Сандрис Точс: «Латыши зарабатывают тем, что уничтожают сами себя. Пора это кончать…»

Я хотел назвать эту статью «Национальное объединение неплатежеспособности». Но это было бы нечестно по отношению к Национальному объединению. Паутина мафии неплатежеспособности опутала все партии… Но Нацобъединение само себя заточило и отказалось от национальной идеи. И чем меньше в партии оставалось национальных идей, тем больше места в ней занимала мафия администраторов неплатежеспособности, тем резче становились нападки на «чужих».

Как можно годами проводить политику, результатом которой является массовый отъезд латышей из Латвии, и оставаться при этом «национальными»?

Могут ли у национальной партии на первом месте быть другие интересы, а не интересы Латвийского государства? Где ваша национальная позиция на переговорах с Европейским союзом? Где национальная позиция, когда приезжает представитель США с инструкциями? В чем вообще заключается национальная позиция? Может ли для национальной партии при осуществлении ее политики быть безразлична польза для Латвии?

В такой позиции нет ничего национального. Возможно, агрессивная риторика существует только для того, чтобы замаскировать то, что у вас нет национальной политики.

Зато есть мафия администраторов неплатежеспособности и разжигание вражды на основе исторических обид.

Вы «продаете» в политике 1940 год, «продаете» людей, которые умерли на чужбине, чтобы собрать голоса, прийти к власти и проводить политику, из-за которой латыши сегодня уезжают на чужбину.

В 1998 году национальные шакалы неплатежеспособности терзали мертвых слонов, в 2008-м начали нападать на раненых, а в 2018 году — уже на здоровые предприятия, чтобы специально довести их до неплатежеспособности и растерзать.

В 1998 году они «обчистили» павших в результате российского кризиса, после 2008 года уничтожили тех, кто пострадал из-за мирового экономического кризиса, а в 2018 году стали искать внешние причины для того, чтобы растерзать здоровые отрасли. Потому что за банками последуют транзит, недвижимость и новый экономический кризис, во время которого вновь будут случаи неплатежеспособности и, следовательно, возможности для разграбления.  

Вот такая «национальная идея» — навариться, убив самих себя! Вот что должно волновать каждого мыслящего человека в Латвии.

Убийство Бункуса просто открыло шлюз. Ну и, разумеется, приближение выборов некоторым развязало языки. Есть только один вопрос — правда ли все это? И если это правда, то вы уже не засунете ее обратно.»