Что делать в случае атомной угрозы? Куда эвакуироваться? Как пользоваться счетчиком Гейгера? Ответы на эти вопросы можно поискать в музее-бомбоубежище (Sakaru Bunkurs) в Вецмилгрависе. Стараниями молодых людей — Никиты, Влада и Вики — сырая бетонная коробка превратилась в настоящий командный центр. Хотя сегодня отсюда уже и не получится, как в прежние времена, руководить эвакуацией Северного предместья Риги, но атмосфера и техника советского бункера восстановлена до мелочей.

Начиналось, как хобби, которое в итоге обернулось целым музеем. Всегда были энтузиасты, которые исследуют заброшенные здания, подвалы и заводы, чтобы сделать атмосферные фотографии. Особенную популярность это увлечение приобрело во время пандемии и всеобщего карантина, когда все закрылось и молодежь искала альтернативные развлечения. Большинство просто погружалось в «подвальную романтику», кто-то выпускал пар и разрушал, все что видит, а кто-то наоборот задумывался над тем, а как оно все выглядело, когда было в рабочем состоянии? Среди последних оказались Никита, Влад и Вика — основатели и хранители музея Sakaru Bunkurs.

Sakaru Bunkurs

— Мы были тут впервые 8 лет назад, и приблизительно три года назад руководство судоремонтного завода пошло нам на встречу и позволило арендовать этот бункер, — рассказывает Никита. Он отмечает, что под заводом в Вецмилгрависе расположился целый комплекс на случай чрезвычайной ситуации. — Тут четыре убежища: три на территории завода и одно здесь. Оно было самое главное, как запасной пункт управления Октябрьским районом (ныне это район Северное предместье Риги — прим. ред). На случай кризисных и чрезвычайных ситуаций — атомная война, или техногенная катастрофа, вроде Чернобыля.

Бункер строился в конце 60-ых годов ХХ века. К вопросам безопасности тут подошли основательно: помещения расположились на глубине 5 метров по слоем противоударной «подушки безопасности» из бетонных плит и песка, герметичные двери, автономная система вентиляции, запасные выходы и средства личной защиты.

Sakaru Bunkurs

Отсюда контролировали инфраструктуру всей северной части Риги, находилась аппаратура для информирования жителей о том, что произошло и как действовать дальше — через радиоточки, громкоговорители и сирены тревоги. Здесь также располагались два центра связи — один главный для оповещения всего района, со связью с другими бомбоубежищами и важными объектами. Даже своя «комната КГБ» с отдельным коммутатором и защищенными линиями связи.

— Здесь постоянно дежурили по 6 человек с завода. В две смены круглосуточно за этим объектом следили, проверяли все системы, — рассказывает Никита и отмечает. — Ты мог днем трудиться в одном из цехов на заводе, а вечером на дежурство в бункер.

Сделано своими руками

Спускаясь по лестнице с направляющими линиями к закрытой герметичной двери не верится, что совсем недавно здесь основательно похозяйничали мародеры. От некогда важного стратегического объекта после бурных лет восстановления независимости в 90-ых остались только голые стены. Растащили все, что представляло какую-то ценность: что-то украли на металл, что-то разобрали «сталкеры» в личные коллекции.

— Везде перекрашивались потолки и стены, в некоторых помещениях даже заливали бетоном пол заново. Закладывали кабель, всю проводку. Гермодверей тут не было, никакой аппаратуры тоже. Первые полгода здесь не было даже электричества, — рассказывает Никита о состоянии, в котором им достался бункер. Практически все, что сейчас можно увидеть в музее восстановлено или отремонтировано собственными руками энтузиастов.

Также и с экспонатами. Раритетную технику и мебель тех времен приходится искать по барахолкам, через личные контакты и среди других энтузиастов, которые увлекаются этой тематикой. Многое приходится ремонтировать и восстанавливать практически с нуля. Например, вентиляционную с автономной системой подачи и фильтрации воздуха:

— Я сделал всю инженерную систему как она была, чтобы кнопки работали, — с гордостью говорит Влад, ответственный за техническое состояние бункера, — Но эти электродвигатели я боюсь запускать. Один у меня уже сгорел, а второй… сдавать перематывать будет дорого.

Но для желающих ощутить все тяготы обитания в бункере, вентиляционную систему можно запустить в ручном режиме, предусмотренном на случай отключения электричества. По нормативам два человека должны были крутить ручку динамо-машины, сменяясь каждый час, пропуская зараженный воздух снаружи через фильтры дальше в помещения бункера.

Sakaru Bunkurs

— Еще бывает заводы отдают. В Риге сейчас очень много заводов сносится, в одном таком старое здание скоро демонтируют и нам привезли большой аппарат — телетайп. — Влад показывает на последнее приобретение музея: средство связи, предвестника факса, другой технологии, о которой многие уже и не помнят.

— Мы все делали втроем. Время свое, финансы свои — это не такой бизнес-проект, скорее хобби, — отвечает Никита, отвечая на вопрос откуда силы и средства на создание такого необычного музея. — В декабре 2024 года мы в первый раз открылись и все равно потихоньку обставляемся.

Говоря о возможностях получить финансирование от Рижской думы, ребята признаются, что даже как-то не задумывались всерьез об этом: работы итак было слишком много, чтобы погружаться в дебри бюрократии со своими подводными течениями и камнями.

— У нас еле хватает времени здесь что-то доделывать, а с этой бюрократией нужно еще бегать собирать бумажки. Мы изучили возможности, но под критерии самоуправления на тот момент не очень попадали. Поэтому решили, что продолжаем, как сами можем и все.

Sakaru Bunkurs

Рижские бункеры тогда и сейчас

Никита отмечает, что в советское время в в Риге, да и по всей Латвии было построено много бомбоубежищ. Вот только сейчас они находятся в очень плачевном состоянии. На вопрос, можно ли их восстановить, он с сомнением отвечает:

— Они все в удручающем состоянии. От каких-то небольших бомб или ракет, наверно, можно. Под землей, на глубине 5-6 метров, под разными слоями из плит и песка, от такого попадания — может быть, да, защитит. Но если мы говорим про газы, ядерный удар, или токсические вещества — нет. От многих убежищ остались только цементные коробки, внутри ни дверей, ничего не осталось, только сырость, — делится он своим опытом исследования подземных бункеров. Те убежища что я видел, это просто бетонный подвал, куда ставится раскладушка и ты спишь чуть ли не на земле. Выглядит это удручающе.

Напомним, что с прошлого года Рижская дума активно развивает сеть убежищ на случай кризисной ситуации. Оно такое было открыто в детском саду «Dzilniņa», где под убежище выделено две комнаты в подвале общей площадью 64 кв. м. На них в случае катастрофы или военной угрозы должны разместиться 85 человек — в тесноте, но в относительной безопасности. Согласно требованиям Государственной пожарно-спасательной службы (VUGD), обеспечено по 0,75 кв. метра на человека. А как обстоят дела с плотностью «населения» в бункере в Вецмилгрависе?

— У нас сохранился оригинальный документ. Рабочая группа 16 человек, а самый полный состав это 39 человек. И если в полном составе, то там уже тесновато. Здесь около 270 квадратных метров — около десяти комнат, — отвечает Никита, но подчеркивает, что этот бункер не и предназначался для массового укрытия гражданских жителей.

Здесь находился командный центр и специалисты, которые должны были руководить эвакуацией, и большую часть площади занимала аппаратура для связи и информирования жителей, медицинская мини-лаборатория и технические помещения. Тем не менее в музее можно изучить плакаты с типовыми схемами бомбоубежища времен советского периода:

— Там где находятся люди — это примерно две трети от всего убежища. В условных 100 квадратах реально люди будут находиться в 60-70. Остальное это склады, дизельная, вентиляционная, санитарные и прочие технические помещения, — отмечает Никита.

И хотя бункер в Вецмилгрависе восстановлен по возможности точно в соответствии с оригиналом, назвать его полноценным бомбоубежищем все же нельзя. В первую очередь это музей. Здесь регулярно проводятся экскурсии, приводят группы с детских садиков и школ. Хранители музея не просто впускают в бункер, а рассказывают целую историю.

— Детям очень нравится. Мы попали в такое время, когда людям очень интересно посмотреть, как это было, — говорит Никита.

К сожалению, возможности создателей музея пока ограничены — все таки по мимо этого увлечения у каждого из них есть своя жизнь и работа — и посетить его можно не каждый день. Сейчас он обычно открыт каждую неделю в какой-то из выходных дней, в субботу или воскресенье, о чем хранители музея заранее информируют на своей странице в социальной сети Facebook. В эти дни каждый желающий может прийти и узнать больше про защиту в случае чрезвычайной ситуации, инструменты гражданской обороны, про назначение каждой комнаты настоящего командного центра, как пользоваться счетчиком Гейгера и анализаторами.

Командный центр со времен холодной войны: «рассекречен» необычный музей в Вецмилгрависе (ФОТО)