На прошлой неделе в Риге с аншлагом прошли гастроли МХТ им. Чехова. В спектакле «Юбилей ювелира» вместе с Олегом Табаковым на сцене «Дайлес» блистала великолепная Наталья Тенякова – артистка, которая потрясает зрителя каждой своей ролью.
Когда в финале Наталья Максимовна вышла на сцену в ирреальном образе королевы Англии, зал ахнул…
Мы встретились с Натальей Теняковой сразу после спектакля. Статная величественная Наталья Максимовна и вправду кажется настоящей королевой. Говорит то, что думает – без сантиментов и красивостей. Смотрит прямо в глаза. Улыбается без фальши.
А главное — в отличие от большинства театральных актрис, она совершенно не играет в жизни.
«Никакого режиссера не боюсь»
— Наталья Максимовна, готовясь к встрече с вами, я пыталась отыскать в Интернете ваши интервью. Но практически не нашла. Вы не любите журналистов?
— Не люблю пустых разговоров. Приходите в театр, смотрите спектакли, в которых я играю. Больше, чем на сцене, я сказать не могу.
— А как появилась сцена в вашей жизни?
— Благодаря человеку, которого звали Борис Вульфович Зон. Я никогда бы не стала актрисо
Не хочется говорить банальностей, но Зон в каждом гадком утенке видел нечто фантастическое. Это поразительно — как он угадывал! Брал совершенно бесформенное существо и видел в нем будущую форму. Индивидуальность не трогал вообще, а только обихаживал, поливал. Невероятно, но он в каждой девочке мог разглядеть будущую красавицу…
— Но вы-то всегда были красавицей!
— Я была толстой девкой с двумя косицами. А Зон во мне что-то увидел. И об Алисе Фрейндлих он еще в институте говорил: «Настанет ее театральное время, когда она не мальчиков-девоче
А как Зон учил работать нас над ролью! Помню, как перед тем, как начать репетировать «Машеньку», он заставлял меня пройти всю биографию персонажа. Как она едет в поезде к деду, о чем думает, как подходит к двери… С тех пор я никакого режиссера не боюсь, даже самого остолопа – потому что знаю, с чего начинать.
— Вы работали с лучшими театральными режиссерами Москвы и Петербурга – Товстоноговым, Ефремовым, Табаковым, Серебренниковым. Кто ваш самый любимый режиссер?
— Юрский, конечно. Я актриса Сергея Юрского. Ему со мной удобно и интересно. А мне – с ним. Это мой учитель, режиссер. Да что там говорить — он просто гений.
«Юрский – это солнечный удар»
— Как вы познакомились с Сергеем Юрьевичем?
— На третьем курсе меня пригласили на съемку «Большой кошачьей сказки» по Чапеку: » Придешь и сыграешь эпизод, невесту Юрского». Что?! Я и великий Юрский?! Не может быть!
Вхожу в полуобморочном состоянии в огромный зал. Сидит Юрский, что-то листает. Режиссер говорит: «Познакомьтесь, Сергей Юрьевич, это студентка Наташа Тенякова». Я как под наркозом: иду медленно, косолаплю ногами… Юрский встает, поправляет бабочку. А я не знаю — подать ему руку или не подать? Если бы меня представляли Станиславскому —
У Бунина есть такой рассказ – «Солнечный удар». Это про нашу встречу.
— В то время вы были замужем за однокурсником Львом Додиным. Возник любовный треугольник?
— Треугольники не в моем характере. Когда я поняла, что меня ударило, я пришла и честно призналась Лёве: «Прости, но я влюбилась». Он побледнел и спросил: «Боже, в кого?» Я ответила: «В Сергея Юрского».
Лёва облегченно вздохнул: «Слава Богу, ты б еще влюбилась в Иисуса Христа!» Юрский был так же недосягаем. Суперзвезда, как сейчас говорят.
— Многие знают, что Сергей Юрский и Наталья Тенякова – муж и жена. Но оказывается, по паспорту вы тоже Юрская! Я случайно это подсмотрела в списке артистов, заселявшихся в гостиницу. Когда вы поменяли фамилию? И почему?
— А назло. Во время гонений на Юрского в Ленинграде ему не давали работать, он был везде запрещен. Его как диссидента выживали из города, и мы были вынуждены уехать. Как? Куда? Где жить? Решили податься в Москву, но тогда никто не менял московские квартиры на питерские…
И вот тут начались всякие гадкие уговоры: «Наташ, ну тебе-то зачем? Тебя-то никто не трогает, останься в Питере. Ты первая актриса БДТ, будешь играть все роли… «Я в тот же день пошла и сменила фамилию на Юрскую.
«Не надо тянуть одеяло на себя!»
— Коренным ленинградцам очень трудно расставаться со своим городом. Как вас встретила Москва?
— Я очень боялась шумной и беспорядочной Москвы, после степенного Питера, где я выросла на тихой Пушкинской улице, впадающей в Невский проспект. Но оказалось все не так страшно, встретили нас приветливо. Театр Моссовета выделил квартиру на Большой Дорогомиловской. Это уже потом мы поменялись поближе к старым дворикам Арбата.
— Как вы, две такие яркие индивидуальности
— Нормально уживаемся. Во-первых, я очень спокойный человек, не скандальный, не истеричный. Во-вторых, с Юрским настолько интересно и настолько не скучно, что за это можно простить все. В-третьих, нам есть о чем говорить друг с другом. Есть о чем молчать. И есть о чем играть вместе.
— Кто в вашей семье главный?
— Этот вопрос разрушил не одну актерскую семью. Нельзя тягаться – кто главнее! Нельзя позволять себе выплесков тщеславия и тянуть одеяло на себя. Именно из-за этого распадаются браки. Как только кто-то начинает проявлять амбиции – семье сразу можно сказать «прощай».
— Вы хотите сказать, что у вас, народной артистки России, лауреата множества премий, нет никаких амбиций?
— А какие у меня могут быть амбиции? Юрский старше меня, лучше, умнее. А главное – талантливее нас всех вместе взятых. И потом — любовь сильнее амбиций. Она позволяет прощать, не замечать недостатков в том, кого любишь.
Магия сцены
— Говорят, вы были категорически против того, чтобы ваша дочь Дарья стала актрисой. Почему?
— Потому что знаю, какая это зависимая профессия. Мужчи
Теперь уже дело прошлое, можно рассказать… Перед экзаменами я даже просила Олега Табакова, набиравшего курс в свою студию-МХАТ, чтобы он не брал Дарью, если усомнится в ее способностя
— А сегодня вы переживаете за актерскую судьбу дочери?
— Уже можно не переживать: судьба Даши как актрисы сложилась успешно. Но когда у нее был дебют, я так безумно волновалась, что вышла из роли и превратилась в клушу-мамашу. Мы играли в одном спектакле. Я стояла вместе с Дашкой на сцене и повторяла ее текст, чтобы она нигде не споткнулась.
Потом мне говорили: «Наталья, что это было? Вы же профессионал высокого класса! А стояли и шевелили губами». Мать во мне перевесила актрису! А вообще поведение актеров на сцене надо изучать психиатрам.
— Неужели всё так запущено?
— Медики говорят о неизвестной им, но точно существующей «системе», которая включается при выходе на сцену. Допустим, если у артиста сильный насморк, то он вдруг прекращается. Заканчивается спектакль, и насморк начинается снова.
Что бы ни случилось у артиста – а стоит ему выйти на сцену, и сцена лечит. Это настоящая магия! Работают какие-то совершенно непонятные кнопки, в организме происходит нечто такое, чего наука пока не может объяснить.
— В вашей жизни был трагический случай: вечером вам играть на сцене Раневскую, а утром ваша дочь попадает в ДТП…
— Не утром, а днем. Перед самым спектаклем. Дашу сбила машина, отвезли в Склифосовского…
— Как же вы играли?
— Не знаю. Правда, не знаю. По-человечески это невозможно. Твой ребенок лежит переломанный, а ты выходишь, улыбаешься… Но у моих коллег и пострашнее были вещи.
Люсе Макаровой в день смерти ее мужа Ефима Копеляна сказали: «Мы отменим спектакль». А она ответила: «Не надо. Я буду играть». И играла! Комедийную роль – Хануму. Причем, играла, как никогда… Такая у нас профессия. Об этом Зон, нас, первокурсников еще на первом занятии предупреждал: «Запомните на всю оставшуюся жизнь — актер не играет в спектакле только в случае собственной смерти».
«Любовь и голуби»
— Будучи блистательной театральной актрисой, вы очень мало играли в кино. Нет ли у вас обиды на кинематограф за невостребованнос
— Да Бог с вами! Какие обиды? Мне никогда не нравилось играть в кино! Для меня это неинтересно, скучно… Снимают отдельными кусками, то с конца начнут, то с середины. То ли дело театр: собрался, сделал глубокий вдох — и сыграл на одном дыхании от начала и до конца.
— На съемках фильма «Любовь и голуби» вам тоже было неинтересно и скучно?
— На этой картине подобралась прекрасная компания. Поэтому и фильм получился замечательным — плохое настроение на раз снимает. Я его очень люблю, а на съемки попала случайно. Юрскому никак не могли найти партнершу. Все стали уговаривать меня сыграть его старуху, и Юрский тоже подключился: «Ну, Наташа, давай вместе, чего уж там»…
— Когда вы играли бабку Шуру, вам было всего 40 лет. Не переживали, что вас чересчур состарили?
— А в этом фильме все было чересчур. Юрский, интеллиг
«Мне жалко трудоголиков»
— Это правда, что ваши корни из Латгалии?
— Да, под Дагдой жила моя бабушка, там родилась моя мама. Мы с Сережей не раз бывали в этих краях. Латгалия -это совершенно особый мир.
Когда Дашка была маленькой, она частенько проводила там лето, в гостях у родственников. Но их давно нет в живых, и ездить нам больше не к кому.
— Что вам дороже всего на сцене?
— Молчание зала. Это самое прекрасное, что есть в театре – когда я держу паузу и владею зрителями.
— Какая черта в вашем характере главная?
— Лень. Я ею спасаюсь: все в жизни делаю очень-очень быстро, чтобы поскорее закончить и полениться: почитать, расслабиться. Мне жалко трудоголиков – им этого не понять.
— Какие качества вы цените в людях?
— Ум, юмор и талант.
— Чего вы боитесь?
— Болезней. Болезнь унижает любого человека. Не дай Бог потерять рассудок – лучше смерть.
Досье «Субботы»
Наталья Тенякова родилась 3 июля 1944 года в Ленинграде. Окончила Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии (ЛГИТМиК), курс Бориса Зона.
Играла в Лениградском театре им. Ленинского комсомола, БДТ, театре им. Моссовета, МХТ им. Чехова.
Снималась в фильмах «Страшая сестра», «Али-Баба и сорок разбойников», «Любовь и голуби», «Чернов/Chernov»
Народная артистка РФ. Лауреат «Золотой маски» и премии Станиславского.
Замужем за актером и режиссером Сергеем Юрским. Дочь – Дарья, актриса МХТ им. А. Чехова. Двое внуков – Георгий и Алишер.
Елена СМЕХОВА.
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
Будьте первым, кто прокомментирует
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.