Видео
В мире
Главный секрет Риги
— Нил, вы помните, с какими ощущениями вы пять лет назад впервые вошли в кабинет мэра в Рижской думе и сели в кресло градоначальника? — Сначала вспомним, что это было за время: на 2009 год пришелся самый пик кризиса, когда рассыпалось абсолютно все. Приведу только две цифры: на пике "тучных" лет — в 2008 году — доходы городского бюджета составляли 600 миллионов латов, а в 2009–м они снизились до 400 миллионов. Это колоссальный спад — ни одна институция, ни одно учреждение в Латвии не переживали сокращения доходов на треть! Первый месяц моей работы оказался очень трудным — происходило все и сразу: надо было в спешном порядке сокращать бюджетные расходы, в Рижском порту случилась утечка химвещества с угрозой взрыва, что–то особенное учинили британские туристы — возник скандал… И все это происходило в течение одного месяца! Так что у меня просто не было возможности сесть в кресло, спокойно посидеть и порадоваться назначению. На голову упало все, что только могло упасть… В принципе, все первые полгода были настолько концентрированными, что не было времени вздохнуть, а тем более думать о своих ощущениях. — Как Рижской думе в достаточно сложных экономических условиях удается проводить четкую социал–демократическую социальную политику? — У нас есть свое ноу–хау. В принципе, в любой другой стране это не считалось бы ноу–хау, но у нас в Латвии это открытие. Дело в том, что в Рижской думе сформирована коалиция, в которой нет межпартийных разногласий. Это единая команда, состоящая из представителей разных партий. Что сегодня происходит в Латвии на уровне правительства и других муниципалитетов? Несколько партий формируют коалицию, приоритеты работы которой определяет не реальная необходимость, а партийные интересы. У нас же работает одна команда, мы определяем список приоритетов и четко работаем над их выполнением…Когда они вернутся?
— Рига — крупнейший работодатель страны. Чувствуете ли вы сегодня конкуренцию со стороны Лондона, Берлина, других европейских городов? — Рига как работодатель является конкурентом для многих латвийских самоуправлений, работать к нам приезжают со всей страны. Но Рига тоже теряет людей — в конкуренции с европейскими городами. И нехватка специалистов на рижском рынке труда очень ощутима, и это касается не только бизнес–структур. Определенное давление чувствует и Рижская дума. Так, например, работники Социальной службы Рижской думы очень хорошо подготовлены, они настоящие профессионалы своего дела. И я не исключаю, что многие из них размышляют: а может, лучше помогать людям не в Латгальском предместье Риги, а где–нибудь в Германии? Они и в Германии прекрасно справятся с работой. А у нас, честно говоря, не слишком много инструментов, чтобы мотивировать людей работать именно в Риге.
С чем была связана идея введения Карты рижанина? С простой математикой: сегодня жители многих самоуправлений работают в Риге, а налоги платят там, где они задекларированы, и Рига от этого ничего не получает. Но по нолям мы в этой ситуации остаемся в лучшем случае. А если, например, сто рижан уехали работать в Лондон и их место занимают сто человек из других самоуправлений, то Рига несет убытки: потому что бывшие рижане платят налоги в Лондоне, а новые рижане — в своих городах.
— Как вам кажется, что надо сделать для того, чтобы если не остановить, то хотя бы притормозить поток уезжающих из страны?
— У нас много говорят о специальных социальных программах, о том, что латвийцы, живущие в других странах, должны поддерживать связь с родиной, а дети — сохранять знание родного языка. И все это действительно очень важно. Но это не решение проблемы — это таблетки, которые помогут немного сбить температуру, но не вылечат болезнь…
Уехавшие жители Латвии вернутся на родину только при наличии двух условий. Первое — это то, о чем говорят все: рост доходов населения. Хотя надо отдавать себе отчет, что в обозримом будущем мы не достигнем такого же уровня зарплат, как в Великобритании. Но я думаю, что люди будут готовы работать и не за такую высокую, как в Великобритании, зарплату, потому что на родине жить лучше. Но для того чтобы люди начали возвращаться, требуется и второе условие, о котором почему–то никто не говорит, — это социальные гарантии.
Если с человеком, который в течение определенного времени легально работает в Европе, что–то случается, его не оставят один на один с жизненными трудностями, ему окажут помощь. И для того чтобы житель Латвии сделал выбор в пользу возвращения на родину, он должен знать: да, он в Латвии будет получать зарплату меньше, чем в Великобритании, но если с ним, с его детьми, с его родителями что–то случится — ему окажут помощь и поддержку. И это очень серьезный аргумент. И это то, что мы все время стараемся объяснить правительству: повышение пенсий — это не только шаг к восстановлению социальной справедливости по отношению к пенсионерам. Повышение пенсий нужно и для того, что показать людям: возвращайтесь домой! Люди не вернутся даже на приличную зарплату, если они будут понимать, что в Латвии на пенсии их ожидает нищета. Они уедут — и все…
Почему Рига — не Париж?
— В последние годы в Латвии одним из самых популярных слов было слово "экономия". И правительственные партии периодически говорят о том, что Рига живет слишком расточительно. Что вы на это скажете? — Математика очень проста. Рижской думе в долг никто не дает, потому что, согласно латвийскому законодательству, самоуправления не имеют права брать в долг. А это значит, что мы можем тратить лишь то, что заработали. И Рижская дума не только покрывает все свои расходы. Каждый год мы заканчиваем с финансовым плюсом, и у нас остаются средства для создания "подушки безопасности". Но тем не менее каждый год при принятии бюджета мы слышим заявления о том, что Рига в следующем году непременно обанкротится. И в этом году мы наверняка это услышим. Но 2014 финансовый год мы, как и всегда, закончим с плюсом. — Оказание социальной помощи нуждающимся является одним из приоритетов Рижской думы. Сокращается ли число рижан, которых городской власти приходится финансово поддерживать?
— Количество людей, получающих пособия, уменьшается. Это объективный процесс: доходы немного выросли, а безработица немного сократилась. Но, понимаете, все относительно. Малоимущим считается человек, чьи доходы не превышают 128 евро в месяц. Но даже если малоимущий стал получать 130 или 135 евро в месяц, он не перестает быть малоимущим… Это не история успеха, о которой у нас так любят говорить. Истории успеха нет: если меньше людей голодает, это еще не значит, что мы прорвались.
— Что в работе мэра самое сложное?
— Трудностей хватает. Но самое сложное — это то, что постоянно приходится говорить "Нет!". Потребностей у города много, а денег в бюджете столько, сколько есть.
— А что в работе мэра самое приятное?
— То, что, работая в Рижской думе, можно видеть реальные результаты своих усилий. В этом главное отличие работы Сейма и самоуправления. Рижская дума принимает бюджет на следующий год — и можно будет пойти и увидеть то, что было сделано. Это подстегивает и все время заставляет делать что–то еще.
— Как вы относитесь к популярному сравнению "Рига — это маленький Париж"?
— Плохо. Рига — не маленький Париж, не большой Вильнюс или что–то еще. Зачем нужно сравнивать Ригу с каким–то другим городом и придумывать себе другую несуществующую идентичность? Рига — это уникальная в своем роде европейская столица, которую высоко ценят туристы из многих стран и который все мы должны гордиться. Рига — это Рига, этим все сказано…
78,5% рижан — за УШАКОВА!
Согласно данным Центра исследований рынка и общественного мнения SKDS, 73% рижан довольны работой Рижской думы, а работу мэра Риги Нила УШАКОВА положительно оценили 78,5% рижан…
Ина ОШКАЯ.
