Видео
В мире
Молодые медики испытывают трудности, общаясь с пациентами, которые не говорят на латышском языке. В Ассоциации молодых врачей провели опрос среди молодых медиков — и тех, кто ещё учится, и тех, кто уже работает. Он показал, что проблемы появляются уже на экзамене, когда нужно обследовать реального пациента.
«Родилось и выросло поколение, которое говорит только на латышском языке. И первый раз встречает русскоговорящих пациентов в больницах — уже будучи студентами или молодыми врачами. И, соответственно, им тяжелее работать, тяжелее собирать анамнез», — пояснил член правления Ассоциации молодых врачей Александр Дорогой.
В Рижском университете имени Страдиня (RSU) говорят, что все лекции здесь проходят на латышском или английском языке. На экзамене же есть возможность работать с переводчиком.
«У нас прошёл экзамен на прошлой неделе у шестого курса. Его сдавали примерно двести студентов. Сдавали и практическую часть — экзамен у пациента, когда нужно узнать диагноз и составить план лечения. Мы не получили ни одной жалобы о языковом барьере.
Мы также обеспечили 10 переводчиков, они были приглашены только в трёх случаях», — сообщил проректор RSU Андрис Скриде.
В Латвийском университете, где тоже готовят медиков, другой подход.
«Я сам закончил Латвийский университет, сейчас в нём преподаю. Такой проблемы у нас нет. Если студент не говорит на русском языке, он может выбрать пациента, который говорит на государственном языке. Если студент своевременно предупреждает, то ему даже не будут предлагать пациента, который говорит на иностранном языке. На экзаменах мы проверяем способности студента думать клинически, а не знание языка», —заверил преподаватель факультета медицины ЛУ Давис Фрейманис.
Однако, закончив университет, молодой врач, не знающий русского, всё равно скорее всего столкнётся с проблемой. Есть ли выход?
«В Детской больнице всех врачей опросили – на каком языке они говорят, на каком они лучше могут с пациентами разъясняться. И потом, когда пациенты регистрируются, их просто предупреждают, что конкретный доктор, возможно, не сможет с вами провести беседу на русском языке, может быть, вы можете записаться к какому-то другому врачу. Ну и другой вариант – идти с молодыми родственниками, которые говорят на латышском языке», — описал решения А. Дорогой.
«Во многих больницах за рубежом есть переводчики. У нас в больницы бывают и туристы – например, немцы, которые говорят только на немецком. И, думаю, со временем, и у нас в больницах будут переводчики. Например, с испанского и с русского языков. Но, конечно, это вопрос финансирования», — считает Андрис Скриде.
Александр Дорогой же заметил: «Людям надо быть более эмпатичными. Когда пациент идет к врачу, он идет за помощью. И, когда пациенты выдвигают требования, что они не будут разговаривать на латышском языке, и даже не могут поздороваться, это уже больше вопрос поведения, отношения. Так что
надо пытаться быть более эмпатичными к врачам, которые выросли в свободной Латвии, учились на латышском языке и работают на том же языке в больницах».
