Рижский бульвар Тотлебена: в честь кого так когда то назывался нынешний бульвар Калпака

Будущий фортификатор родился в 1818 году в Митаве (нынешней Елгаве) в семье купца второй гильдии. Его предки переселились в Курляндию из Германии в начале XVIII века. Эдуард был пятым ребенком, а помимо него в семье было шесть детей.

Вскоре после рождения мальчика семья переехала в Ригу. Первоначальное образование Эдуард получил в одном из лучших учебных заведений города – пансионе доктора Гюттеля.

Интерес к военной науке у Тотлебена проявился уже в школьные годы. По воспоминаниям родных, он часами просиживал не за обязательными школьными предметами, а за книгами по строительству военных укреплений. Теорию превращал в практику на родительской даче — строил редуты.

Отец решил помочь увлечению сына и отвез 14-летнего подростка в Петербург, где тот поступает в инженерное училище. Юноша не отличался здоровьем – несколько раз из-за болезни сердца прерывал учебу и возвращался на побывку к родителям. Однако его жизнь — лишний пример того, что целеустремленность и настойчивость помогают превращать в реальность любые мечты.

По окончании училища Тотлебен получает назначение в Ригу – в инженерную команду. Там, а потом в гренадерском саперном батальоне в Динабурге – нынешнем Даугавпилсе — проходит “военные университеты”.

Первой горячей точкой для будущего генерала стал Кавказ, куда он прибыл в 1847 году. Русские войска берут несколько важных укрепленных пунктов противника (горских племен и княжеств), и Тотлебен, занимавшийся обеспечением инженерных укреплений, отмечен орденом и чином капитана. А затем была Крымская война, где талант военного инженера раскрылся наиболее ярко.

В августе 1854 года генерал-адъютант Михаил Дмитриевич Горчаков отправил Тотлебена в помощь русской армии в Крым, рекомендуя его как “деятельного, разумного, храброго  человека», испытанного в боевой обстановке.

Прибыв в Севастополь, Тотлебен внимательно изучил укрепления города с моря, признав их удовлетворительными, но с суши обнаружил едва обозначенными. Получив в свое подчинение все инженерные и саперные части гарнизона, взялся за работу.

Оборонительная линия города непрерывно расширялась, включая в себя все новые форты и бастионы. Работы велись днем и ночью, и там, где неприятельская разведка раньше обнаруживала лишь слабые укрепления, выросла сплошная линия обороны.

День первой массированной бомбардировки Севастополя англо-франко-турецкой коалицией – 5 октября – стал испытанием оборонительных сооружений, экзаменом для их создателя. Испытания прошли успешно: атака была отбита. Разветвленная система передовых окопов и редутов, тщательно приспособленных к местности, стала новым словом в фортификации.

Строительство укреплений было делом изнурительным и опасным, и не все командиры решались помогать главному инженеру. Но когда один из них пришел жаловаться на него адмиралу Нахимову, тот отреагировал жестко: “На Тотлебена?! Извольте идти вон!”  Нахимов нередко повторял: “А без Тотлебена мы пропали бы, непременно пропали бы”.

В марте 1855 года Тотлебен произведен в чин генерал-майора, а в конце апреля, после отражения второго штурма Севастополя, его имя было занесено на мраморную доску альма-матер — инженерного училища в Петербурге.

Ряды защитников города день ото дня таяли, ряды осаждающих росли. Тотлебен заранее написал прощальное письмо жене. Но судьба оказалась к нему милостивей, чем ко многим: 8 июня его ранили в ногу, навылет…

Вновь о таланте Тотлебена заговорили во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Война началась удачно, и царь, находившийся при ставке главнокомандующего, ожидал скорой победы. Не получилось — камнем преткновения стала Плевна. Два кровопролитных штурма не принесли результатов. Третий, проходивший в день рождения Александра II, также окончился неудачей.

Военный министр распорядился вызвать из Петербурга Тотлебена. Прибыв 2 сентября 1877 года, тот твердо заявил: “Четвертого штурма не будет!” Тотлебен считал, что сможет добиться капитуляции крепости путем ее полной блокады и методичного разрушения системы обороны противника.

«Последний бой под Плевной 28 ноября 1877 года» Н. Д. Дмитриев-Оренбургский, (1889).

Все было совсем не так, как в лихом боевике по роману Бориса Акунина “Турецкий гамбит”. Кольцо блокады окружило турецкий гарнизон, в городе начались голод, болезни. В ночь на 28 ноября турки предприняли попытку прорваться, но, потеряв 6 тысяч убитыми, отступили и вскоре капитулировали. В плен попали 43 тысячи человек во главе с Осман-пашой – турецким маршалом.

В апреле 1878 года Тотлебен стал командующим действующей армии, а на завершающей стадии войны вел дипломатические переговоры по подписанию мира. Затем организовывал возвращение войск в Россию, эвакуацию раненых и больных…

Высшая власть достойно отметила заслуги выходца из Лифляндии. В 1879 году он возведен в графское достоинство, затем назначен генерал-губернатором Одессы, а в 1880-м – командующим войсками Северо-Западного края, штаб которых располагался в Вильне.

Осенью 1882-го Эдуард Иванович выехал на воды в Германию — давали знать ранения. 19 июня 1884 года в местечке Зоден близ Франкфурта-на-Майне он скончался.

Тело военачальника доставили в поместье Тотлебенов в Кедайны (нынешний Кедайняй в Литве), но вскоре семье было предложено перезахоронить героя в Севастополе. Пожелание Александра III выполнили 5 октября 1884 года. А в 1909 году на Историческом бульваре Севастополя был установлен памятник Тотлебену и героям обороны города. В центре памятника на пилоне — скульптура генерала Тотлебена…

Еще при жизни Рига и Ревель (нынешний Таллин) избрали его почетным гражданином, а в 1885 году именем Тотлебена назвали один из центральных рижских бульваров.

Бульвар Тотлебена в 1900-х.

Позднее на Эспланаде решили установить памятник Тотлебену – рядом с Кафедральным собором, симметрично монументу Михаилу Богдановичу Барклаю-де-Толли. Памятник Барклаю взошел на постамент в 1913 году, а второму видному нашему земляку поставить не успели: грянула Первая мировая война…

В 1923-м власти новой Латвии бульвар Тотлебена переименовали в Калпака, а соседнюю улицу Паулуччи (в честь видного рижского генерал-губернатора, итальянца Филиппа Осиповича Паулуччи, среди прочего заложившего Верманский парк), — в улицу Меркеля. Сегодня о том, что когда-то в Риге был бульвар Тотлебена, напоминают только старинные открытки. Есть они и в коллекции вашего автора.

Кстати, в Софии именем Тотлебена назван бульвар, который украшает памятная доска генералу.

Есть в Болгарии и село, названное именем военачальника, – в 25 километрах от Плевена (некогда Плевны)…

Илья ДИМЕНШТЕЙН.