убедительными приведенные Страсбургским судом обстоятельства. Упомянутое здание предназначалось для использования в качестве центра поддержки разведки, а на сомнительных самолетах, на которых, согласно решению ЕСПЧ тайно перевозили заключенных, якобы транспортировалось оборудование».

Тем не менее, в октябре 2018 года ЕСПЧ отказал властям Литвы и Румынии в пересмотре дела.

При этом, отмечает Херманн, остается неясным, кто и когда знал в Литве о происходящем в Антавиляй. Президентом с середины 2004 года был Валдас Адамкус, который до 1997 года жил в США, что сразу навлекло на него подозрения. «Политолог Кестутис Гирниус допускает, что служба безопасности Литвы, будучи местным партнером ЦРУ, действовала самостоятельно. Причина могла быть практичной с точки зрения политики — чтобы в случае необходимости для действительно неосведомленного правительства было бы проще правдоподобно опровергать возможные обвинения. Либо спецслужба хотела скрыть эту операцию от остальных действующих лиц, чтобы прикарманить немалую материальную компенсацию», — говорится в статье.

«В случае с Литвой, Румынией и Польшей время подготовки тайных тюрем имеет значение и с точки зрения их международной позиции в те года, — полагает Херманн. — Все три страны (…) всеми силами стремились к тому, чтобы закрепиться в западном сообществе». После вступления в НАТО они «видели в США более важную опору, чем в западноевропейских странах. Отклонить требование ЦРУ было бы в то время щекотливым делом», отмечает журналист.

«Сославшись на тогдашнюю дилемму в сфере политики безопасности, сегодняшнее руководство могло бы дистанцироваться от тех событий и представить Литву в роли страны, безоговорочно соблюдающей права человека. (…) Однако, по словам политолога Гирниуса, этот шанс упущен. Вильнюс, тем самым, подрывает собственное притязание на «нравственную внешнюю политику» и создает опасные возможности для нападок в напряженных отношениях с Россией. Вильнюс охотно — и оправданно — показывает пальцем на грубую силовую политику Москвы, говорит Гирниус. Однако чтобы оставаться убедительным, необходимо и самому следовать моральным принципам, соблюдения которых требуешь от других».

По мнению юриста неправительственной организации Human Rights Monitoring Institute, готовности заниматься данной темой нет ни в литовской политике, ни в обществе. «Правительство пытается максимально ограничить ущерб, и, пока никто не сможет неопровержимо доказать обратное, придерживается того, что тюрьмы не существовало. С точки зрения правозащитников, после решения Страсбургского суда необходимо привлечь к ответу ответственных лиц. (…) Однако в обществе царит определенная безучастность», — передает NZZ.

 Источник: Neue Zürcher Zeitung