«Быть русским в Латвии сейчас нелегко»: Пабрикс советует менять ситуацию

Экс-министр обороны Латвии согласен, что ситуация для местного русскоязычного населения сейчас сложилась непростая. И дал совет, как из этой ситуации выходить.

-Я даже хотел бы сказать, что я могу понять, что сейчас быть русским в Латвии нелегко. Я могу сказать даже больше — быть русским вообще в мире — в западном или другом — сейчас нелегко. Потому что мы видим, что большая часть русских в целом, начнем с России, поддерживает эту политику. 

И я думаю, что да, если у нас есть большой миноритет русских в Латвии, мы должны как государство с ними работать и, скажем так, может быть, протянуть руку. Но я также должен сказать русскому обществу Латвии: «Знаете, ребята, в первую очередь это тоже ваш личный вопрос — показать, кто вы и как  себя ведете.

Я историк, посмотрим на послевоенную историю Германии в Европе, в центре Европы, со всей денацификацией и так далее, я не думаю, что немцам было бы очень легко в 1946, 1947, 1948 году, после войны, поехать как туристу на экскурсию в Париж или в Копенгаген и сказать: «Знаете, но я ведь не участвовал нигде. Я хороший, простой немец».

Я думаю, можно понять, что, даже если он не участвовал, даже если он не был за Гитлера, или в нынешней ситуации — он не за Путина, простому французу или датчанину, знаете, не хотелось слышать немецкий язык, слушать немецкую музыку. Ну, дайте пластинку, скажем, немецкого фольклора человеку, который пережил Холокост, после войны».

На замечание, что не надо местных русскоязычных отождествлять с россиянами и возлагать вину за развязанную Путным войну на жителей Латвии, Пабрикс парировал, что и в Латвии есть треть русскоговорящих, которые не спешат откреститься от действий российского президента.

«Я просто хочу объяснить, как чувствует себя не только простой русский в Латвии, но и как может себя чувствовать простой латыш, смотря на русских. Как я говорил, будет большое похмелье для большинства русских в Латвии. И я думаю, что это будет трудно. Я думаю, что государство и латыши должны, скажем так, подходить чувствительно к этому, но, принимая во внимание, что Россия — страна-агрессор, что настолько много русских поддерживает Путина в России, что мы не можем каждого на улице спросить: «А ты за кого? Ты за Путина или за Латвию?»… Я думаю, что они как-то должны себя вести так, чтобы не дать возможность кому-то подумать, что они могут еще в такой ситуации отстоять агрессора.
Я думаю, что большинство таких изменений должны приходить от самих русских».

На вопрос, каким образом русские Латвии должны подавать подобные сигналы, политик ответил, что хорош любой способ. 

«Когда в начале войны начались митинги у памятника Свободы в Риге («Русский голос против войны». — Прим. ред.), я там подходил, посмотрел, но там не было 1000 человек. (…) Я думаю, что вы должны делать любую активность, чтобы как-то латышей переубедить, что мы не за Путина».

По мнению Пабрикса, символика очень важна, крайне важно использовать флажки Украины и заявлять: «Я русский, и я за Украину».

Политик даже развил мысль, что если русские Латвии помогают украинцам, они должно громко это обозначать. Например, отсылая машину, писать на ней «Украине от русских Латвии».

На комментарий, что жители Латвии считают себя частью своей страны и просто пишут «Украине от Латвии», без деталей, от носителей какого языка эта помощь, Пабрикс вновь отметил: «Это все-таки важно, чтобы это знали. Потому что, конечно, в Латвии есть сейчас недоверие к русским. Ну, такое есть, это мы можем объяснить объективно. Но как вы представите француза или норвежца, чтобы он после Второй мировой войны верил всем немцам? Может быть, он здесь был в оккупационных войсках, может, что-то плохое делал, это можно понять, это может быть субъективно, но можно понять такое отношение».