В 1967 г. он, будучи главой партии (единственной в стране), возглавил еще и Госсовет. В 1974 г. с введением поста президента, занял этот пост. Лично контролировал тайную полицию «Секуритате» и вообще все, что связано со спецслужбами.
В начале своей карьеры на посту главы страны Чаушеску проводил относительно либеральную политику, дружил с Западом, дистанцировался от СССР, отказался принимать участие в оккупации Чехословакии в 1968 г. Много и со вкусом занимал денег в годы бурного экономического роста. Отдавать же долги пришлось в период затяжного экономического кризиса, что привело к обнищанию населения. Да, если сравнивать с тем, как жили румыны при короле, они нехило так встали с колен: доходы населения выросли к 1975 г. по сравнению с 1938 г. примерно в 15 раз. За те же годы промпроизводство увеличилось в 100 раз, выпуск сельхозпродукции – второе. Но…
Но человек так устроен, что он живет здесь и сейчас. Ему плевать, что его прабабушки умирали от голода. Его возмущает, что по карточкам он получает только пять (5) яиц в месяц. Тот, кто приобрел личный автомобиль, негодует, что имеет право приобрести лишь 30 литров бензина в месяц. Аргумент «У твоих родителей не было даже лошади» нисколько не примиряет его с действительностью.
Массовое недовольство в Румынии вызвал запрет иметь дома стиральные машины, холодильники и пылесосы. Зачем? Всего лишь затем, что правитель понахватал за границей кредитов, а теперь их надо отдавать, поэтому вся нефть идет на экспорт, для внутреннего потребления, в том числе для электрогенерации углеводородного топлива не хватает. Поэтому лампочек мощнее 15 ватт в продаже просто не было, да и ту разрешалось использовать лишь не более одной на комнату. Нарушителей штрафовали.
Решить проблему острого дефицита электроэнергии (а эта проблема в условиях бурного роста промышленности возникает неизбежно) можно было путем строительства атомных электростанций, но это означает еще больше влезть в кредитное рабство. Было решено на текущем этапе форсировать добычу угля. Но что-то пошло не так…
Это «что-то» – пенсионная реформа 1977 г., согласно которой шахтерам возраст выхода на пенсию поднимался на два года с 50 до 52 лет. Пенсии по инвалидности вообще отменялись. Ко всему прочему увеличивался рабочий день, поднимались нормы выработки, отменялась оплата сверхурочных работ, вводились штрафы за невыполнение плана, предприятиям разрешалось привлекать персонал к работе в воскресенье. И все это на фоне ухудшения снабжения населения товарами первой необходимости, дефицита еды, разрушительного землетрясения, с последствиями которого власть не могла эффективно справиться.
В общем, шахтеры здраво рассудили, что на социализм это нифига не похоже, а попахивает самой кровожадной капиталистической эксплуатацией,
которую многие еще прекрасно помнили, и возвращения дикого капитализма образца 30-х годов категорически не желали. Десятки тысяч горняков в ключевом угледобывающем регионе Хунедоара в городах Лупени (кстати, в 1929 г. именно здесь произошла грандиозная стачка), Петрошани в долине реки Жиу забастовали 1 августа 1977 г и выдвинули свои требования: 6-часовой рабочий день, 5-дневная рабочая неделя, строительство жилья для рабочих, улучшение снабжения, всего 23 пункта. Шахтеров поддержали рабочие во многих румынских городах, так же прекратив работу.
Энергетика – ключевая отрасль для современного хозяйства. Прекращение угледобычи означал для Румынии коллапс всей национальной экономики: в домах не будет света, воды и тепла, встанут все промышленные предприятия и транспорт, прекратится подвоз продовольствия в города, не смогут функционировать больницы, школы, органы власти. Глупо рассчитывать, что правящий режим, ввергнувший страну в этот хаос, сможет кризис преодолеть и остаться у власти. Положение с первых дней забастовки стало настолько критическим, что Чаушеску вынужден был прервать свой отпуск на черноморском курорте и выехать в Лупени, где он лично просил бушующую 40-тысячную толпу «отнестись с пониманием».
Поясню кое что, дабы стало понятно, что это для него значило. Чаушеску являлся параноиком, помешанным на собственной безопасности. Он был везде и всюду окружен многочисленными телохранителями, даже после рукопожатия с лидерами других стран он всегда протирал руки спиртом, опасаясь, что его отравят контактным ядом или заразят опасными микробами. Предстать перед агрессивной шахтерской толпой для него – все равно что выйти в открытый космос без скафандра. Это говорит о том, насколько критической ситуация являлась для диктатора и его режима.
Чаушеску удалось уговорить шахтеров вернуться к работе. Он обещал им все – отмену нового пенсионного закона, 6-часовой рабочий день, новые дома (напомню, что дело происходило после самого разрушительного в истории Румынии землетрясения, обострившего жилищную проблему), снабжение шахтерских городов по первому разряду, наказание подвергшихся «буржуазному перерождению» представителей партноменклатуры. Он обещал все. На кону стояла его жизнь. Близкие к властителю люди вспоминали, что в 1977 г. у диктатора произошел психический и физический надлом. С митинга его уносили охранника, он не мог идти на своих ногах.
Первоначально власти, конечно, сделали все, чтобы задобрить шахтеров, но, когда ситуация нормализовалась, снова приступили к закручиванию гаек. Пенсионную реформу не отменили, а лишь отложили ее вступление в действие и подсластили льготами. На открытые репрессии против забастовщиков власть тогда не решилась, да и не было у нее уверенности в том, что армия и полиция будут стрелять в народ.
Но зато потом рабочие лидеры стали «пропадать без вести» – спецслужбы расправлялись с ними втихую и постепенно. Обещанного улучшения уровня жизни, разумеется, тоже не случилось. В целом обстановка после шахтерских забастовок оставалась стабильно негативной, волнения и протесты на экономической и социальной почве, хоть и не такие масштабные, случались все чаще.
Историю Николаэ Чаушеску на посту нацлидера можно поделить на две равные части – первые 12 лет его правления оцениваются со знаком «+» – режим стал более либеральным как внутренне, так и внешне, Румыния очень тесно дружила с Западом, имела прекрасные отношения с США и европейскими членами НАТО, внутри страны продавался импортный ширпотреб, иностранная пресса, выезд из страны был простым, эмиграции власть почти не препятствовала. Самое главное, бурно росла экономика, во многом благодаря зарубежным инвестициям, в стране строились автозаводы, шикраные курорты, рассчитанные на иностранных туристов.
В 1977 г. происходит перелом, и последующие 12 лет не смотря на все усилия режима, авторитет диктатора (не путать с рейтингом!) падает, недовольство в обществе нарастает, экономическая ситуация ухудшается.
Вторая половина царствования Чаушеску проходит под эгидой тотального закручивания гаек, катастрофического ухудшения отношений с Западом, перманентного экономического крищиса и обнищания населения. Пошатнувшийся авторитет диктаторского режима власть пыталась компенсировать путем пропагандистской накачки культа диктатора. Культ личности Чаушеску в 70-е годы выходит за рамки приличий даже по понятиям брежневского застоя. Кумирами Чаушеску становятся красный император Китая Мао Цзедун и северокорейский вождь Ким Ир Сен.
«Гений Карпат» во время визита в КНДР был так впечатлен всеобщим обожанием, граничащим с обожествлением корейского диктатора, что взял на вооружение именно корейскую модель пропаганды. Поэтому культ личности Чаушеску стал самым отвратительным и масштабным для всех европейских стран соцлагеря. Процветал в Румынии и непотизм, то есть система власти, при которой родственники правителя играют ключевую роль в системе управления. Жена Елена впоследствии встала к стенке с мужем вовсе не за компанию, влекомая романтическим желанием умереть с любимым в один день, она являлась не просто одним из высших руководителей партии и правительства, а буквально вторым человеком в государстве. Справедливо, что ответственность она понесла за свои дела в полной мере без скидок на возраст и пол.
Все годы правления Чаушеску в Румынии не происходило политических протестов, недовольные выдвигали исключительно экономические или социальные требования. И вдруг в декабре 1989 г. из дома в провинциальном городке Тимишоара был выселен венгерский пастор Ласло Тёкеша. Гонениям этот диссидент подвергся за то, что передавал информацию о положении дел с правами человека в Румынии за рубеж. Возмущенные прихожане вышли на улицу и впервые в ходе волнений зазвучали антикоммунистические лозунги.
Напуганный Чаушеску приказал наказать венгров силами армии, что и было 17 декабря сделано с образцовой жестокостью. Стоит отметить, что между «титульной» нацией и венгерским меньшинством в Румынии сохранялась некоторая исторически обусловленная напряженность. Тем более неожиданно стало то, что расправа над жителями Тимишоара вызвала возмущение по всей стране. 21 декабря диктатор приказал согнать жителей столицы на «путинг», намереваясь выступить перед громадной толпой, которая должна привычно ликовать, видя любимого вождя.
«Путинг» транслировался в прямом эфире государственного телевидения. Никто не мог ожидать того, что произошло в момент, когда на трибуну вскарабкался правитель, которому шел уже восьмой десяток. Толпа взвыла, но не от восторга, она разразилась проклятиями в адрес еще вчера обожаемого тирана. Чаушеску не смог говорить из-за рева толпы. Трансляция была прервана…
На следующий день супруги Чаушеску бежали из охваченного хаосом Бухареста на вертолете. Однако с аэродромов были подняты на перехват истребители. Каждый летчик жаждал убить своего верховного главнокомандующего. Пилот вынужден был посадить вертолет возле городка Тырговиште, где беглецы захватили автомобиль и, взяв в заложники водителя, потребовали везти их к границе.
Однако местные жители заблокировали дороги и задержали диктаторскую чету. Вскоре их арестовали военные. Через два дня там же, в Тырговиште, состоялся суд, длившийся всего час, после которого еще на прошлой неделе всемогущие властители были расстреляны солдатами ближайшей воинской части. Причем желание участвовать в казни выразили более 100 добровольцев, из которых была сформирована расстрельная команда в пять человек. От начала всеобщего политического кризиса, вспыхнувшего из-за ничтожного пустяка, до смерти Чаушеску прошла одна неделя.
Столь молниеносно рухнул режим, казавшийся самым стабильным из всех европейских коммунистических деспотий. Действительно, он был стабилен, поскольку в отличие от других стран соцлагеря в Румынии не было ни «оттепели», ни «перестройки». Но именно нежелание власти вести диалог с обществом и предрешило столь кровавую развязку. Румыния стала единственной страной советского блока, где власть коммунистов была свергнута в результате вооруженного восстания.
Подпишитесь на главное за день
Telegram-канал PRESS.LV — срочные новости и эксклюзивы.
4 мнения читателей
Для участия в обсуждении нужен аккаунт PRESS.LV.