Закройщик «Ригас модес»: наперсток — это для души

И началась учеба, а потом наступил первый рабочий день. Произошло это «историческое» событие 11 февраля 1977 года. С тех пор жизнь Валерия Соколова оказалась связана с иголкой и ниткой — главными орудиями труда швейных дел мастера (сельхозакадемия была напрочь забыта).

Много лет Валерий работал в «Балтияс модес», потом — в «Ригас модес», тоже знаменитом ателье, где освоил профессию закройщика. Когда эти гиганты латвийской моды рухнули, Валерий открыл собственную небольшую мастерскую в одном из рижских микрорайонов, где работает по сей день и зачастую творит чудеса с безнадежно, казалось бы, испорченной одеждой.

— Каждый день ждешь какой–то фантастики, — признается он. — Двух одинаковых проблем не бывает, даже рваные дыры — все разные…

В общем, Соколов — мастер на все руки.

Но нас заинтересовало в этом человеке его хобби, можно сказать — профессиональное. Валерий собирает наперстки. Его коллекция, которую он накопил за 15 с лишним лет, находится прямо у его рабочего места: в картинной раме, на узких полочках стоят, как часовые, наперстки — всего более 100. Загляденье!

Напомним, что наперсток обычно надевается на средний палец правой руки, чтобы удобнее и безопаснее шить иглой. То есть это рабочий инструмент. Когда же он превратился в объект для любования и гордости коллекционера?

Смотри и вспоминай

Валерий рассказывает:
— Как–то из Голландии, где супруга побывала в командировке, она привезла мне в подарок наперсток.

Какое–то время он пребывал в гордом одиночестве. Потом потихонечку я стал к нему добавлять другие. Многие появились благодаря друзьям и клиентам: дарили. Все эти наперстки — декоративные, своеобразные украшения, хотя есть и вполне рабочие, как вот этот из Англии.

Большинство я сам покупал, путешествуя по миру. Приятно посмотреть на эти сувениры и вспомнить о былых странствиях. Или о людях, которые их подарили. Вот, к примеру, наперсток из Коста–Рики мне привез высоченный, более 2 метров ростом, клиент. Этот наперсток — экзот, как и недавнее пополнение коллекции, прибывшее из Кубы: почему–то его украшает нарисованный крокодил.

Очень люблю смотреть на наперсток из венецианского стекла, которое с незапамятных времен под большим секретом производится на острове Мурано. Он такой нарядный! Его изготовили прямо на моих глазах. Цветовую гамму я сам выбрал…

Нравится наперсток с утюжком наверху из испанской Гранады. Оказывается, Гранада — город мужских портных. Сам я, кстати, надел первый наперсток в 1977 году и какое–то время к нему привыкал. Теперь он на заслуженном отдыхе.

Замечу, что коллекционированием наперстков занимаются в основном портные. Связь с ними нелегко установить, да и профессия постепенно уходит. Я знаю одну стюардессу в Европе, у которой в коллекции более 3,5 тысячи наперстков! Мне до нее далеко, да моя коллекция и не содержит раритетов. Но я их всех люблю.

Вот этого «португальского товарища» мне привезла дочь. Она прошла по знаменитой в Португалии тропе путешественников 218 километров, чтобы добраться на конечном пункте до каменного столба, увенчанного бюстом бравого португальца — возможно, мореплавателя или пирата. И тут же в сувенирной лавочке купила мне наперсток с изображением храбреца.

Памятен мне наперсток с портретом Папы Римского Иоанна Павла II, который я лично купил в соборе Святого Петра в Риме. А этот экземпляр я приобрел в Псково–Печерской лавре…

Напоследок Валерий показал наперсток из новейшего материала — силикона. Удобный минимализм, но впечатления не произвел: нечего рассматривать. Зато большинство наперстков его коллекции — как своеобразный синтез географии, истории, искусств. Смотри себе, любуйся, вспоминай, фантазируй…

И рама для его собрания не простая, а дубовая, приобретенная в антиквариате. Это потом уже Валерий придумал приладить к ней узенькие полочки, на которых в ряд стоят его друзья и соратники — наперстки разных народов. Красивая картина получилась!

из истории

Защита чудных пальчиков
Как был придуман наперсток

В XVII веке в Амстердаме жил золотых дел мастер Николя Беншотэн. Он полюбил дочь скупого и угрюмого соседа Аниту ван Ранселье. Она целыми днями сидела с иглой. Руки девушки точно по волшебству создавали на шелке сказочные замки и невиданных заморских птиц. Игла была тонкой–тонкой и больно колола нежные девичьи пальчики.

Видел это и юноша. И не покидала его мысль облегчить Аните работу, уберечь ее пальцы от уколов. И вот однажды летом 1648 года в дом Аниты принесли маленький золотой колпачок. К нему было приложено послание, составленное по всем правилам того времени: «Уважаемой госпоже ван Ранселье приношу в дар безделушку моей выдумки и творения, дабы служила она защите ее чудных и работящих пальчиков. Николя Беншотэн».

В конце XVII века металлический колпачок появился и в России. Прижился он здесь быстро. А подходящее название ему подыскали среди снаряжения участников кулачного боя. Некогда, чтоб удар был весомее, борцы надевали на пальцы свинцовые кистеньки–перстянки. Палец–то по–русски назывался «перстом». Со временем кистеньки эти исчезли, а название закрепилось за мирным колпачком для защиты пальцев от укола иглы.

В Лондоне существует общество любителей и коллекционеров наперстков, а во Франции главный конкурс кутюрье называется «Золотой наперсток». В России аналогичный конкурс именуется «Серебряным наперстком»…

Людмила АНИСИМОВА