Уже в 1958 году РЭО побывал на Украине, в Грузии, Армении, Азербайджане и городах Поволжья, представляя блестящую программу в джазовом стиле. Балиню публика буквально не отпускала со сцены, а горячие грузины якобы даже собирались похитить певицу. В Ереване после особенно яркой импровизации восхищённая молодёжь вынесла пианиста Паулса из зала на руках.
Музыканты чувствовали себя на седьмом небе: музыка, которую совсем недавно они играли в самодеятельных коллективах, теперь звучала с самых официальных сцен огромной страны. Голова от успеха слегка кружилась, и молодые люди позволяли себе различные вольности. Что скрывать: порой являлись навеселе и, по словам Алниса Закиса, регулярно что-нибудь вытворяли, за что Швейник якобы вычитал у виновников часть зарплаты.
Раймонда Паулса директор однажды даже исключил из Рижского эстрадного оркестра. Пианисту пришлось ездить по Советскому Союзу в составе рижских концертных бригад. Впрочем, нет худа без добра: во время одной из таких поездок Паулс познакомился с женщиной, которая стала его верной спутницей жизни.
Из-за алкоголя от руководства РЭО отстранили и Ринголда Оре. В начале 1959 года оркестр возглавил Эгилс Шварц, факультативно изучавший дирижирование. Директором Швейник назначил Якова Штукмейстара, который энергично принялся обновлять состав и репертуар. Гунар Кушкис лечился от алкоголизма, вместо Балиньша за рояль сел Александр Кублинский, пробовали новых солистов, среди которых был и Зигфрид Рачиньш.
Однако Шварц счёл друга детства Раймонда Паулса по Ильгюциемсу неподходящим для штатной работы певцом и писал Швейнику: «Рачиньш работает на заводе и приходит на репетицию только после работы, около 18 часов, причём очень уставшим, и работать с ним трудно».
Выбор музыкантов у оркестра был невелик. В составе появлялись и приезжие: Борис Коган из Харькова, Есай Орлович из Тюмени, Вячеслав Шкенёв из Калининградской области. Разумеется, репертуар состоял не только из джаза: исполнялись советские песни и оригинальные произведения латышских композиторов, на концертах по-прежнему выступали танцевальные пары и фельетонисты Янис Пирвиц и Гарри Гриневич.
Гитаристу дали десять суток
За моральный климат в оркестре отвечал, конечно, главный дирижёр. Шварц попросил директора после курса лечения снова принять Гунара Кушкиса, и Швейник согласился. На одну-две репетиции саксофонист пришёл трезвым, потом всё началось снова, и последовало очередное увольнение.
Сообщения о похождениях музыкантов РЭО приходили из разных городов, где проходили концерты. Например, 18 ноября 1961 года Калининградский суд рассматривал дело гитариста Алвила Зариньша: «Зариньш, находясь в состоянии опьянения, 17.11.1961 вместе с товарищем пригласил в гостиницу двух девушек, приставал к ним с непристойностями, не выпускал из номера, употреблял нецензурные выражения, произошла драка с другими постояльцами гостиницы».
За содеянное музыканту пришлось отсидеть десять суток. Жалоба на шумные выходки оркестрантов пришла и из Ленинграда. Швейник отвечал, что дирижёр ещё молод и потому пока не сумел должным образом сплотить и мобилизовать коллектив.
Следующим «источником нездоровой атмосферы» объявили Александра Кублинского. Когда Швейник пригрозил уволить пианиста, Шварц поставил ультиматум: «Или он, или я!» — «Он», — согласился директор, подписал заявление Шварца и назначил на его место… Кублинского. Правда, главным дирижёром тот пробыл недолго.
Жалобы, доносы, кражи — чего только не происходило в коллективе РЭО. В кражах, например, обвиняли басиста Владимира Ермоловича из Ташкента. Во время гастролей он встречался с женщинами сомнительного поведения, и очередной инцидент закончился заявлением об уходе.
Не стоит забывать и о времени, в которое всё это происходило. За оркестром следили осведомители, исправно фиксируя, например, что на концерте 23 октября в Таллине Закис, Ермолович и Виталий Долгов были пьяны. Особого профессионального отбора при этом не существовало: порой главным критерием становилось одно — трезв человек или нет. Время от времени кого-нибудь приходилось исключать, но заменить было особо некем, к тому же зарплаты в РЭО оставались невелики.
