Время салонов: в Риге набирает популярность новый вид  досуга

— Последние 30 лет своей профессиональной деятельности — сначала в газете, потом на ТВ и радио — я предпочитал сочетать серьезные новости с легкой, почти развлекательной формой подачи, элементами шоу, что и является «инфотейнментом» (от англ. Information — «информация» и entertainment — «развлечение». — Авт.), — рассказывает о своем увлечении Александр. — И теперь я продолжаю это делать, рассказывая занимательные истории, и получаю удовольствие от того, что это еще кому-то интересно.

Интересно, оказывается, многим…

Тайна Снежной Королевы

Баснописец Иван Крылов, типичный Обломов по характеру, обожал… пожары. У него были платные информаторы в пожарной части и порой он появлялся на месте происшествия раньше профессионалов.  

Есть любопытная версия, откуда пошла эта странность. Будто бы в день декабрьского восстания Крылов был на Сенатской площади, и царь у него спросил: «А вы-то, батенька, зачем туда пошли?» И тот не нашел ничего лучшего, чем ответить, что рядом был пожар, и он шел на него посмотреть. Это спасло писателя от наказания, но ему пришлось всю жизнь отрабатывать свою ложь и, возможно, со временем он искренне вошел в роль. Во всяком случае, в его договор об аренде квартиры хозяин вписал пункт об осторожном обращении с огнем.

А Федор Достоевский был до странности общительным. Он мог остановить незнакомого человека на улице и завести с ним долгий разговор, порой доводя собеседника до белого каления дотошными вопросами.  

Чарльз Диккенс любил заходить в морг, чтобы посмотреть на трупы.

Но самым замороченным из всех, похоже, был сказочник Ганс Христиан Андерсен, который всегда носил с собой веревку и до ужаса боялся упасть с кровати. Любопытно, что он действительно упал и скончался от последствий этого падения. Несколько раз он был влюблен, но несчастливо, и стал посещать публичные дома — да, просто посещать, ничего больше. Женщина для него — это Снежная королева: холодная, недоступная…

— У каждого из нас есть свои причуды, которые со стороны могут показаться смешными или непонятными. Но именно они придают человеку индивидуальность. Мне было интересно заглянуть в мир привычек, фобий, ритуалов известных писателей, потому что они отразились в их произведениях. Так родилась тема «Невыносимая легкость рифмы: литераторы и их странности», — рассказывает Александр.

Александр Шунин

Он увлеченно собирает интересные факты о классиках литературы, находит неожиданные грани в читаных-перечитаных книгах, и, казалось бы, хорошо известные личности и произведения раскрываются по-новому, оживают и становятся ближе. Его девиз — «Об этом не расскажут на уроках литературы. А я расскажу».  

Закон пиара: самое интересное — это неизвестное об известном, и он работает…

Литературное гурманство

В афишах и анонсах выступления Александра Шунина называют лекциями. Но сам он их лекциями не считает, ведь лектор вещает с кафедры, а слушатели должны внимать и запоминать.

— Я же никого ничему не хочу учить. Морализаторства в моих выступлениях — ноль. И никакого мессианства во мне нет. Я просто делюсь тем, что знаю, и тем, что мне интересно. В жизни очень важно заниматься тем, что любишь…

Александр ведет уроки театрального мастерства в рижской средней школе «Ринужи», обучая школьников удерживать внимание аудитории, акцентировать главные мысли, уместно шутить, делать паузы в нужных местах и усиливать сказанное жестами.

Сам он умеет рассказывать свои истории ярко и увлекательно — полтора часа пролетают незаметно. Александр называет этот жанр литературным стендапом. Он считает, что стендап напрасно ассоциируется с юмором, у него может быть и вполне познавательное содержание.

А началось все с «Канала редких слов», который Александр ведет в TikTok, в коротеньких роликах объясняя их смысл. Вы знали, что траветта — это петлица на левом лацкане пиджака, софофобия — боязнь учиться, а филистер — лицемерный обыватель? А ведь интересно…

— Откуда вы берете эти слова?

— Я довольно много читаю и обращаю внимание на незнакомые или редкоупотребимые слова. Заметил — сделал скриншот на будущее. В некотором смысле они сами ко мне приходят…

Каждый ролик Александр завершает фразой: «До новых слов!» А их, необъясненных, — множество. Обычному человеку для повседневного общения хватает 2-3 тысяч слов, образованные люди используют до 15 тысяч. А в толковом словаре Владимира Ивановича Даля слов около 200 тысяч. То есть, владея языком, мы знаем только его малую часть. Интересно же ее увеличивать!

За три года «Канал редких слов» набрал более 32 тысяч подписчиков — из Латвии, Германии, а также США, хотя, скорее всего, это россияне, которые заходят в социальную сеть через VPN. Следят за творчеством учителя и его ученики.

Александр несколько лет играет в «Мозгобойню» в составе команды «Британские учОные». В своем профиле в Facebook он публикует рецензии на выставки, концерты, спектакли, и это вполне профессиональная дорожная карта в мире латвийской культуры.

— Я любопытный. Люблю узнавать новое, — улыбается Александр. — К тому же, тренируя мозг, мы максимально откладываем Альцгеймера…

Роман с книгой

Александр с детства любит читать. У него дома всегда было много книг, энциклопедий, изданий, которые получали в обмен на макулатуру. Сейчас он тоже постоянно покупает книги — и в магазинах, и через группы в соцсетях. Но он не просто читает.

— У меня есть привычка: читая книгу, я обязательно отвлекаюсь на поиск географических мест, упомянутых в тексте, — гуглю их расположение на карте, нахожу фотографии видов, слушаю на Youtube названные музыкальные произведения, ищу изображение описанных картин или скульптур. Все это не мелочи, ведь автору почему-то было важно, что его герой в той или иной ситуации смотрит именно этот фильм, видит именно этот пейзаж, — делится Александр. — Да, это сильно удлиняет время чтения, но зато придает тексту дополнительное измерение и способствует более глубокому пониманию произведения.

Интересные факты, которые попадаются при чтении, я фиксирую,  потом каталогизирую — и таким образом складывается архив информации на разные темы. Когда я работал в ежедневной газете «Час» и занимался сиюминутными вещами, то удивлялся, что журналист Михаил Губин выписывает на листочки интересные факты. А теперь я и сам так делаю.

Обычно я читаю одновременно несколько книг. Сейчас — автобиографию Марины Абрамович и «Воспоминания» Феликса Юсупова. В них, в частности, рассказывается об отравлении Распутина. Яд был добавлен в пирожные, и тут убийцы просчитались, поскольку сладкое нейтрализует отраву. Другое дело — вино. В истории со времен античности было множество случаев, когда вино убивало. И за вино, бывало, убивали. Об этом было мое выступление на тему «Вино и криминал».

Вообще вино — это целый мир! Это и эстетика, и стиль, и наука, и культура, и наслаждение. Я люблю пить вино, люблю узнавать о нем (поэтому окончил курс в Wine school.lv). А теперь я еще об этом рассказываю. Тройное удовольствие!

Огромный материал есть в литературе и искусстве о шампанском. По преданию, монах Периньон, которому приписывается изобретение этого напитка, впервые попробовав его, воскликнул: «Я пью звезды!» Эта красивая фраза вошла в обиход, она передает праздничность, которая  ассоциируется с шампанским. Хотя это чистой воды маркетинг, он такого не говорил. И даже наоборот: историки настаивают на том, что Периньон не изобретал шампанское, а искал способы побороть пузырьки в вине.

Этот напиток тесно связан с историей Голливуда. В самом деле, что было пить голливудским дивам? Не водку же (это вульгарно), а шампанское, которое дает легкое опьянение, прекрасно дополняет их изысканный образ. В первом в истории рисованном мультфильме «Фантасмагория», снятом в 1908 году, большую роль играет шампанское — героя затягивает в бутылку, пробка прилетает ему в лицо. Это напиток появляется и во французском мультфильме «Трио из Бельвилля». Так выстраивается цепочка фактов и ассоциаций, которую можно бесконечно продолжать, и это безумно увлекательно. Я подготовил эту тему к 4 августа, когда отмечается День рождения шампанского, и меня просят ее повторить. Это приятно…

С июля нынешнего года Александр Шунин регулярно выступает в «Клубе редких слов», который он с Еленой Максимовой создал на базе ее бутика BaltА Kumode. Он дебютировал с темой «Кулинарный код литературы. Что ели, пили и скрывали герои книг и их создатели».  

— Застолье в литературном произведении — не только фон. Через описание еды автор показывает эмоции героя, процесс его мышления, философию, — рассказывает Александр.

Эти книги Александр прочел за нынешний год.

Вот что видит Евгений Онегин в петербургском ресторане Talon: «Пред ним roast-beef окровавленный, и трюфли, роскошь юных лет, французской кухни лучший цвет, и Страсбурга пирог нетленный, меж сыром лимбургским живым и ананасом золотым». Это же не просто меню, это рассказ об утонченных вкусах светского франта.

У Диккенса в «Рождественском повести» есть детальное описание рождественского обеда — пудинг, гусь, картофельное пюре и яблочный соус! Это и документ эпохи, и характеристика персонажей.

Интересно и то, кто из писателей готовил лучше, чем писал, кто был обжорой, кто, наоборот, аскетом. Пушкин, к примеру, обожал лимонад, причем пил его и по ночам. Слуга каждый вечер приносил в его спальню кувшин со свежеприготовленным напитком. Пишут, что он выпил стаканчик любимого лимонада перед тем, как отправился на Черную речку, на смертельную дуэль.

Бывают такие подробности, от которых мурашки бегут по спине…

Время салонов?

Заметим, это происходит в то время, когда все вокруг говорят, что падает уровень грамотности и интерес к чтению. Создатели клуба прекрасно отдают себе отчет, что монетизировать подобные интеллектуальные развлечения очень трудно. Это нишевый продукт, рассчитанный на литературных гурманов, но, как выяснилось, в Риге их немало. После лекций слушатели долго не расходятся, обсуждая услышанное и дополняя его.

— Может быть, пришла пора возрождать салоны вроде того, что держала Анна Павловна Шерер из романа «Война и мир»?

— Возможно… Кстати, описанный Львом Толстым салон не мог существовать. Его хозяйка — фрейлина, а фрейлины жили в царском дворце и не имели права приглашать туда гостей, так же, как и проводить встречи на съемной квартире. Это очень важная сцена в романе, в которой Толстой знакомит нас со многими действующими лицами, он не раз ее переписывал и все равно допустил ошибку.

И ошибался не только он. Готовясь по теме «Даже гении ошибаются: великие ляпы в литературе», я обнаружил множество нестыковок в самых известных произведениях. Робинзон Крузо ходил по острову голым, но при этом автор пишет, что он достает сухари из карманов, Эркюль Пуаро у Агаты Кристи прожил более 100 лет, Констанция в «Трех мушкетерах» Дюма то блондинка, то брюнетка.

— А акцент на таких ляпах не подрывают доверие к классикам?

— Тут как с оскорблением чувств верующих. Если вера непоколебима — ничто ее не подорвет. А если сомневаешься, то рано или поздно она рухнет. Напротив, такие штрихи делают образ писателя человечнее.

— Сколько времени вы готовитесь к выступлению?

— Долго. Очень помогают современные технологии, прежде всего ChatGPT. На смену архивной, библиотечной работе пришло изучение сайтов в интернете. Но чат дает только первоначальную рамку, его информацию нужно уточнять. Я тщательно проверяю каждый факт, потому что не могу допустить, чтобы кто-то вдруг сказал: вы ошибаетесь, не было такого. И всегда набираю столько информации, что проблемой становится уложиться в отведенные полтора часа.

— Какую тему вы сейчас подготовили?

— О библиотеках тиранов. Начну с Нерона, который почти ничего не читал, но зато занимался сочинительством. Расскажу о читательских пристрастиях Ивана Грозного, Петра I, Сталина, Гитлера. Любопытно, что революционеры Че Гевара и Фидель Кастро сходились в любви к книге Александра Бека «Волоколамское шоссе» о подвиге 28 панфиловцев. Кастро с увлечением читал Маркса и Энгельса, а Гевара признавался, что только один раз открыл «Капитал» и ничего не понял, но зато он запоем читал Дюма.

— Каковы ваши планы на будущее?

— Выступления в «Клубе редких слов», в VIna klubs и первые зарубежные гастроли. В октябре началось мое сотрудничество с торговой сетью Mnogoknig: на днях состоялось мое первое выступление на их площадках — в Вильнюсе.

Мероприятий все больше, а идей не убавляется, и это радует…

Ксения ЗАГОРОВСКАЯ