Интересный уголок Задвинья: церковь Мартиня и улица с одноименным названием

Рижский магистрат долгое время не разрешал возводить здесь церковь, а когда дал отмашку — постановил, что миряне по завершении строительства обязаны выплачивать компенсацию Даугавгривской церкви (в Болдерае), к которой было приписано большинство задвинцев. Причем размер компенсации был увязан с количеством прихожан: за каждого ушедшего оттуда в другой приход полагалось «отстегивать». Жители не согласились на рэкет от рижского магистрата.

Понадобилось еще столетие, прежде чем отцы города дали добро без всяких предварительных условий. Правда, произошло это после того, как в 1845 году задвинцы, перебираясь по льду Даугавы на пасхальное богослужение в центр, провалились под лед. Чтобы замять трагедию, дума далеких лет еще и выделила деньги на строительство — 16 тысяч рублей. На них можно было возводить не деревянную постройку, как планировалось первоначально, а каменную.

Храм на улице Слокас по проекту архитектора Иоганна Фелско принял прихожан в 1852 году. Он не был похож на сегодняшний — только с одной башней. Нынешний облик храм приобрел в 1877 году после реконструкции, проведенной Генрихом Шеелем.

В лютеранском храме в те годы было два прихода — латышский и немецкий. В 1910–м немцы решили построить неподалеку новую церковь — Святого Мартина. Был уже готов проект Вильгельма Бокслафа (знаменитого рижского архитектора – автора Академии художеств), но началась Первая мировая.

На кладбище рядом с храмом похоронены многие видные деятели латышской культуры, науки. Первый латышский фармацевт, химик, естествоиспытатель Давид Гриндель. Первый латышский промышленник, добивавшийся у магистрата права для жителей любой национальности торговать в Риге, Янис Штейнгауэр. Основоположник латышской классической музыки Эмиль Дарзинь.

Окрестности связаны и с именами известных немецких философов — Иоганна Гердера и Иоганна Хамана. За кладбищем, в сторону Даугавы, простирается аллея вековых голландских лип, по которой любили прогуливаться мудрецы. Ее и сегодня называют Аллеей философов.

Долгие годы жизнь философам, как и прихожанам церкви, портил высоченный песчаный холм, стоявший на открытом месте. При ветре кругом поднимались тучи пыли. Владельцу Ильгюциемской пивоварни, который тоже был среди прихожан, Георгу Тило это надоело, и он выделил деньги на то, чтобы срыли «хулигана»…

По имени церкви названа и одна из близлежащих улочек — Мартиня. В городских справочниках она впервые упоминается в 1880 году под названием Мартыновская. Жили тут мореходы, священники, учителя. В основном — немцы. С далеких лет сохранились каменные дома, построенные на рубеже XIX–XX столетий видными рижскими зодчими — Алфредом Ашенкапфом, Вильгельмом Бокслафом, Константином Пекшеном, Эмилем Ланге.

Доходный дом на Мартиня, 8, построенный по проекту последнего, считается одним из образцов стиля модерн в рижской архитектуре. На Мартиня, 7, до революции была школа. Ее построили в 1901 году по проекту Ашенкампфа. Школа была латышской, для детей рабочих. Деньги на строительство выделило Общество взаимопомощи Йонатана.

Интересная общественная организация, созданная еще в 1870–е рабочими–текстильщиками из Ильгюциемса. На первых порах это была касса взаимопомощи рабочих — для коллег, попавших в беду. Затем открыли библиотеку, детский сад, школу. С 1920–х Общество взаимопомощи теряет прежнее значение, и дом на Мартиня, 7, арендует самоуправление.

Примечательно здание на Мартиня и Баложу (Баложу, 27), построенное архитектором Бокслафом в 1901 году для священника немецкого прихода. Пасторский дом тут был до 1930–х, потом обосновалась немецкая библиотека для девочек, после войны – 40–я семилетняя школа, а сейчас — музыкальная школа имени Паула Юрьяна.

Немецкая школа была до войны и на Мартиня, 9, — начальная. 10 ноября 1939 года по решению Рижской думы и Минобразования школа была закрыта — ученики уехали в Германию.

Школу на Мартиня, 9, возродили после войны — восьмилетнюю. Один из знакомых учился там с 1953 по 1961 год. По его словам, младшие классы находились напротив – на Баложу, 24 (там сейчас музыкальная школа), старшие – на Мартиня. Восьмилетние школы постепенно уходили в историю, поэтому в 1970–е на прежнем месте открыли Дом пионеров. Были там спортивные секции, в том числе гимнастики (на втором этаже), музыкальный класс, кружки рисования, рукоделия, журналистики… Старожил ходил в кружок журналистики, а его сестра – в кружок рисования.

— Но журналистом я не стал: слишком часто менялись преподаватели, – смеется он…

Если бы у вашего автора спросили о самом интересном здании района, не задумываясь ответил бы: водонапорная башня на улице Алисес. Ее построили в 1910 году, позднее перестраивали.

Нельзя не упомянуть еще раз, хотя бы коротко, о ее архитекторе Вильгельме Бокслафе. Он родился в Риге в 1858 году. После окончания Рижского политехнического института до 34 лет работал помощником профессора, декана архитектурного факультета Иоганна КОХА, а затем создал собственное архитектурное бюро.

В Риге на счету Вильгельма Бокслафа более 20 зданий: многоэтажные жилые дома, общественные. Самые известные из них — Академия художеств, церковь Креста в районе Тейки, на углу улиц Ропажу и Крустабазницас, велосипедная фабрика Лейтнера на нынешней Бривибас, 137, дом для священника церкви Мартиня на улице Баложу, 27. А за пределами Риги – дворец в Малпилисе, лютеранская церковь в Дубулты и другие сооружения.

Один из лучших рижских архитекторов умер в польской Познани на исходе Второй мировой войны, в 1945 году…

Илья ДИМЕНШТЕЙН.