Адольф Гитлер, как и Дональд Трамп, пришел к власти в результате демократических выборов [на самом деле в результате сговора элит. - ред]. Гитлер использовал юридические возможности конституции страны, чтобы через референдумы добиться слияния канцлерства и президентства Германии и «аншлюса», или аннексии, Австрии, фактически полного захвата власти. И скажите мне еще, что конституция была чем-то, что его остановило. Хотя бы потому, что «воля народа» может быть использована и для укрепления авторитаризма демократическим путем.

Почему сравнение с Трампом? Потому что за два месяца он уже успел обрушить институты демократии в Соединенных Штатах, которые до сих пор считались цитаделью демократии, дискредитировать судебную систему и сделать Конгресс (парламент) своей машиной для голосования. Чем объявление Канады 51-м государством отличается от подготовки почвы для аншлюса? Чем называние Гренландии объектом «интересов национальной безопасности» отличается от «законного» права Гитлера на Судетскую область Чехословакии, которая также была аннексирована в 1938 году?

Недавнее заявление Трампа о том, что он может претендовать на третий президентский срок, хотя Конституция США предусматривает не более двух четырехлетних сроков, свидетельствует о том, что американская демократия подходить к концу.

Заявление Трампа о том, что «есть методы, которые можно сделать», чтобы стать президентом США, означает лишь то, что уже видела история: «очень желательные» поправки к Конституции, которые дадут Трампу такую возможность. И будьте уверены, Конгресс США это поддержит. Все будет в рамках закона.

В демократии нет пути назад, и все, кто говорит «подождите, ничего еще не случилось, посмотрите, ничего страшного не произошло в его первый срок», лгут сами себе.

К чему этот длинный этюд о переплетении истории и современности? Напомним, что в Латвии, как и в США в не столь далекие «дни Байдена», сейчас очень слабая политическая власть и справедливо недовольная ею общественность. Президент Эдгар Ринкевич пытается исправить слабость политической (исполнительной) власти и ее неспособность оправдать ожидания общества, внеся несколько поправок в закон, например, поручив президенту выбирать кандидатов в независимые учреждения - госконтролера, президента Банка Латвии и омбудсмена.

Ринкевичс ясно объяснил свою причину - чтобы избежать повторения «цирка», как это было в случае с процессом выбора президента Банка Латвии. Ни Ринкевич, ни большинство политиков не говорят о том, что расширение полномочий президента не может быть достигнуто обычными поправками к закону, а требует изменения Конституции. А чтобы внести изменения в Конституцию, нельзя, например, иметь 50 членов Сейма и 26 голосами принять и изменить что-то. По крайней мере, на данный момент закон этого не позволяет.

Во-вторых, если мы говорим о расширении полномочий президента, то насколько широкими они должны быть? Эти поправки к закону явно открывают рамки для более масштабной дискуссии - следует ли изменить конституционный порядок, создав институт всенародно избранного президента, тем самым уменьшив во многом чисто представительский характер нынешнего президентского института. Эдгар Ринкевич, как народный президент, во всяком случае, гораздо более популярный, чем правительство Эвики Силиня или Сейм с Дайгой Миериней во главе, имеет возможность выглядеть дальновидным и хорошим, инициируя такую дискуссию.

Но вот вопрос: улучшат ли предложенные президентом поправки к закону качество управления? Сомнительно. Скорее, речь идет об изменении парламентской избирательной системы, поскольку нынешняя система девальвировала значение личности в политике и власти. Цель - повысить политическое качество роли и состава парламента, уменьшить высокомерие и неприкасаемость власти. Вместо того чтобы чрезмерно полагаться на принципы «хозяина» и «твердой руки».

Да, и что же, в конце концов, не говорят вам политики? Очень просто: что они рассматривают общество как массу, которой можно манипулировать. Которой можно «скормливать» белое за черное, а потом вполне демократично эксплуатировать. К сожалению, история дает нам основания для такого взгляда".