Бен Латковский: Как получается, что денег для простых людей всегда нет, а на «проекты» есть?

Журналист делится своими размышлениями:

Эта дилемма распределения денег — людям или на «проекты» — поднимает чрезвычайно серьезный вопрос: как получается, что бюджет не может найти мизерные (по меркам государства) 2,7 миллиона евро для покрытия расходов на лечение 95 пациентов, которые вынуждены полагаться на общественные пожертвования, в то время как средства доступны на всевозможные исследования «благосостояния курьеров» и другие чисто формальные проекты, не говоря уже о таких крупных делах, как «Rail Baltica» и им подобным.

Чтобы понять, «как это происходит», нужно отойти от этого конкретного случая и посмотреть на весь механизм нашего государственного управления в целом. Начнем издалека. Из исследования механизма формирования государственного бюджета.

Каждый год по мере приближения дебатов по бюджету политические обозреватели отмечают, что для коалиции наступят трудные времена. Возможно, вплоть до падения правительства. Однако фактически правительства в Латвии почти никогда не падали из-за бюджета.

Итак, исторически бюджет не является особо угрожающим фактором стабильности правительств, хотя на первый момент может показаться с точностью до наоборот. в чем же безвредность этого, казалось бы, опасного этапа для стабильности власти? Это потому, что наши партии не ставят в приоритет политико-идеологические цели. В демократическом опыте Латвии, по крайней мере, после выборов в VI Сейм в 1995 году, идея о том, что «политика – это искусство компромиссов», выкристаллизовалась как неоспоримая аксиома.

Поскольку ни одна партия не может получить большинство в 50% + один голос, необходимо формировать коалиционные правительства, уважающие интересы всех политических сил. На практике это означает, что каждая партия всегда может сказать: нам бы хотелось того или иного, но мы должны учитывать и партнеров по коалиции.

В результате эти политико-идеологические цели предстают перед партиями как предвыборный карнавальный костюм, призванный дифференцировать себя от других и привлечь электорат. Это как цветы привлекают пчел. После выборов карнавальный костюм убирается и начинается «практическая» политика. Здесь мы также подходим к истинным целям партий.

Сразу после выборов начинается песня «о делах», которую уже высмеяли до банальности. Каждый, кто хоть немного знаком с политическими процессами, прекрасно знает, что на самом деле разворачивается ожесточенная борьба за распределение должностей и размещение многочисленных политических приживал на более или менее теплых местах. Затем, когда ядро ​​партии и круг лиц, вращающихся в ее непосредственной орбите, «благоустроен», начинается следующий акт «практической» политики: распределение денег вниз. Так сказать, друзьям друзей и их сторонникам.

Всякий раз, когда политические партии борются за финансирование тех или иных проектов или программ, на первый план выходит политико-идеологическая составляющая их программ. Мы за равенство, за зеленый курс, за защиту местного бизнеса, за все хорошее, против всего плохого и тому подобное, но в девяти случаях из десяти главным является конкретный объем финансирования, который будет освоен. Эта политическая деятельность лишь выглядит как некая борьба за общее благо. На самом деле за каждым решением о выделении финансирования стоят конкретные люди.

Это касается как уже упомянутых «исследований», так и популяризации ржаного хлеба для детей или размещения объектов дизайна в городах. Перефразируя знаменитое стихотворение Маяковского: если на рекламном щите появляется идеологически заряженный агитационный плакат, призывающий людей к определенным действиям, значит, он кому-то нужен. Например, чтобы поехать на средиземноморский курорт и погасить кредит на новую машину.

Какое все это имеет отношение к компенсации лечения? Самые прямое. Ответ на вопрос, вынесенный в заголовок: почему денег всегда не хватает простым людям, но есть на «проекты», становится совсем простым, если дополнить этот вопрос словами «нужным людям» после слова «проекты». Поэтому исходный вопрос выглядит так: почему простым людям всегда не хватает денег, но всегда есть для нужных людей?

Если вопрос задать так, то все становится ясно. Все становится на свои места. В данном случае 2,7 миллиона, что в контексте бюджета очень микроскопическая цифра, для некоторых людей – это гигантская сумма. Причем не только для тех, кому эти деньги нужны на медицину, но и для тех, кому они нужны, «чтобы поехать на средиземноморский курорт и погасить кредит на новую машину». То есть для нужных людей.

В одном случае деньги достаются случайным людям, как говорится, «рандомным», а в другом случае — «своим». Чтобы дать 2,7 миллиона «простым» людям, их надо фактически вырвать из зубов «нужных людей», которые их уже посчитали в свои доходы.

Здесь необходимо обязательно уточнить, что речь идет о принципах принятия решений. Я не говорю, что кто-то конкретно сказал: мы будем отдавать эти деньги каким-то неизвестным больным людям, давайте лучше поделим их между своими. Конечно, это не так. Все эти решения логически и убедительно обоснованы в соответствии с принципами хорошего управления, но как-то случайно оказывается, что именно по упомянутым мной принципам распределения — на благо себе и своим.

Можно ли как-то сломать этот механизм и заставить политиков повернуться лицом к народу? Это возможно только тогда, когда огромная машина политического распределения денег накедет на совершенно неожиданную кочку. В данном случае роль «кочки» сыграла продюсер Эвия Унама с Латвийского радио, которой не дали денег на лекарства, в обществе поднялась буря негодования и выяснилось, что это не единичный случай, а комплексная система.

Другой механизм – помнить об этих случаях во время выборов и не поддаваться на карнавальные костюмы, которые политические партии носили в предвыборный период.