Эта трагическая история, по словам сына, началась с экскурсии его матери по Индии — с невинного укуса щенком возле гостиницы в Непале, который произошел в мае 2018 года.

«В отеле, где они оставались, под скамейкой спал щенок. Она сидела рядом на скамейке. Просто в ногах. Она резко пошевелилась щенок проснулся и укусил ее за внутреннюю сторону левой ноги», – рассказал «Личному делу» Виталий Комаров.

Светлана тогда жила в Ирландии и по возвращении обратилась к местному врачу, поскольку место укуса покраснело и воспалилось. Тот выслушал историю об укусе собакой в Непале и выписал мазь. А через полтора года, 25 ноября 2019 года, женщина поступила в Даугавпилсскую региональную больницу с первичным диагнозом — защемление седалищного нерва. И тут уже события развивались стремительно.

Виталий Комаров предоставил «Личному делу» переписку его матери с подругой. Пациентка постоянно жалуется на водобоязнь.

7:57 «Шум воды вызывает удушье и вид воды тоже».

7:59 «Не могу глотать, водобоязнь, удушье».

9:49 «Глотать тоже не могу, каждый раз захлебываюсь своей слюной».

9:50 «Я не могу даже в рот жидкость налить, сразу задыхаюсь».

Наконец Светлана Жгунцова сама себе поставила диагноз и потребовала, чтобы врачи проверили ее на эту болезнь.

«У меня все похоже на бешенство, но нет температуры, написала она мне. Когда она уже не могла говорить, мама делала записки и показывала их врачам. Одна из записок говорит: вы взяли у меня анализ на бешенство? (В редакции «Русского вещания» есть скриншот)», – рассказал Виталий Комаров.

В переписке с подругой много ненормативной лексики в адрес врачей. Больницу Светлана Жгунцова называет концлагерем. Жалуется на то, что никто к ней не прислушивался.

12:01 «Я всю ночь задыхалась, ни один врач не подошёл, сестры считали, что я истеричка, а у меня грудь разрывалась».

В 12:27 28 ноября последний крик о помощи подруге в смс-сообщении:

12:27 «Аня, они хотят меня «заколоть», и в дурку!»

В Даугавпилсской региональной больнице Светлана Жгунцова лежала в общей палате вместе с пятью другими пациентами. И когда симптоматика бешенства стала нарастать, пациентка стала пугать окружающих, и ее перевезли в Даугавпилсскую психоневрологическую больницу.

«Ваша мама ведет себя абсолютно неадекватно. Она агрессивная, она плюется в людей. Когда ее пытаются колоть физраствором, ее не могут удержать. Она катается по полу. Ругается с врачами. Поступила с острым психозом, и они не могут понять, из-за чего он. И все эти симптомы были в Даугавпилсской региональной больнице, она даже пыталась сбежать, и ее силой затащили в палату», – рассказал Виталий Комаров.

В психиатрической больнице Светлане Жгунцовой поставили диагноз – острый психоз. Спустя 7 часов пациентка умерла от отека легких. Врач-психиатр как сопутствующий диагноз поставил бешенство, но под вопросом. По словам Виталия Комарова, никто в Даугавпилсе даже не собирался проводить вскрытие умершей пациентки и выяснять, отчего же она умерла на самом деле: 

«Поезжайте договаривайтесь о транспорте. И зачем вообще ее вскрывать. Умерла, просто ее закопайте, похороните. Была такая фраза», – рассказал Виталий Комаров.

Вскоре по результатам анализов выяснилось: да, бешенство, и заразилась женщина штаммом вируса, который нехарактерен для латвийских широт.

Председатель правления Даугавпилсской региональной больницы Григорий Семенов признаёт, что были допущены ошибки во время лечения пациентки.

Сын погибшей пациентки намерен подать судебный иск против Дагуавпилсской региональной больницы, поскольку считает, что врачи не смогли поставить диагноз, из-за чего его мать умерла в страшных муках. Вылечить они бы ее не смогли, но облегчить страдания больной было в их силах.