«Днем был обед с водкой. Вечером с икрой»: дневник чекиста в блокадном Ленинграде на фоне записей Тани Савичевой

Таня писала, что брат Леонид умер от дистрофии 17 марта 1942 года, дядя Вася — 13 апреля 1942 года, дядя Лёша — 10 мая, а мать — 13 мая.

А чекист Федор Бобров писал 5 апреля 1942 года: «Утром позавтракал неплохо. Днем ходил в управление милиции о сдаче печати и договорился о заказе новой круглой печати. Был дома, истопил печку. Зашел в почтамт, послал мамочке денег 1000 руб. Был у Нади, снес ей белого хлеба кг и 200 грамм муки. Зашел в управление. Вечером получил от Наркомата копченой колбасы… и шпик».

Савичева и Бобров жили в домах напротив, ходили по одной улице и возможно даже видели друг друга. Мужчина нёс в портфеле копчёную колбасу, а у девочки один за другим умирали от голода родные.

10 апреля 1942 года
Утром хорошо позавтракал. Ел капусту с луком и кашу пшённую с маслом, пил кофе. Отправил людей на полигон. Принял посетителей. Подготовил бригады по облаве.

11 апреля 1942 года
Обход цехов, отделов и всех помещений и бомбоубежищ. Обнаружил 5 человек, которым совершенно нечего было делать на заводе. Обход показал много грязи. Убирают плохо. Утром позавтракал хорошо. Принял посетителей. Вечером ходил в баню. Хорошо помылся и поужинал.

14 апреля 1942 года
Утром участвовал в совете у Директора завода, после которого хорошо позавтракал. Принял рабочих и их семьи. Беседа с прокурором о прогульщиках и учете, прогулов от… оправданных и прекращенных судом.

15 апреля 1942 года
Проверил списки на лиц, находящихся на трудовых работах. Доложил директору завода. Издал два приказа о прогульщиках, позавтракал неплохо, закончил подписку на займ. Принял посетителей. Заседание партийного комитета о займе, займ идет плохо, объясняется тем, что не было совершенно времени подготовки цехов и отделов. Не знали люди.

16 апреля 1942 года
Утром дал задание получить данные, сколько умерло по цехам, пропало без вести и самовольно эвакуировалось. Сведения не… Принял посетителей, позавтракал

17 апреля 1942 года
Утром отпустил посетителей. Завтракал хорошо. Послал в Девяткино людей по подписке займа, но сорвалось, так как был выходной день. Вечером был в райвоенкомате у Жарковского о выделении … Был в управлении. Свез … материалы, … и селедку. Вечером подписал … и бронь. Пил чай с молоком, колбасой и т.д.

И так далее: «Послал денег мамочке 1000 рублей фельдсвязью. Оправил лично материалы о движении рабсилы по заводу в горком. Получил табак 400 г. Оформил приказы отдачи людей под суд за прогулы и дезертирство.

Выделил для усиленного питания начальников цехов и их заместителей, но не всех. Просмотрел с главным инженером командный состав не подходящих на бронь. Свез хлеба, рыбы и рис, колбасы. Надо возбудить ходатайство на 21 человека.

Надо вытаскивать бюллетенщиков с квартир. Надо нажать и бросить либеральничать. Составил заявки на рабсилу. Был в кино, смотрел шани вальс. Вечером садил свеклу и огурцы. Обещал передать в трибунал, а выполнить нет никакой возможности, люди болеют, а которые работают — отпустить нельзя, выполняют воензаказы. Был дома, полил цветы, окна заделаны управхозом.

Днем был обед с водкой. Вечером с икрой и осталось 500 р.»

 Савичева и Бобров жили в домах напротив, ходили по одной улице и возможно даже видели друг друга. Мужчина нёс в портфеле копчёную колбасу, а у девочки один за другим умирали от голода родные. В конце апреля Бобров получил табака, а Таня готовилась сделать новую запись о потере в своей семье.

В мае 1942 года Бобров сажал у себя на участке свеклу и огурцы, а «Савичевы умерли. Умерли все».

Для полноты восприятия записей из дневника чекиста, напомним кратко статистику тех дней. Блокада Ленинграда, по разным оценкам, унесла жизни от 600 тысяч до 1,5 миллиона жителей города. От фашистских бомбежек погибли лишь 3% людей, остальные 97% — от голода: ежедневно от истощения умирали около 4 тысяч человек. Когда запасы еды закончились, люди стали употреблять в пищу жмых, обойный клей, кожаные ремни и ботинки.

В то время, как Федор Бобров принимал делегацию из Узбекистана с «с первомайскими подарками» для защитников Ленинграда, в том числе 7 вагонов орехов, 7 — вина, 8 — сушеных яблок, 2 — кондитерских изделий и т. д.

Полный текст дневников можно почитать здесь.