Не знаю и знать не хочу: Аболтиня о сенсационных заявлениях Лембергса по «крыше» контрабанды

С 8 июня, когда Айварс Лембергс на своей пресс-конференции четко указал на связь представителей KNAB, Бюро по защите Сатверсме и Службы госдоходов Юриса Юраша, Айгарса Спаранса, Эдиса Цейпе и Яниса Боровика с «крышеванием» контрабанды, прошли почти две недели. Названные Лембергсом лица также, как и правоохранительные органы пытались на эти заявления не реагировать. Портал Pietiek.com решил по порядку публиковать объяснения членов комиссии Сейма национальной безопасности — почему они о таких, казалось бы сенсационных новостях ничего не знают и знать не хотят. Первая — председатель комиссии Солвита Аболтиня.

— В контексте высказываний г-на Лембергса в последние дни о возможной связи должностных лиц спецслужб с контрабандой. Вы читали это или смотрели?

— Нет.

— Я мог бы дать почитать или показать запись пресс-конференции.

— Нет, меня не интересуют заявления Лембергса.

— Но это связано с высоким должностным лицом.…

— Г-н Лембергс реализует свою политику, и он, как правило, преследует конкретную цель, знает, чего он хочет добиться. Он очень часто использует ложь и различные провокационные методы, и тому подобное. Я не трачу свое время на то, чтобы читать его.

— Вы полагаете, что г-н Лембергс лгал, говоря это?

— Нет, с таким утверждением я не могу согласиться, так как, во-первых, я это не читала, и не имею права комментировать то, что я не читала, но в любом случае я вижу очень многое из того, что происходит … и это просто разнообразные провокации.

— И все же вы являетесь депутатом Комиссии по национальной безопасности, председателем Комиссии.

— Я изучила ту объективную информацию, которая есть в моем распоряжении, и это является основой принятия мною решений, что я также могу комментировать.

— Но если г-н Лембергс клеветал, давал ложную информацию?..

— Тогда есть, то, я думаю, у каждого человека есть право дать этому оценку. Мы живем в свободной, демократической стране, где есть 100-й пункт Конституции о праве на свободу выражения мнения. Если эта история затронула какое-либо должностное лицо или конкретные интересы, то ответственным лицам целесообразно было бы провести расследование. Там непременно были названы конкретные люди. Если по их оценке мы живем в правовом государстве, у них есть возможность обратиться в суд.

— А у вас, как главы Комиссии по национальной безопасности там ничего делать?

— Нет. Мне, как главе Комиссии по национальной безопасности, не следует оценивать заявления Лембергса.

— Но, может быть, в них есть доля истины?..

— У меня достаточно объективной информации, чтобы я могла оценить происходящее в стране.