Педофил из Иманты в любой день — хоть завтра! — может начать насиловать детей и в центре Риги, и в Плявниеках, и в Болдерае — где угодно, даже за пределами столицы и за границей Латвии…

На днях корреспонденты «ВЕСТЕЙ» присоединились к неформальному объединению родителей из рижской Иманты, которые буквально круглосуточно патрулируют дворы и улицы района. А как же иначе?! Жители этого района и всех соседних подозревают, что полиция не обладает «достаточными ресурсами» для поимки маньяка, поэтому и вызвались сами искать извращенца. Впрочем, никто не исключает: педофил запросто может проявить себя в любом месте Латвии, равно как и в других странах Европы.

Имантский дозор

— Мы не удивимся, если узнаем, что маньяка давно нет не только в Иманте, но и в Риге, и вообще в Латвии. Границы открыты. Купил билет на автобус — и через несколько часов ты в Таллине или Польше. Да и фоторобот педофила — неточный. Вот говорят, на что стоит обращать внимание: на квадратный, грубый подбородок, на прическу «слегка кучерявую», на короткую щетину на шее, на лицо то ли в прыщах, то ли в оспинах… Но прическу можно запросто изменить, щетину сбрить, прыщи загримировать «тональником», купленным в любом косметическом магазине, а таких, как у педофила, подбородков полно и у других жителей. Поэтому мы все, вышедшие в «имантский дозор», понимаем: шанс поймать извращенца мал, — признается Антон ЦАРФИН — тот самый человек, который и объединил жителей района для поисков маньяка.

Он и все остальные «из дозора» — добровольцы на все 100%, их «выгода» — это спокойная жизнь в любимом районе, где можно не опасаться за детей. Антон Царфин с супругой сами решили организовать группу помощи полиции: тут же сообщили об этом в разных социальных сетях, через знакомых, по радио и на ТВ. И за несколько дней к группе присоединились десятки добровольцев — это помимо собственно актива из семи человек, в котором есть и охранники по профессии.

Тактика слежки

…На днях «ВЕСТИ» прибыли в Иманту в 13.00 к магазину IKI, что напротив Анниньмуйжской средней школы, где как раз и находится «штаб под открытым небом». Здесь, около белого микроавтобуса, всем желающим помочь в деле поимки преступника раздают листы бумаги с фотороботом — портретом «в общих чертах» маньяка, рассказывают, где лучше патрулировать и как (на каждом листе с обратной стороны — карта района).

— Видите, подъехала на машине женщина, мы ей дали фоторобот маньяка, карту, посоветовали по возможности найти где–нибудь бинокль, чтобы следить за теми же детскими площадками с приличного расстояния и при этом самой не рисковать.

Иногда, если к нам приходят женщины, мы им предлагаем, чтобы с ними в дозор отправился кто–то из мужчин — на всякий случай: ведь с преступником дело имеем, — говорит мне Антон и вместе с другим активистом Ильей тоже отправляется «по следу маньяка».

— А след его может быть где угодно! Мы предполагаем, что сейчас, когда поднялся шум и «портреты» педофила буквально везде (в Иманте они расклеены на стенах домов и на заборах, находятся на видных местах в магазинах, кафе, спортзалах, учебных заведениях, аптеках. — Авт.), преступник, если он еще в этом районе, будет вести себя осторожно — каким бы сумасшедшим ни являлся, — говорят дозорные. — Не думаю, что он совсем уж страх потерял, поэтому днем вряд ли будет бегать за детьми, скорее всего — вечером. Вот мы и предлагаем народу по вечерам присматриваться к одиноким фигурам, тем более если видно, что это «представитель мужского пола», который идет, опустив голову, накинув капюшон, ссутулившись, засунув руки в карманы. Конечно, первое, где он «должен» появиться, — это детские площадки, места близ школ…

Маньяк — жертва маньяка

Во всех учебных заведениях — и в садиках, и в школах, — как только стало известно о маньяке, тут же провели родительские собрания: чтобы папы и мамы обязательно приводили детей и забирали буквально «за руки», одних никуда не пускали. Причем это относится не только к девочкам от 7 до 10 лет (основная группа риска!), но и к девушкам–подросткам, поскольку не известно, на кого маньяка потянуть может в следующий раз и как его «переклинит».

По поводу последнего ни у кого уже сомнений нет: педофил не просто извращенец, но с крутым сдвигом в голове. Полиция подозревает, что когда–то он сам стал жертвой маньяка, хотя и признает: такой сценарий чересчур прост и стандартен. Не исключено, маньяк хоть и псих, но не полный идиот: понимает, что на него устроили облаву, значит, будет действовать аккуратно.

— Хотя не факт. Он может быть все время вполне нормальным человеком, но в какой–то момент у него в мозгу может вдруг случиться сбой — например, если увидит девочку около школы, и он уже не сможет себе контролировать, станет буквально другим человеком, — замечает дозорный Илья. — Увы, мы сейчас можем только гадать. С полицией особенно информацией не обмениваемся. Вернее, так: мы полицейским все максимально подробно рассказываем, а те нам ничего особенного не говорят — «в интересах следствия».

Вот разве что нас проинструктировали (и это мы передали дальше — по цепочке), как себя надо вести, если увидели подозрительного типа. Если кто–то из наших активистов вдруг заметил «странного типа», то бежать и хватать его нельзя ни в коем случае! Дозорному важно установить «визуальный контакт», а потом «вести маньяка», двигаясь от него на приличном расстоянии (пешком или тихо на машине) и рассказывая о перемещениях по телефону полицейским (67086546, 110, 67086677) — или нам (27034764, 27034798). Еще мы всех предупреждаем, чтобы люди патрулировали в разных местах, а не на одной улице или около одной детской площадки: чтобы не примелькались, — подчеркивает Илья.

…Мы остановились около дома № 6 на улице Даммес. Как раз в этом доме маньяк и напал на двух девочек в лифте — 14 марта.

— Я в этом доме сам живу, — показывает Илья. — Парадокс: в день совершения преступления никто ничего не видел, не слышал, не знает! Хотя обычно в таких «звонких домах», панельных, в квартирах слышно даже шарканье ног по подъезду и звонки в соседние двери. И если два первых преступления педофил совершил вечером, то 14 марта — средь бела дня. Всех своих жертв маньяк высматривал на детских площадках. Затем шел следом в многоэтажку, где и… Да, на дверях подъездов — кодовые замки, но попасть внутрь можно без проблем. В любую дверь позвони — откроют.

Поэтому мы и призываем всех быть максимально бдительными: внимательно смотреть по сторонам, прислушиваться и, конечно, оберегать детей…

P.S. Когда публикация уже готовилась в печать, Антон ЦАРФИН сообщил, что в пятницу поздно вечером в Иманте в трамвае № 4 увидели человека, похожего на маньяка. «Мы за ним установили слежку, потом ее продолжали уже полицейские. Что было дальше — не знаем», — сказал Антон. «ВЕСТИ» созвонились с пресс–секретарем Госполиции Томсом САДОВСКИСОМ, который подтвердил: «Человека, похожего на педофила, видели в пятницу в Иманте, но… Это был не маньяк, а просто похожий на него человек…»

Внимание!

Начальник Рижской криминальной полиции Андрей СОЗИНОВ ранее сообщал СМИ следующее…

Жертвами маньяка в Иманте стали четыре девочки в возрасте до 10 лет. В распоряжение полиции попал образец ДНК преступника, однако кому он принадлежит — не известно, поскольку маньяка нет в базе данных (ранее не попадался, не осуждался). Всего эксперты проверили 80 образцов ДНК. Полицейские проверили и 119 мужчин, приметы которых были схожи с фотороботом и психологическим портретом насильника.

Приметы преступника: рост — 165–170 сантиметров, 15–20 лет (но может быть и старше), темные, короткие, немного кудрявые волосы, густые брови, узкий лоб, лицо в прыщах и со шрамами, скошенный нос, на руках родинки. На руке у мужчины могут болтаться шнурок и цепочка с крестиком. На преступнике могут быть темная куртка с зелеными вставками на груди, белая футболка с синими полосками, коричневые брюки, черная спортивная обувь.

Возможно, в Иманте проживают родственники маньяка — близ улиц Даммес и Зентенес, где, собственно, и были совершены нападения на детей. Мужчина говорит на русском языке, но в полиции подчеркивают: он может быть и латышом…

3 апреля 2014. №14

По следу маньяка