Во время оккупации латыши гораздо смелее отстаивали родной язык: исследователь

Выбор даты обусловлен тем, что статья 4 Конституции Латвийской Республики от 15 октября 1998 года гласит: «Государственным языком в Латвийской Республике является латышский язык». Важно, что в этот день мы чествуем не только латышский язык как язык наших предков и не только как душу латышского народа, но и статус государственного языка для латышского языка как одну из высших ценностей, конституционно закрепленных законом в Латвийской Республике. Ценность, которая еще ждет своего воплощения.

Много написано о языковых установках и о том, что владение государственным языком среди людей других национальностей отличается от его практического использования.

Ученые сходятся во мнении, что существенную роль играет и языковая пассивность самих латышей, которые недостаточно используют государственный язык в общении с людьми других национальностей.

Конечно, я также социолингвистически оцениваю это как проблему для долгосрочного статуса латышского языка как государственного, поскольку тот факт, что сами латыши часто допускают неформальное, повседневное общение на иностранных языках, является препятствием для движения к единому языковому пространству, а следовательно, и к единому обществу.

Социолингвисты уже много лет неустанно объясняют эту ситуацию на высоком академически качественном уровне, например, в коллективной монографии «Латвийская языковая установка: ценности, убеждения, практика» под руководством академика, доктора хабилитированных филологических наук Ины Друвиете в 2021 году. 

Институт латышского языка Латвийского университета и Агентство латышского языка Министерства образования и науки уже давно прилагают немало усилий к подобным разъяснениям, поэтому на этот раз я не буду подробно анализировать самоочевидную необходимость того, чтобы политики и государственные должностные лица не оказывали негативного влияния на позитивное языковое отношение к формированию государственного языка, публично выступая на русском языке или предоставляя новости на иностранном языке зарегистрированным в Латвии СМИ, и чтобы каждый латыш должен внести свой вклад в то, чтобы неформальное и повседневное публичное общение происходило на государственном языке. Я лишь подчеркну, что языковое отношение нашего народа к языковой среде бесценно.

Я хотела бы предложить не юридическое, а скорее историческое сравнение того, каким был статус государственного языка для нашего латышского языка в 1980-х годах, и что каждый из нас может сравнить с нынешним тоном, с нотами, регистрами и оттенками современной дискуссии 2025 года. Я хотела бы выдвинуть мягкую гипотезу о том, что определённые группы общества – конечно, в условиях неизбежной смены поколений, когда значительная часть участников дебатов 1980-х годов уже находится в Царствии Божьем – утратили понимание и смелость изменить закон в пользу реализации на практике функций государственного языка, уже прописанных в Конституции.

А именно, часть общества считает это неправильным, и, более того, не без помощи некоторых международных структур и отечественных пропагандистов укрепилось такое убеждение, что у общества Латвийской Республики нет моральных оснований для установления чётких и однозначных требований к государственному языку в публичной среде.

Такая ложная сдержанность, робость или критически оцениваемая скромность латвийской языковой политики основывается на мифе о том, что основные нормы закона настолько хороши, настолько достаточны, что остаётся только их реализовать, что необходимы лишь технические поправки к некоторым правилам Кабинета министров или даже внутренним актам, регулирующим процесс контроля за государственным языком.

Это не так. Закон о государственном языке не менялся с 9 декабря 1999 года, когда он был принят в начале работы 7-го Сейма. Прошло 26 лет, и вполне естественно, что нормы, принятые в результате глубоких компромиссов после того, как Президент Республики вернул на второе чтение закон, принятый 8 июля 1999 года, частично устарели и не отражают ни юридически необходимой степени правовой определённости, ни политически необходимой строгости.

Парадоксально, но даже в эпоху Атмоды часть общества вела себя гораздо смелее перед лицом оккупационного режима СССР, гарнизона Прибалтийского военного округа Вооружённых Сил СССР и репрессивных органов Комитета государственной безопасности Латвийской ССР. 

…Далее следует один из примеров автора…

-3 августа 1988 года младший научный сотрудник Института языка и литературы имени Андрея Упиша Академии наук Латвийской ССР Дзинтра Хирша опубликовала в «Учительской газете» статью под названием «Латышский язык в Латвии», в которой подчеркнула: «В настоящее время наблюдаются первые признаки второго этапа упадка языка. Поэтому для возрождения нашего языка совершенно необходимо признание латышского языка государственным на территории Латвии»…