Фоменко и Ярмольник: их героев объединяет одно — они любят водку и неумеренны в этой любви

Как вам перспектива встретить Новый год на лестничной клетке? Что-то не вдохновляет такой вариант… А если в компании с Леонидом Ярмольником и Николаем Фоменко? Тогда другое дело!

Именно такую встречу Нового года предлагает театралам «Балтийская жемчужина» в спектакле «И снова с наступающим!» на сцене театра «Дайлес» 6 декабря. Нам удалось расспросить о ней самого Деда Мороза, то бишь Николая Фоменко (по телефону).

Однако вначале — коротко о сюжете. Знаменитый телеведущий, успешный продюсер Кирилл Цандер за пару часов до Нового года возвращается домой и узнает, что от него ушла жена, забрав с собой дочь. Он вытаскивает праздничный стол на лестничную площадку и собирается встречать Новый год в одиночестве, в обществе разве что двух лифтов с раздвижными дверями. Но тут дверь одного из лифтов открывается, и появляется Дед Мороз…

Друзья встречаются вновь

Следующей неожиданностью становится то, что Дед Мороз оказывается однокурсником Цандера. Только у него, Михаила Громова, биография сложилась далеко не так благополучно. Две непохожие судьбы, два полярных характера. Русский и еврей, бедный и богатый, несчастливый и счастливый… А лифт привозит все новых и новых «пассажиров», которые тоже становятся участниками новогодней истории…

— Николай Владимирович, вы довольно долго не выходили на театральную сцену. Как решились?

— Да, у меня был перерыв длиной в пять лет. С тех пор как умер Рома Козак, мой большой друг и любимый режиссер, с которым я проработал десять лет, с тех пор как умер Андрюша Панин, с которым мы вместе выходили на сцену в спектаклях Ромы Козака, у меня в театре ничего не было.

А наш спектакль, как мне кажется, получился веселым, грустным, тонким и романтичным. Главных героев, какими бы разными они ни были, объединяет одно качество: они любят водку и неумеренны в этой любви.

— Да, действительно, в спектакле ваши герои много пьют и с каждой рюмкой становятся все откровеннее. А у вас какое отношение к подобной откровенности?

— В российской традиции алкоголь — это единение, а не разобщенность. Алкоголь расслабляет, и можно высказать все, что ты думаешь. Хотя бывает, что люди напьются и несут черт-те что. Но если ты в рамках, то питие — необходимая вещь для русского человека. Мы это играем в спектакле.

Все волны человеческого бытия рассматриваются нами в короткий период времени. Самый важный момент все-таки не в этом, а в том, что встречаются они одними, а заканчивают спектакль другими людьми.

Я вообще считаю, что основная задача в любом произведении, тем более в драматическом, чтобы у зрителя была возможность наблюдать: что же происходит с героем, как он меняется в предлагаемых обстоятельствах. А если каким он был — таким остался, то это ошибочный ход, для меня, по крайней мере.

Людское братство

— По вашему признанию, для вас важны партнерские отношения на сцене, чувство локтя. А что еще вам необходимо, чтобы вы чувствовали себя на одной волне с партнером?

— Когда я соглашаюсь на какую-нибудь работу в актерском смысле, то оцениваю прежде всего творческую команду — кто будет находиться рядом со мной на сцене. И уже потом — материал. Хотя хорошая команда за плохой материал не возьмется. В данном случае многое совпало.

Во-первых, мы с Леней знаем друг друга много лет. И, конечно, у нас профессиональные понятия примерно из одного времени, и ценз — культурологический, воспитательный, профессиональный — абсолютно не различается и помогает нам звучать друг с другом в унисон.

— Герой пьесы во многом ваш антипод. Чем же он вам близок?

— Он, как настоящий русский человек, избыточно эмоционален. Вся его жизнь — эмоции, которые им управляют. Эти процессы с актерской точки зрения достаточно интересно изучать.

— Михаил Громов, ваш герой, говорит герою Ярмольника: “Ты брат мой!” А кому вы в жизни можете так же сказать?

— Безусловно, такие люди есть. В них должны быть доброта, открытость, трепетное отношение к жизни, внимательность к окружающему мнению. И они должны отдавать больше, чем брать. Такому человеку я, конечно, сказал бы: “Ты брат мой!”

— Герои спектакля встречают Новый год на лестничной клетке. Можете вспомнить свою необычную встречу Нового года?

— Самая необычная — когда мы с друзьями лет десять назад заказали лимузин и всю ночь катались. Было смешно и весело.

— Вы приверженец здорового образа жизни, активно занимались спортом. И все-таки — позволяете себе отступления?

— Конечно, позволяю. Хотя при моем жизненном графике не могу напиться и повеселиться, но иногда хочется. Крепкие напитки — нет, но вино люблю. И поесть люблю. Готовлю хорошо, но редко, только нечто событийное. Времени нет, но раз в два месяца — могу.

Атрофия сердечной мышцы

— Недавно группа “Секрет”, которую и вы создавали, отметила свое 30-летие. В чем секрет такого долголетия?

— У нас была другая степень искренности, во-первых. Во-вторых — в каждом поколении есть возврат к предыдущим ценностям. Мы, к примеру, заслушивались «Битлз». И вы сегодня не услышите таких произведений, которые нам писали в 80-е годы.

Эмоциональность нужна, а на нее сегодня, к сожалению, голод. Из-за того, что сейчас такой информационный поток, люди даже не успевают его переваривать — тяжело, — не говоря о том, чтобы прочувствовать. Поэтому на хороший текст и красивую музыку реакция мгновенная.

— Что изменилось в публике — зрителях, слушателях, на ваш взгляд?

— В публике изменилось самое главное: она не может концентрироваться, перестала быть внимательной. Это меня беспокоит. Раньше публика нам внимала, а теперь у нее атрофия сердечной мышцы. Душонка у человечества уменьшается везде. Сейчас все по чуть-чуть. Вообще, мещанское общество потребления — грустное явление с точки зрения творчества. Хочется, чтобы публика была та, что раньше. И конкуренции нет — бороться не с кем. Это плохо.

— Вы всегда готовы к работе. В чем секрет вашей энергии?

— Такой уж уродился — ничего не попишешь. Во мне всегда есть энергия, мне ее не надо откуда-либо доставать. Ну и скучно сидеть на одном месте, всегда придумываешь какие-нибудь затеи.

— Вы в спектакле появляетесь в качестве Деда Мороза. А в жизни каково чувствовать себя дедом?

— Я считаю, что дети — это основное, и я занят детьми всегда, в том числе и в качестве деда. Недавно родился внук Ваня, а девчонки уже взрослые — 12 и 11 лет. Не могу сказать, что внучками прям ежедневно занимаюсь, но я в курсе их важнейших событий: какие у нас мальчики, что кому кто сказал, куда пошел… В общем, дедушка в теме.

— Какие воспоминания связаны с Ригой?

— В Риге у нас были самые крутые, самые большие, самые вспоминательные гастроли, когда мы с “Секретом” больше недели жили в вашем городе. Помню, играли и в театре, и на стадионе по полной программе — 1988 год. Было здорово. Это мое светлое юношеское воспоминание, связанное именно с Ригой.

— У вас есть еще какой-то проект с Ярмольником, чтобы не расставаться на сцене?

— Сложно сказать — тяжело найти подходящий материал. Сегодня ничего не пишут стоящего — драматургия с загоне. А хотелось бы…

— До встречи в Риге, на спектакле!

Людмила АНИСИМОВА.