В поисках Кикиморы стоит оказаться посреди Кемерского болота. Топь здесь знатная: шаг влево, шаг вправо — и ты уже по колено в вязкой жиже: брррр!

Сегодня я иду не по приятной тропе — гати, проложенной для туристов в Кемерском болоте. С помощью знатоков я забурилась в совершенно неприрученную топь. Адреналин стучит в висках, щеки порозовели, иду-бреду неведомо куда. За меня отвечает болотный сталкер Динарс Калныньш — веселый, сильный, знающий здесь каждую кочку и тропу, вихляющую сквозь заросли багульника. 

Ноги в снегоступах-болотоходах (иначе никак тут не пройдешь) чавкают, утопая при каждом шаге на пару сантиметров в зелено-буром ковре — чмок, чпок… Ползу вслед за Динарсом след в след, а вокруг — красота: только что мамонты не ходят.

Клюква качается на кочке, реликтовый мох плавает в прозрачной воде темного озера. Такое впечатление, что из глубины этого загадочного водоема — чертового глаза — через минуту вынырнет какой-нибудь крокодил… Однако, никого. Портал на тысячи и тысячи лет назад открыт: Бог знает, сколько времени отчаянно плюется метаном и сероводородом это девственное латвийское болото. И, как верно заметил еще поэт Александр Блок: «Болото — глубокая впадина огромного ока земли». И это именно так!

Снегоступы, которые надеты на резиновые сапоги (все фиксируется специальным креплением), напоминают ласты пингвина. Идешь ты тоже как эта самая птица, смех, да и только. Потом привыкаешь и начинаешь ускорять ход — стопы, советую всем последователям моего подвига, нужно ставить параллельно. Пятиться назад не стоит, сядете на пятую точку. Такая обувка нужна для того, чтобы вы не угодили в топь по это самое место, а во-вторых, не вредили своим появлением болоту. Об этом мне рассказал мой сталкер, который водит по этим кочкам экскурсантов.

Каждый визит сюда — как обнуление. Ты слышишь, как дышит Земля, и сам в этот момент понимаешь что-то важное про мир и про себя. И не включайте мобильные телефоны на звук, советую — пусть уже заткнутся на какое-то время. Послушайте тишину, это очень целительно для души. Помедитируйте! Но помните, что слушать проводника все-таки надо (спасут вас по-любому, но зачем такие страсти?). Динарс объясняет, что здесь работает болотный светофор: можно смело наступать на красный и бурый мох, на желтый — очень осторожно, на зеленый — стоп,  ходить нельзя!

«Глухое местечко, Ватсон!»

Знаменитый сыщик всех времен и народов Шерлок Холмс, который в версии старого кино бродил именно по этим местам, мог бы сказать нечто подобное о Кемерском болоте. Съемки одной из серий легендарного сериала («Пестрая лента») проходили в Кемери, о чем в следующий раз расскажу подробненько.

Большое болото в Национальном парке Кемери (6 тысяч гектаров!) — место совершенно уникальное. Реально всего в 15 минутах езды от Юрмалы ты попадаешь в какой-то фантастический ландшафт времен — не удивляйтесь! — последнего ледникового периода. Кемерское болото начало формироваться 8 тысяч лет назад, когда ледник отступил на север. Образовалась суровая тундра — северная саванна времен неолита. Нетронутая дикая природа законсервировалась на счастье любознательных путешественников. И теперь это настоящее королевство мхов, вереска, багульника, карликовых, изогнутых во все стороны сосенок.

Оказывается, исследуемое мной болото имеет выпуклый рельеф, в центре топи мхи всегда росли активнее и средняя часть этой «кикимории» — выше окраин, где любили селиться ведьмы и всякого рода знахарки. Кроме того, болото, оказывается, живое, оно медленно сползает вниз по склону. Из-за этого на поверхности периодически образуются глубокие трещины, которые заполняются водой, в которой рыба не живет. Только мифологические существа из легенд.

«Болото — откровенно кислая среда, в которой замедляется рост всех бактерий, — рассказывает Динарс, ловя меня, чуть не угодившую в яму с водой. — Торф и мох сфагнум являются отличными консервантами. Низкое содержание кислорода, гуминовые кислоты и дубильные вещества, выделяющиеся из мхов, усложняют жизнь микроорганизмам, которые обычно вызывают гниение и разложение. Поэтому в болотах находят отлично сохранившиеся тела древних людей и животных. А вот рыбы здесь, как вы понимаете, в такой воде дышать никак не могут, вот их и нет тут!»

А еще болота вообще и Кемерское в частности поглощают воду. Как гигантские губки! «Лишняя» вода, остающаяся от осадков, должна где-то скапливаться. С этой задачей как раз справляются болота. В тех странах, где они не сохранились, происходят разрушительные наводнения.

Сернистая вода, которая имеет не самый приятный запах тухлых яиц, обладает целебными свойствами. Как и местные грязи. Все — спасибо болоту, делится с нами, болезными, чем может. 

История юрмальского курортного лечения начинается именно в Кемери, на краю этого самого болота, богатого сероводородными источниками. Их целебную силу знали уже во второй половине XVIII — начале XIX века, когда в лечебных целях сюда приезжали страдающие разными недугами представители высшего общества Курземе.

Кемери впервые упомянуты в 1561 году, когда курляндский герцог Готхард Кетлер заложил под проценты по ссуде шесть крестьянских домов. Один из них назывался Kemmer по имени проживавшего здесь крестьянина Каспара Кеммера. Здание стояло ровно в том месте, где сегодня построен Кемерский реабилитационный центр. По другой версии, название Кемери пошло от домика лесника, который лечил всех, кто просил, водой из местного источника. Причем для больных людей здесь уже тогда начали строить деревянные домики с примитивными ваннами. Одним из таких «лечебниц» заведовал лесничий Анс Кемер...

Первый серьезный химический анализ кемерской воды в 1801 году сделал петербургский придворный аптекарь Ловиц, затем профессор фармации и химии Тартуского университета рижанин Давид Гриндель. Первый пансион в Кеммерне, где лечили грязями и водами, появился в 1818 году, но — вернемся на болото.

Осень — лучшее время для болотинга

…Одной ногой я все-таки черпнула воду, а все потому, что решила перепрыгнуть через канаву (балерина нашлась!), ну и не долетела чуть-чуть до второго берега. И смех, и грех! Но даже весело, тем более, что в кармане были сухие запасные носки на всякий случай, а в термосе — горячий чай.

«Болота манят людей хрустально чистым воздухом, — рассказывает мой Сталкер. — Это территория, напоенная ароматом багульника и какой-то особенной свежестью —чувствуете, как стелется этот неповторимый аромат тонким ненавязчивым шлейфом? Тот, кто хоть однажды побывал в этих краях, останется очарованным ими на всю жизнь. Многие люди возвращаются сюда, говорят: болото, если с ним подружился, притягивает человека вновь и вновь — как магнит».

Перед тем, как снять болотоходы, я увидела удивительное растение — росянку. На ее листьях много волосков-железок. И на каждом — капелька жидкости, похожей на росу. Такая блестящая и сахарная «роса» привлекает внимание потенциальной жертвы — комаров и других насекомых. Легкое прикосновение — и все волоски этого листа приходят в движение, облепляют насекомое клейким веществом, а затем перемещают в середину листа, где находятся пищеварительные ворсинки. Ням, съел! Лист росянки смыкается над насекомым, начинается процесс переваривания, после чего листья принимают обычное положение — открывают рот…

Чего только нет в природе болота. Но рвать-собирать растения в Кемерском Национальном парке нельзя, вы же не лешие, в самом деле.

Знаю, что в советское  время на краю этого самого Кемерского болота жила женщина, которую местные считали ведьмой в восьмом поколении. Говорят, в ее ветхой хижине творились загадочные дела и только что лапки мышей не висели под потолком… Знахарка, и точно чудачка, лечила обращающихся к ней болотными травами, умело заговаривала язвы — болтают, тетка эта была доброй, но не любила нахалов. Потом эту странную болотную королеву практически насильно переселили в цивильное жилье где-то в Юрмале, а ее хижину, похожую на домик Бабы Яги, — разобрали. Но память о той бабусе осталась. Может еще колдует где-то? Ох...

Людмила ВЕВЕРЕ.

P.S. Автор выражает благодарность за помощь в организации маршрута visitjurmala.lv.