Женщина с зарплатой 890 евро за несколько дней взяла кредитов почти на 45 тысяч евро. 

Всё началось с телефонного звонка: «сотрудник Google» сообщил о «утечке данных». На следующий день позвонила «работница Swedbank», а потом — «следователь полиции». Они убедили Марину «помочь расследованию», взяв кредиты, чтобы «перекрыть украденные средства». В течение пяти дней она оформила восемь займов — в E-Lats, Citadele, Vivus.lv, Ferratum, BigBank и шведской TF Bank. Деньги женщина переводила через Western Union и Ria Money «агентам банка».

«Каждый шаг был прописан как сценарий. Мне сказали, что в банке будут убеждать не брать кредит, но это часть протокола. Я повторяла заученные слова», — вспоминает Марина.

Когда начались уведомления о платежах, мошенники уверяли, что система «ещё не обновилась». Потом позвонил «начальник полиции», прислал фальшивое удостоверение и приказал сменить номер телефона и e-mail. Только через полгода, когда Марину вызвали на допрос, выяснилось, что она стала посредником в схеме отмывания денег.

«Когда поняла, что всё это ложь, хотела умереть. Полицейский сказал, чтобы я просто посидела и отдышалась, пока не отпустит», — рассказывает она.

Главный удар последовал позже — не со стороны мошенников, а общества. «Все писали: сама виновата. Но это не про глупость, это про страх и давление», — говорит Марина.

Юрист Финансовой ассоциации Эдгарс Пастарс считает иначе: «Если человек сам оформил кредиты и перевёл деньги — это его ответственность». Подобная позиция выгодна банкам и кредиторам: вина перекладывается на жертву, система остаётся без изменений.

Центр защиты прав потребителей (PTAC) напоминает, что кредиторы обязаны проверять платёжеспособность заёмщика в двух бюро кредитных историй. Однако данные туда попадают с задержкой до десяти рабочих дней. «Это ненормальная ситуация. Кредиторы должны были видеть, что человек не сможет платить», — сказала представительница PTAC Маргарита Бровацка.

В конце 2024 года просроченными считались 13,5% быстрых кредитов на сумму 63 миллиона евро. Но на деле реальное число людей, оказавшихся в долговой ловушке, гораздо выше.

В Великобритании банки компенсируют часть потерь, если клиент действовал добросовестно. В Латвии такой практики нет. Представитель Банка Латвии Янис Силакалнс рассказал Re:Baltica, что ЕС разрабатывает единый механизм компенсаций для жертв мошенников. «Планируется установить обязанность банка вернуть клиенту деньги, если мошенник выдал себя за сотрудника банка и клиент действовал без злого умысла», — пояснил он.

Банк Латвии также поддерживает идею сократить срок передачи данных о новых кредитах и взять под свой контроль не только банки, но и небанковских кредиторов. Однако, по словам Силакалнса, в случае Марины даже это вряд ли помогло бы: она оформила займы буквально друг за другом — разрыв между ними исчислялся минутами.

В парламенте большинство членов финансовой комиссии формально согласились, что сроки обновления данных нужно сокращать, а ответственность — делить. Но никто не смог сказать, какие решения готовятся. Лишь депутат Аугустс Путра пообещал, что вопрос обсудят «в ближайшее время».

Тем временем следствие по делу Марины продолжается. Большинство кредиторов, кроме BigBank, признали её пострадавшей и заморозили долги. Пока проценты не начисляются, но если мошенников не найдут, женщине придётся платить самой. С процентами и комиссиями сумма уже выросла до 78 тысяч евро.

«Такой суммы у меня нет. И плана — тоже», — говорит Марина. Она продолжает работать и надеяться.