Так получилось, что именно Регина стала инициатором объединения пострадавших, которые в апреле этого года создали товарищество Zolitūde 21.11. Тесный контакт с семьями пострадавших — хранилище множества грустных, сокровенных историй, которые в скором времени станут основой Книги памяти, которую товарищество пострадавших собирается издать по меньшей мере на двух языках — русском и латышском, в память о каждом из тех, кто погиб, и в честь тех, кто, рискуя жизнью, спасал пострадавших в этой катастрофе.
— Для того чтобы написать такую книгу, — говорит Регина, — необходимо собрать как можно больше свидетельств очевидцев. Рассказы родных о тех, кто погиб. Свидетельства тех людей, которые находились в Maksimа в момент катастрофы, рассказы спасателей и простых людей, которые в первый момент, еще до приезда пожарных, вытаскивали людей из–под завалов. Потому что, несмотря на то что журналисты писали о трагедии в Золитуде много и подробно, история этой катастрофы еще не рассказана полностью. Одно из свидетельств тому — моя личная история, которая началась со старой фотографии.
Всего пару месяцев назад я думала, что единственным человеком, погибшим в Золитуде, с кем я была знакома лично, была Марина Хитрук — работница детского сада «Эврика», воспитывавшая моего младшего сына с двухлетнего возраста, прелестная и очень добрая женщина, о которой малыши вспоминают до сих пор. Они верят, что Марина в больнице, но ее обязательно вылечат, и она к ним вернется. К сожалению, оказалось, что Марина — не единственная из погибших, с кем я была знакома лично, и я никогда не узнала бы об этом, если бы не оказалась вовлечена в работу с пострадавшими.
После некрасивой истории с попыткой создания в Латвии так называемой «общественной» комиссии по расследованию трагедии в Золитуде стало понятно, что если пострадавшие не объединятся сами, их именами будут манипулировать все кому не лень, и в первую очередь чиновники–бюрократы и политиканы. В начале февраля мы созвали первое общее собрание всех пострадавших в Золитуде, на котором было принято открытое обращение к премьер–министру, президенту Латвии и Орденскому капитулу, в котором пострадавшие просили о самых простых вещах: наградить всех, кто принимал участие в спасательной операции, создать на месте катастрофы место памяти погибших, проявить уважение к пострадавшим и включить представителей из их числа в любую комиссию либо какой–то другой орган, который мог быть создан для расследования причин катастрофы в Золитуде.
Спустя неделю после публикации обращения мы получили ответ от премьер–министра Лаймдоты Страуюмы, в котором она выражала готовность встретиться с пострадавшими. Первая такая встреча состоялась в марте, и пострадавшие дали волю своим эмоциям, высказав и премьеру, и генеральному прокурору все, что они думают о тех, кто фактически убил их близких людей. Вскоре после этого на мой мобильный телефон раздался звонок: «Здравствуйте, это Инета Яковеле, мама погибшей Элги Грузде, мне ваш телефон выдали в Госканцелярии. Почему вы не пригласили меня на встречу с премьер–министром? Мне есть что сказать этому правительству!..»
Выяснилось, что в нашем контактном списке был телефон только мужа погибшей девушки, Гинтара Груздиса, летчика, а телефона мамы не оказалось. «Не волнуйтесь, я обязательно приглашу вас на следующую встречу», — пообещала я Инете. И уже в апреле потерявшая единственную дочь учительница из Даугавпилса Инета Яковеле сидела за одним столом с Лаймдотой Страуюмой, Эриком Калнмейерсом, министром экономики Домбровскисом и говорила им о том, что немедленно должно быть исправлено в наших законах, чтобы ни одна мать больше не оплакивала своего ребенка из–за безответственности и коррупции, царящих в стране.
Спустя некоторое время Инета позвонила мне снова, у нее дрожал голос: «Регина, я не спала всю ночь, я вспомнила, откуда мне знакомо ваше лицо! Я завтра приеду в Ригу и привезу одну фотографию, вы все поймете».
Мы встретились на следующий день за столиком в кафе. Инета достала бережно завернутую в полиэтиленовый «кармашек» фотографию, ту самую, которую вы сейчас видите на странице «7 секретов». 2006 год, конкурс «Мисс и мистер Даугавпилс». Слева — я в роли ведущей конкурса. Вторая справа — Элга, та самая 26–летняя красавица и умница, которую потом опознают в морге по зажатым в руке ключам от машины. В общем, проговорили мы с Инетой в тот вечер несколько часов. Не могу, пока не имею права рассказывать о многом, что знаю. Могу сказать одно: если после суда над виновниками трагедии в Золитуде мы поймем, что нас всех одурачили, — не думаю, знаю — родственники погибших молчать не станут. И кроме официального суда будет и суд людской — и пусть виновные боятся именно его.
Как можно забыть и простить то, что случилось в тот страшный день 21 ноября 2013 года? Когда мама оставила деток с гражданским мужем на улице, забежала за хлебом… Мужчина заскочил на пять минут за гранатовым соком к завтраку для любимой… Воспитательница зашла выбрать игрушки на елочку в группу… Мама пошла выбрать мороженое, и на глазах у 14–летней дочери на нее упала бетонная плита… Мужа убило стальной балкой на глазах у жены… 54 истории, полные боли. Но они должны быть рассказаны! И именно для этого и нужна Книга памяти, чтобы не осталось в этой истории белых пятен.
* * *
От имени товарищества пострадавших Zolitūde 21.11. хотела бы обратиться во всем читателям «7 секретов»: если вы знаете подробности трагедии, знакомы с людьми, бывшими в Maxima в те страшные минуты и часы, можете помочь нам восстановить список добровольцев, работавших на месте трагедии и помогавших пострадавшим пережить горе, напишите нам об этом на почтовый ящик электронной почты нашей общественной организации: zolitude21.11@gmail.com. Присылайте фотографии, записи с мобильных телефонов, просто контакты людей. Книга памяти должна быть! И это нужно не только маме Элги Грузде и родным 54 погибших. Это нужно всем нам!
Олеся ЗАРОВА.
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
3 мнения читателей
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.