«Кобыла, жирная, глиста…»: девушки о том, как их стыдят за внешность

Четыре девушки-россиянки с разными фигурами делятся воспоминаниями о том, как знакомые и посторонние люди комментировали их внешность, и объясняют, как бодишейминг (осуждение любых проявлений реальной телесности — всего, что отличается от глянцевых стандартов) повлиял на их самооценку…

Старшая подружка главной героини

Мария, 23 года

— Когда мне было 12, мама сказала, что из-за моей фигуры мальчики будут воспринимать меня как «страшную подружку главной героини», на которой можно потренироваться в ухаживаниях. Еще помню, как в лагере мальчишки пели дразнилку про «105 килограмм целлюлита». Правда, тогда они пели ее всем девочкам, у которых уже появились хоть какие-то формы.

Сейчас я встречаю по отношению к себе или девушкам с похожими фигурами слово «пышка», «пышечка». Стройная девушка может быть милой, горячей, трогательной или, например, загадочной, а полная девушка — пышечка и все тут.

Мне всегда было очень комфортно в своем теле, я нравилась себе. Другое дело, что окружающие относились ко мне иначе, и это отношение влияло на мою жизнь. К примеру, мой отец слишком отождествляет меня с собой и думает, что если он недостаточно двигается, то и я тоже.

Он сильно полнее меня, и меня раздражает, что он раз за разом подчеркивает, что «мы одной комплекции». Да, моя фигура досталась мне по наследству от родственников с его стороны, но наш образ жизни отличается разительно.

Классу к седьмому я поняла, что чем меньше ты общаешься с людьми, которые говорят неприятные вещи, тем лучше ты себя чувствуешь. Когда стали появляться первые внешкольные друзья, я узнала, что за пределами детских коллективов твои рост и фигура не влияют на то, насколько тебе рады в компании.

Моим новым знакомым и первым любвям было важнее, какой я собеседник. Это сильно подняло мою самооценку, дало универсальный щит. Тогда началось принятие через протест: «Вам не нравится, как я выгляжу? Выкусите!»

Сейчас принять себя мне помогает любовное отношение к окружающим: если большинство людей вокруг кажутся красивыми, необычными, интересными, то рано или поздно понимаешь, что ты тоже часть этого бесконечного разнообразия. Есть ролевые модели, есть просто много сайтов и блогов с красивыми и очень довольными собой девушками самых разных размеров. Найти то, в чем именно тебе будет комфортно, очень важно для восприятия себя…

“Девочка, а сколько тебе лет?»

Саша, 34 года

— «Ребенок в таком возрасте не может столько весить, это дистрофия, уродство», — говорили про меня врачи. Они и сделали самый большой вклад в отторжение мной собственного тела. Они винили меня и мою маму. «Ты плохо ешь, вы ее плохо кормите!» Но что мы могли сделать? Я регулярно питалась, ходила на танцы и физкультуру. Когда наступил переходный возраст, вообще начала есть, как не в себя: растущий организм требовал.

От окружающих всегда были не в меру прямые вопросы: «Девочка, а сколько тебе лет? А почему ты такая маленькая?» Что ответить на второй вопрос? Я не знала, правда. Да и сейчас не знаю. Все, что можно было проверить в плане здоровья, я проверила. Анализы в норме. При этом набрать вес я физически не могу. Стоит один раз не поужинать, как вес резко падает. Сейчас я вешу в среднем 38-40 кг.

Фабричной одежды моего размера попросту не существует. Для людей плюс-сайз есть специальные магазины, группы в соцсетях, социальная реклама. Худышки же оказываются отвергнуты и традиционным обществом, и движением бодипозитива. На примере таких, как я, юным девочкам рассказывают об ужасах диет и анорексии.

Сталкиваясь с отвержением в обществе, я особенно ценю поддержку близких людей, которые не пытаются меня переделать, откормить, а принимают мое нестандартное тело таким, какое оно есть. И даже считают красивым. Эта поддержка дает мне силы. Хотя до принятия себя еще ой как далеко…

«Тогда я впервые ушла из дому»

Юля, 26 лет

— Когда мне было семь, я вместе с мамой пришла поступать в секцию по гимнастике. После занятия должны были назвать фамилии поступивших. И вот мою фамилию при всех называют, и я слышу: «Мы не берем тебя из-за веса, похудеешь — приходи». Было ужасно стыдно. А дома мама очень долго ругала меня за то, что зря потратилась на форму.

Когда мне было 15, мама, сама не маленькая женщина, постоянно подкалывала меня по поводу веса. Наверное, хотела подстегнуть к похудению. Но это ни с кем не работает. Как-то мы отдыхали вместе с ней и родственниками на пляже, и вдруг они вместе с тетей принялись обсуждать мою фигуру, какими порциями я ем, говорить, что мой купальник больше, чем их, — хотя это было не так. Что меня такую никто не возьмет замуж.

От обиды я убежала в дом, но за ужином все продолжилось. В конце концов мама открыла холодильник, схватила почти все его содержимое, вывалила мне под футболку и полила сверху подсолнечным маслом. Добавив в конце: «Не мало?» Тогда я впервые ушла из дома…

Карточный домик уверенности

Линда, 25 лет

— Подруга: «Ты никого не соблазнишь, если не будешь носить лифчик». Парень, который мне нравился: «У тебя фигура анорексички. Я видел их, когда лежал в больнице, для них была выделена отдельная палата. Ты выглядишь точь-в-точь как они». Он же: «Ты должна поправиться килограммов на десять, чтобы я тебя захотел». Друг: «Тебе бы немного округлиться». Однокурсница: «Ты же понимаешь, что у тебя нездоровый вес?»

Мой вес всегда был ниже возрастной нормы. Иногда мое угловатое, нескладное, неловкое тело казалось мне нелепой ошибкой. Знакомые, однокурсники и даже посторонние в метро считали своим долгом сообщить мне, что я худая — ведь очевидно же, что этого факта я о себе не знаю, — и поэтому мне будет сложно найти себе парня. Ведь парни «не бросаются на кости». Непрекращающаяся критика растоптала мою самооценку в пыль.

Когда мне исполнилось 22, я начала прием оральных контрацептивов. Под их влиянием моя фигура изменилась, я заметно округлилась, сохранив при этом талию. Таким образом мне удалось побывать по обе стороны социальной оценки.

Я была объектом как несправедливого и жестокого, так и предвзятого и плотоядного отношения. В двадцать пять я чувствую себя куда более гармонично, чем в восемнадцать, но самооценка вряд ли станет здоровой. Я могу выслушать море искренних комплиментов, но чье-то одно дурацкое некорректное замечание — и карточный домик уверенности уже лежит на полу.

Я не знаю рецепта, который помог бы полюбить себя за одну ночь. Этот путь длиннее, чем кругосветное путешествие, и сложнее, чем ядерное разоружение. Самые деструктивные оскорбления я слышала от женщин. Любите своих подруг и относитесь к ним бережно. Поддерживайте друг друга. Самые трогательные комплименты в моей жизни — тоже от женщин…