Вводит в заблуждение! Действительно ли Ашераденс не может «наколдовать» деньги для медиков

Когда присутствовавшие в студии медработники заговорили о тех 300 миллионах евро, которых не хватает уже в этом году, Ашераденс развел руками и сказал: у меня нет волшебной палочки, чтобы наколдовать эти 300 миллионов, создать их из ничего. Эту фразу в разных вариациях правящие круги повторяют уже 30 лет: денег столько, сколько есть, поэтому стисните зубы и затяните потуже пояса. И надо сказать, что у нас эта фраза проходит на ура, хотя в других частях света она не находит такого отклика. Люди протестуют, бастуют, требуют, и — о чудо! — восседающие на Олимпе власти где-то находят деньги. Неохотно, ворча себе в бороду, но находят.

В этом смысле Ашераденсу можно только позавидовать. Как ему повезло с народом. За те слова, которые он позволил себе произнести в упомянутой телепередаче, СМИ других странах сравняли бы его с землей. Но у нас совершенно нормально воспринимается фраза: у меня нет уверенности в том, что предназначенные на медицину деньги используются целесообразно, и поэтому… Избиратель «Нового Единства» именно это и хочет услышать от своих представителей. Нечего разбрасываться деньгами (в подтексте: нечего лечить всяких там «бомжей», да и вообще, медики и так катаются как сыр в масле).

Надо сказать, что Ашераденс так убедительно рассказывал о бессмысленно потраченных в системе здравоохранения деньгах (правда, без конкретных примеров), что стало ясно — в новом правительстве (которое, скорее всего, будет сформировано после президентских выборов) именно его надо выдвинуть на пост министра здравоохранения. Ашераденс продемонстрировал такой высокий уровень компетентности, что вопрос о том, кому следует доверить упорядочение системы, отпадает сам собой.

Но вернемся к 300 миллионам, которые Ашераденс якобы не может «наколдовать». На самом деле он, если и не обманывал, то по крайней мере вводил в заблуждение. Эти 300 миллионов можно было достать в бюджете относительно легко. Относительно легко, потому что это заставило бы министра финансов и его партию нарушить одну из священнейших заповедей своей веры: банки, крупный бизнес — это каста избранных. Священные коровы, которых нельзя доить. Ими можно только восхищаться и поклоняться. Если же действительно требуются деньги, их надо взять у тех, у кого их взять проще. То есть у народа.

Буквально несколько дней назад, 16 мая, президент Литвы Гитанас Науседа подписал поправки к закону, предусматривающие введение налога солидарности на сверхприбыль банков. Таким образом государство планирует получить более 400 миллионов евро. Сейм Литвы 9 мая принял эти поправки подавляющим большинством голосов Обратите внимание — подавляющим большинством голосов! В Латвии похожая идея не дошла даже до комиссий Сейма. Банковское лобби сказало — нет, и наша политическая элита во главе с Ашераденсом ответила: есть, сэр! Это все, что нужно знать о приоритетах нашего правящего политического класса.

Я только что вернулся из поездки по США. Еще по предыдущим поездкам я знал, что там в магазинах цены на товары указываются без налога на добавленную стоимость (НДС), поэтому надо считаться с тем, что у кассы придется заплатить больше, чем указано на ценнике. Но возле кассы меня ожидал приятный сюрприз — окончательная цена минимально отличалась от той, что была указана на ценнике. В Нью-Йорке налог на добавленную стоимость (там он называется налог с продаж) составляет всего 4%. Напоминаю, что в Латвии основная ставка НДС составляет 21%, и платят его абсолютно все, вне зависимости от того, беден ты или богат.

Скептики могут возразить, что в США в каждом штате существует своя налоговая система, что есть еще локальные муниципальные налоги, которые каждое самоуправление устанавливает по своему усмотрению. А значит, нашу налоговую систему нельзя сравнивать с американской. Возможно. Но и сам принцип сбора налогов там является совсем другим. В Нью-Йорке я несколько раз обедал во вьетнамском ресторане, который по масштабам Латвии был бы заведением приличного размера с солидным оборотом. Никаких чеков. Даже счет принесли без расшифровки. Ручкой на бумаге написана конкретная сумма, которую нужно заплатить. В других магазинчиках кассовый аппарат тоже был больше для вида. Зная о том особом внимании, которое в США уделяют вопросам уплаты налогов, подобная небрежность сначала показалась непонятной, но потом ситуация прояснилась.

Все эти малые бизнесы платят разумный налог, который не вызывает никаких возражений у налогового инспектора. Как только владелец малого бизнеса начинает явно жульничать и скрывать доходы, приходит налоговый инспектор и спрашивает: что за дела? В США главный акцент делается на «больших». На тех, за чей счет главным образом и пополняется казна, в то время как у нас «гоняются» за теми, кто вяжет носки, собирает ягоды в лесу, разными творческими «фрилансерами» и прочими «малышами», от которых в общем масштабе взымаются пустяки. А вот крупные компании, у которых можно было бы сразу, за один подход собрать все недостающие здравоохранению сотни миллионов, являются «святыми». Из трогать нельзя ни в коем случае. Принятое в Литве решение портит инвестиционную среду. Бизнес сбежит в другие страны, где налоги ниже, грозит коллективный Ашераденс. Куда сбегут? Где налоги ниже?

А, может быть, если банки получают огромную прибыль, но неохотно занимаются кредитованием, то пусть они выметаются? В конце концов место не будет пустовать. Если после введения налога солидарности какому-нибудь банку в Латвии налоговое бремя будет казаться невыносимым, пожалуйста — счастливого пути! Никто не должен здесь «мучиться», продолжая заниматься своим бизнесом.

Совсем недавно, 29 марта 2023 года, Ашераденс утверждал, что из всех собранных в Латвии налогов только 2,7% составляет подоходный налог с предприятий, тогда как в Эстонии он составляет 10% налоговых поступлений государства. Направление, в котором смотрит Ашераденс, является правильным. Только «вера» (будем надеяться, что не прямая заинтересованность) не позволяет разглядеть — где можно было бы найти столь нужные жителям Латвии деньги. Без волшебной палочки. Просто приняв такие же поправки к закону, какие убедительным большинством голосов принял литовский парламент.