4 ноября 1818 года шотландский химик Эндрю Юр (Andrew Ure) стоял рядом с бездыханным телом Мэтью Клайдсдейла. Это был преступник, которого повесили всего час назад. Юр выполнял исследовательскую демонстрацию в анатомическом театре, наполненном любопытными студентами и врачами Университета Глазго. Но это не было обычное вскрытие. Юр использовал два металлических стержня, подключенных к гальванической батарее, и прикасался ними к различным частям трупа. Восторженные зрители наблюдали за конвульсиями тела, которое корчилось в танце смерти.
В то время как большинство естествоиспытателей использовали гальванизм больше для развлечения, Юр хотел узнать, действительно ли можно воскресить кого-то из мертвых.
Другие ученые отмечали, что Юр был убежден, что электричество может восстановить жизнь в мертвом теле. В отличие от остальных, он не ограничивался примитивной стимуляцией мышц кадавров импульсами электрического тока. Яркие искры и громкие взрывы потрясающих эффектов приманивали к этим опытам равно как ученых, так и деятелей искусства. А амбиции Эндрю Юра были почти как у литературного героя Виктора Франкенштейна.
Когда Юр посылал заряды тока через диафрагму Клайдсдейла, его грудь вздымалась, словно тот задышал. Стимулирование мышц лица возымело страшный результат: оно меняло выражение, показывая ярость, страх, отчаяние, тоску. Лицо убийцы напугало присутствующих, некоторые даже покинули помещение, а один джентльмен потерял сознание.
Опыт длился около часа. Экспериментаторы тщетно стремились вернуть мертвого к жизни. Юр пришел к выводу, что если бы смерть не была вызвана телесными повреждениями, то воскрешение могло бы осуществиться. Он также написал, что в случае удачи эксперимента не было бы повода для радости, так как воскрешали убийцу.
А за два года до эксперимента Юра английская писательница Мэри Шелли придумала историю про Франкенштейна. Она опубликовала свой роман в 1818 году. По случайному совпадению, Виктор Франкенштейн также привел монстра к жизни «в тоскливую ноябрьскую ночь». Тем не менее, в отличие от университетского опыта, сцена воскрешения существа описана кратко и неопределенно, без упоминания слова «электричество».
Ужасающие представления с электричеством в конце концов вышли из моды, общественность стала рассматривать их как зло и «сатанинские по своей природе». По крайней мере, первые примитивные эксперименты с электротоком дали путь реанимационным технологиям, таким как дефибрилляция.




















