За призыв присоединения Латвии к России — полгода тюрьмы

Суд Курземского района Риги приговорил Максима Коптелова к шести месяцам тюрьмы за призыв подписываться за присоединение Латвии к России. Об этом агентству ЛЕТА сообщила его адвокат Илона Булгакова.

Полный приговор суда будет доступен 11 марта, и тогда его можно будет обжаловать в Рижском окружном суде. Булгакова заявила, что приговор обязательно будет обжалован, потому что это «позор для Латвии».

«Такое наказание является чрезвычайно суровым. Посмотрим, каковы будут мотивы суда. Это очень плохой прецедент в сфере свободы слова», — заявила Булгакова, отметив, что на процессе не были представлены доказательства того, что подсудимый действительно недвусмысленно призывал к ликвидации независимости государства.

Булгакова не исключает, что суд, вынося такой приговор, руководствовался настроениями в обществе.

Петицию о присоединении Латвии к России Коптелов опубликовал на сайте «www.avaaz.org» весной 2014 года, а задержан он был в феврале 2015 года. Прокуратура Рижского судебного округа предъявила ему обвинение по статье Уголовного закона о публичном призыве к ликвидации государственной независимости Латвии с включением ее в состав другого государственного образования. За такое преступление полагается лишение свободы на срок до 3 лет, принудительные работы или штраф.

Расследовавшая дело Полиция безопасности (ПБ) заявила, что мужчина не относится к числу известных сторонников российской политики соотечественников в Латвии. ПБ пришла к выводу, что автор призыва полностью осознает последствия своих действий, а текст петиции квалифицируется как публичный призыв к ликвидации независимости государства.

«Честно говоря, не ожидал. Затея, конечно, дурацкая, но давать реальный срок? — так прокомментировал пригоовр на своей стнанице в Фейсбуке юрист фракции «Зеленые/Европейский свободный альянс» в Европарламенте Алексей Димитров. — Думаю, при обжаловании неплохие шансы добиться оправдания».

Алексей Димитров.

Димитров привел следующие аргументы:

1) Не доказана субъективная сторона — нет умысла. Подсудимый сам писал, что это шутка. Соответственно, не было умысла призывать к ликвидации независимости.

2) Есть риск нарушения статьи 7 Европейской конвенции по правам человека и принципа законности. Подсудимый не мог предвидеть, что его действия наказуемы — до принятия преамбулы даже Конституционный суд полагал, что референдум о независимости возможен. Может ли даже принятие преамбулы это изменить — большой вопрос.

3) Чтобы не было нарушения Конституции и Конвенции, статью 82 УЗ надо интерпретировать ограничительно в свете права на свободу слова (соответственно, статьи 100 и 10). Например, призывать к уголовной ответственности только в тех случаях, когда призыв сделан Latvijas Republikas Satversmē neparedzētā veidā (как в статье 83 УЗ) — например, связан с насилием или не связан с референдумом. Буквальная интерпретация может привести к тому, что призыв к созданию из ЕС федерального государства, где Латвия будет одним из регионов, будет уголовно наказуем.

4) Если суд и это не проймет, то ходатайствовать об обращении в Конституционный суд на предмет оценки соответствия статьи 82 УЗ праву на свободу слова. Уголовная ответственность за призыв к ликвидации независимости должна быть соразмерна со свободой слова. Обычно Европейский суд по правам человека при оценки этой соразмерности дает довольно большую свободу действий тем, кто высказывает свое, пусть даже непопулярное и шокирующее большинство мнение в политических дебатах, проверяя при этом, не было ли призывов к нарушению демократических процедур и насилию.

Традиционно много таких дел из Турции — например, в одном деле, когда газета подверглась гонениям в связи со своей поддержкой независимости Курдистана, суд счел, что в отсутствие поддержки насилия со стороны газеты такие гонения являеются нарушением свободы слова (Özgür Gündem v. Turkey, no. 23144/93, ECHR 2000-III ). К схожим выводам суд пришел в отношении НГО, которая выступала за присоединение части территории Болгарии к Македонии — суд отметил, что сущностью демократии является решение проблем посредством открытых дебатов, даже если какие-то требования властям кажутся полностью нелегитимными (Stankov and the United Macedonian Organisation Ilinden v. Bulgaria, nos. 29221/95 and 29225/95, ECHR 2001-IX). Нарушением свободы слова было признано и выдворение немецкого депутата Европарламента из Французской Полинезии в связи с высказываниями, поддерживающими независимость этой территории от Франции (Piermont v. France, 27 April 1995, Series A no. 314).

«Ради интереса посмотрел Уголовный кодекс ГДР — насколько понимаю, там призыв к воссоединению Германию напрямую не был уголовно наказуем, только действия. В Эстонии и Литве тоже, похоже, должна быть связь с насилием», — заключил Димитров.