Переломным в судьбе приват–доцента кафедры права Московского университета Ивана ИЛЬИНА стал 1917 год. Ученый–юрист становится активным политиком, идеологом правого дела. В 1922 году его в шестой раз арестовывают и высылают за границу.

26 сентября 1922 года на корабле «Обер–бургомистр Хакен» ученый с женой отбыл из Петрограда в Германию. А вскоре в Берлине открывается Русский научный институт, где начинается новый период его жизни. Ильин выступает с лекциями, пишет книги. Одна из самых известных работ того периода — «О сопротивлении злу силой».

Профессор часто выезжает с лекциями и в другие учебные центры русской эмиграции: Белград, Париж. В 1931 году по приглашению Русского академического объединения он побывал в Риге.

Вот что вспоминал о его первой рижской лекции художник Евгений КЛИМОВ:

«Нечасто приходилось мне слушать таких ораторов. Он отчеканивал каждое слово, говорил ясно и горячо. Он, безусловно, владел даром излагать сложные философские вопросы простым и доступным языком и держать всю аудиторию в напряженном понимании... Статный, сухопарый, с четкими чертами лица, открытым высоким лбом, он уже одним видом вызывал к себе уважение…»

На кафедре перед профессором был заранее заготовленный текст, но, по словам очевидцев, в зале всегда казалось, что он импровизирует.

Философ приезжал еще не раз, и Климов не пропустил ни одной из его публичных лекций. В 1937 году известному философу предоставили для выступлений респектабельный зал Дома Черноголовых. Там была прочитана лекция «Пророческое призвание Пушкина», которую Ильин приурочил к 100–летию со дня гибели поэта. Пушкину была посвящена и лекция для учащихся в Русской рижской правительственной гимназии – «Живой Пушкин».

В 1937 году в одном из рижских издательств вышла книга Ильина «Основы художества». В ней автор призывает к классическому искусству и отвергает модернизм, в котором видит «чувственную возбужденность, нервную развинченность и духовную пустоту».

Ильин не случайно часто приезжал в Латвию. Здесь была особая аудитория. В письме знакомому он пишет:

«В первой половине марта я читал четыре лекции в Риге и два закрытых доклада. Атмосфера создалась очень горячая: там люди русские чувствуют себя на своей исконной земле не эмигрантами, а оседлыми…»

И на этом фоне — совсем другое мнение у него о парижской эмиграции:

«...русские люди в Париже старые, резиновые, неинтересующиеся, со скептической усмешечкой, не загораются или только с большим трудом. А меня ничто так не утомляет, как холодный, резиновый упор безразличной аудитории…»

В 1935 году Ильин приехал в Латвию отдыхать – на хутор возле Кокнесе. В тот год художник Климов, работавший неподалеку, познакомился с ним поближе. Он вспоминал:

«Это был чрезвычайно интересный человек и собеседник, но человек нелегкий. Он не знал равнодушного отношения к людям, мог любить самоотверженно и мог не любить гневно, поэтому у него было много недоброжелателей и много подлинных друзей. Он обладал развитым чувством юмора, был очень музыкален, сам играл на рояле, хорошо разбирался в живописи. Знания в области философии, истории и литературы были у него универсальные. Но главная мысль в последние годы сосредотачивалась на сущности русской культуры и судьбе России, и это преломлялось у него сквозь религиозное познание основ христианского учения...»

Далее философ отправился по русским местам Эстонии – в Печоры и Изборск. В Псково–Печорском монастыре произошел с ним любопытный эпизод, о котором он позже рассказал Климову:

«Иду я через монастырский двор и вижу старого монаха, пилящего дрова. Я предложил ему свою помощь. И вот мы оба пилим, монах держит ручку пилы с одной стороны, я – с другой. Через некоторое время монах говорит: «Не нажимай, вообще в жизни не нажимай!» Ведь он попал точно и определил мой характер...»

Прозорливость простого монаха очень удивила Ильина...

В 1934 году за отказ преподавать по программе немецких национал–социалистов Ильин лишился кафедры в берлинском вузе, а в 1938–м ему вообще запретили выступать в Германии. С помощью друзей, в том числе композитора Сергея Васильевича РАХМАНИНОВА, Ильину удалось получить убежище в Швейцарии и поселиться под Цюрихом.

Впрочем, разрешение на пребывание он получил с условием, что не будет заниматься никакой политической деятельностью и не будет публиковать никаких произведений политического содержания.

И все же в Швейцарии фортуна улыбнулась Ильину. После одной из лекций (а выступал он на немецком) к нему подошла дама и поинтересовалась, не пишет ли он книг на темы, с которыми выступает. Профессор объяснил, что такой возможности сейчас нет. А через короткое время незнакомка взяла на себя все затраты на издание трудов Ильина.

Но это не все. На свои средства она сняла квартиру Ильину, купила мебель и вдобавок начала ежемесячно выплачивать пособие. Скажете, банальная любовная интрижка? Отнюдь. Супруга известного фабриканта, немка Шарлотта БАРЕЙСС стала меценатом семьи талантливого философа. «Ваши друзья – мои друзья», — говорила она.

После смерти профессора, в 1954 году, она установила памятник на его могиле, а затем до конца дней материально поддерживала его вдову. Вскоре после смерти Наталии Николаевны ИЛЬИНОЙ Шарлотта Барейсс, как бы исполнив свой долг, сама ушла в мир иной. Поразительно, но она даже не знала русского языка: понимала трагедию России и ощущала духовную потребность помочь одному из ее виднейших сыновей...

А останки видного философа были перевезены в Россию в 2005 году. Четыре года спустя появилось надгробие, которое за свой счет поставил президент России Владимир Владимирович ПУТИН. Не случайно. Президент России часто цитирует Ильина.

Вот путинские слова, которые он приводил в послании Федеральному собранию в 2014 году:

«Кто любит Россию, тот должен желать для нее свободы; прежде всего свободы для самой России, ее международной независимости и самостоятельности...»

А напоследок — цитата из Ильина о России и ее народе:

«Россия — не человеческая пыль и не хаос. Она есть прежде всего великий народ, не промотавший своих сил и не отчаявшийся в своем призвании. Этот народ изголодался по свободному порядку, по мирному труду, по собственности и по национальной культуре. Не хороните же его преждевременно!»

Илья ДИМЕНШТЕЙН

Все фото – из архива
Иван Александрович ИЛЬИН.
Иван Александрович ИЛЬИН читает лекцию.
С супругой Натальей Николаевной ИЛЬИНОЙ.