«Мы начали падать, я держался за крест»: впечатления пассажиров о посадке на кукурузном поле под Москвой

Георгий Мурзин, второй пилот: «После взлета попала птица в двигатель, левый двигатель сразу заглох. Потом и во второй двигатель тоже попала, обороты работали нестабильно, тяги не хватало, высота плавно падала. И приземлились в поле. Командир взял управление».

Артемий, пассажир: «Мой самолет упал. Стоим в поле, пострадавшие есть, у парня рука сломана, у кента палец, по ходу, ничего не сказали еще, двигатель несколько раз хлопал, они пытались его снова запустить, но мы начали падать, я держался за крест, я теперь точно верю в бога, — написал в Twitter пассажир Артемий. — Ребят, я благодарен пилотам не меньше, чем богу, и то, что мы аварийно сели, а не упали — это хорошо, но я не силен в терминологии, мне приятны слова людей, которые рады, что мы остались живы, спасибо».

Ольга, пассажирка: «Во время посадки было два резких удара — и тут же всех вывели. Кстати, о птицах. Я не знаю, почему говорят о том, что они в два двигателя попали. Шум был только с одной стороны, с правой, где буквы ДЕФ. Когда мы приземлились, от всего самолета были аплодисменты! Мы подходили к бортпроводникам и стюардессам и целовали их».

Анонимная пассажирка: «Мы не начали набирать нормальную высоту, которая должна быть. Начали постепенно падать, характерный звук периодически возникал: когда пытается завестись, но никак не заводится. Жесткая посадка, тишина… Нас не предупредили — в том плане, что готовьтесь. Много, может, фильмов посмотрели с этим. Там не было ничего такого, просто мы сами понимали, что все.

У меня маленький ребенок, три годика, я ее прижала к сиденью, чтобы ее не трясло, хотя она была пристегнута. Я не могу сказать, что падали резко, что носом прям. Нет, такого не было. Мы видели поле, я вижу, что мы приближаемся, уже начали группироваться, я начала детей прижимать. Но за несколько секунд мы понимали, что падаем. Он командир воздушного судна максимально хорошо сработал, посадил. Ему надо отдать должное. Он выходил — мы ему аплодировали, мы все побежали говорить ему спасибо. Я думаю, он сделал все, что мог».

Анонимный 12-летний пассажир: «Вообще не кричал, все было просто отлично. Я сначала слишком очень уж сильно испугался, когда началось первое падение. Самолет начал падать, а я стал кричать. Потом самолет резко затормозил, мы ударились об землю. Все начали выбегать по команде стюардессы.

Была ужасная паника, все кричали. После того как мы приземлились, все начали кричать, но умные люди, которые знали правила поведения, сказали, чтобы прекратили кричать. Мы решили дальше не лететь. С путешествиями покончено. Дальше только на машине — это безопаснее, чем на самолете или поезде».

Анонимный пассажир: «Где-то через три минуты после взлета мой ребенок сказал, что видит огонь. Были хлопки, огонь. Хлопок — огонь. Хлопок — огонь. После этого мы поняли, что самолет дальше не летит, он начинает падение, непонятное, не резкое снижение какое-то.

Пилоты очень круто отработали, плавно приземлили машину. В салоне было тихо, паники не было, все молчали. Была фраза после приземления: “Ребята, мы сели, все хорошо”. После этого стюард и стюардессы четко отработали. В течение минуты после приземления они открыли все боковые двери и начали всех эвакуировать».

 Светлана, пассажирка: «Я сидела в пятом ряду. Пассажиры быстро поняли, что будет экстренная посадка. Садился он плавно, насколько я могу судить, никто серьезных травм не получил. После посадки пассажиры помогали друг другу, а пилоту жали руки, говорили спасибо и аплодировали».

Самолет «Уральских авиалиний» с 226 пассажирами на борту вылетел из Москвы в Симферополь утром 15 августа и совершил аварийную посадку в кукурузном поле в районе аэропорта Жуковский через 15 минут после взлета. За медицинской помощью обратились 55 человек, из них 17 — дети.

Сообщалось о возгорании одного из двигателей, причиной называлось попадание в него птиц, во время посадки двигатель отвалился. Позже в авиакомпании заявили, что в лайнере произошел отказ силовых установок.

Возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 263 УК России («Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта»).