23 мая 1971 года произошла крупнейшая на тот момент авиакатастрофа в истории Югославии. Крушение Ту-134 в аэропорту Риеки на острове Крк в Адриатическом море стало первым для таких самолетов с момента начала их эксплуатации в гражданской авиации. В то время Ту-134 считался самым комфортабельным лайнером по уровню шума и вибраций. Машины активно поставлялись в страны Восточной Европы.

 Двухмоторный самолет советского производства, принадлежавший белградской чартерной компании Aviogenex, вылетел из лондонского аэропорта Гатвик в 16.33 по местному времени. Экипаж был опытным и отдохнувшим. Не имелось нареканий и к самолету.

На борту находилась большая группа британских туристов, планировавших отдохнуть на различных курортах Хорватии. Среди них было немало супружеских пар, отправившихся в свадебное путешествие. В Риеку летели и четыре жителя Загреба – известный поэт и профессор местного университета Иосип Пупачич с женой и дочерью, а также сын бывшего посла Югославии в Великобритании Ранко Сарайчич, учившийся в Лондоне в аспирантуре.

Погода была довольно плохой на протяжении всего полета Ту-134 над континентальной Европой.

Небо плотно затянулось облаками, шел дождь. При этом условия для посадки в аэропорту считались благоприятными. Примерно в 4 км от взлетно-посадочной полосы (ВПП) на высоте 300 м самолет попал в зону сильной турбулентности, при этом также наблюдался мощный ливень и боковые порывы ветра. За 50 сек до посадки Ту-134 значительно накренился вправо. По воспоминаниям второго пилота Стевана Мандича, дождь стоял стеной, и стеклоочистители не справлялись со своей работой. Из кабины едва можно было что-то разобрать.

Около 19.45 самолет на скорости 260 км/ч врезался в землю правой стойкой шасси и вылетел за пределы ВПП. От него оторвалось и сразу же загорелось крыло. Корпус Ту-134 перевернулся на крышу и продолжил скольжение в таком положении, высекая искры. Вытекшее топливо моментально воспламенилось. Пассажирский салон так быстро наполнился едким дымом, что треть пассажиров даже не успела расстегнуть ремни безопасности.

Из-за возникшего пожара все люки оказались заблокированы. Аварийный выход перекрыло оставшееся крыло. Поэтому не могли спастись те, кто все же выбрался со своего места и пытался найти выход наружу. Оперативно прибывшие к горящему самолету пожарные пытались прорубить отверстие в корпусе топорами и бензопилами. Однако за 12 минут, прошедшие от крушения воздушного судна до полного выгорания салона, они смогли проделать дыру размером лишь 30 см.

Позднее вскрытие показало, что ни один из пассажиров не получил смертельных травм при контакте Ту-134 с ВПП. Все они погибли от удушья или огня.

Только один пассажир сумел выбраться через дыру в багажном отделении – сын дипломата Сарайчич. В ходе полета он уступил свое место у иллюминатора немке. Хорват считал, что это и помогло ему в итоге. Спастись удалось также двум пилотам и двум бортмеханикам, выпрыгнувшим из разбитого окна кабины.

«Сначала я разбил стекло на двери, разделяющей кабину и салон, — отмечал бортмеханик Иван Чавайда. – Стюардесса выглянула из проема и в панике закричала: «Спасите нас!». Я советовал ей попытаться открыть боковую дверь. В это время я еще не знал, что дверь заблокирована. Стюардесса ушла, и больше не вернулась. Она исчезла в дыму».

Выбравшиеся наружу члены экипажа активно помогали пожарным. Известно, что во время спасательных работ бортмеханик Виктор Томич вернулся в кабину и снова пробовал проникнуть в пассажирский салон. Но ни открыть, ни разбить дверь так и не вышло.

Три бортпроводницы во время катастрофы находились в салоне самолета и разделили участь пассажиров. Одна из девушек устроилась на работу за месяц до рокового полета, другая успела провести в воздухе лишь восемь дней.

Позднее расшифровка «черного ящика» показала, что за 18 секунд до удара о землю экипаж увеличил мощность двигателя и попытался поднять самолет. Как пояснил командир воздушного судна (КВС) Милош Маркичевич следователям, он хотел отказаться от посадки и попробовать зайти на второй круг. Однако через три секунды, примерно в 800 м от начала ВПП на высоте 50 м, капитан передумал и решил все же сажать воздушное судно. В отчете расследовавшей катастрофу комиссии говорится: «Из заявления экипажа очевидно: из-за оптической иллюзии они думали, что находятся ближе к ВПП и на большей высоте, чем было на самом деле». Сам Маркичевич рассказывал журналистам, что из-за ливня пилоты ничего не видели, а после внезапного порыва ветра управление самолетом было потеряно.

«Буря дважды бросала самолет. Сразу после этого мы упали на взлетно-посадочную полосу, и борт разбился», — вспоминал КВС.

В отчете сообщалось, что находившиеся в салоне потеряли сознание через несколько секунд после катастрофы из-за отравления угарным газом. Температура во время пожара колебалась от 660 до 1000°C. 78 тел были обнаружены полностью обугленными. 30% пассажиров оставались пристегнутыми к своим сиденьям до смерти. Остальные пытались найти спасение – одна группа ринулась в носовую часть самолета, другая – к хвосту.

«Вплоть до посадки на острове Крк полет шел без проблем, — вспоминал Сарайчич. — В момент касания земли я почувствовал сильный удар. Самолет перевернуло на крышу, он заскользил по взлетно-посадочной полосе, а мы все висели вверх тормашками. Несколько англичан кричали, что мы должны оставаться на своих местах и не создавать панику. Но из-за дыма я начал задыхаться. Поэтому расстегнул ремень безопасности, выбрался из кресла и сразу заметил отверстие в хвосте самолета. Оттуда валил густой дым, затем появилось пламя. Я не смог открыть двери справа и слева, поэтому прыгнул в дыру и таким образом спасся».

Официальной причиной трагедии была названа жесткая посадка на правую стойку шасси, усугубленная уклоном 0,7% относительно ВПП в точке удара. Ошибки в управлении объяснялись оптическим обманом. Согласно выводам комиссии, к авиакатастрофе Ту-134 привело сочетание целого ряда неблагоприятных факторов.