Электоральный авторитаризм в России кончился: остался просто авторитаризм

Режимов, которые подпадают под это определение – электоральный авторитаризм, — в странах третьего мира в последнее время развелось огромное количество. Они существуют повсюду, от Зимбабве до Казахстана. Их отличие от классической диктатуры заключается в том, что глава их действительно проводит выборы: косые, хромые, ущербные, но выборы.

И всегда может сослаться на тот факт, что он действительно побеждает на этих выборах: с помощью госпропаганды, льющейся из каждого утюга, субсидий, тотальных политических репрессий, отбивающих у бизнеса крамольные мысли по поддержке оппозиции, – но побеждает.

Кремль на этих выборах — маленьких выборах в Мосгордуму — проиграл.
То есть, конечно, формально все хорошо, и «Вести» могут с торжеством докладывать начальству, что после чисток, люстраций, вранья, подтасовок и арестов у «Единой России» в Мосгордуме будет большинство.

Но по сути Кремль не просто проиграл – он проиграл с треском.

Власти сделали все, чтобы одержать победу. Они сняли с выборов всех, кто мог представлять опасность. Всех, кто реально выигрывал по закрытым соцопросам: Любовь Соболь, Илью Яшина, Дмитрия Гудкова, Янкаускаса, Жданова и т.д. Они плюнули в лицо всем тем, кто оставлял за них подписи, и сказали: наши эксперты говорят, что подписи вы не оставляли. Они наводнили Москву железнобокими дровосеками без совести и без души — рыцарями, которые защищают дракона от девушек, и завели против тех, кто вышел на улицы и не разбил ни одной витрины, не сделал ни одного выстрела, не бросил ни одного коктейля Молотова, ни одного камня, — фальшивое дело о массовых беспорядках.

В ответ они получили протестное голосование.

Валерия Касамара, которая стала одним из лиц этой власти, пролетела со свистом. На самом деле она проиграла Илье Яшину, которого все это время пять раз по десять суток держали в тюрьме с помощью нового изобретения — револьверного ареста. Когда Яшина сняли, Яшин призвал голосовать за тумбочку, подставленную властями, – за коммуниста Владислава Колмагорова. Колмагоров немедленно снялся, чтобы обеспечить победу Касамаре. Тогда Яшин призвал голосовать за чеченца Магомеда Яндиева. Победил Яндиев. В Москве. Поняли?

Коммунист Савостьянов выиграл на выборах у главного московского едроса Метельского, того самого, который сын 75-летней миллионерши, владелицы гостиниц, автоцентров, ресторанов и строительных компаний. В 43-м округе, с которого сняли Любовь Соболь, выиграл Сергей Митрохин.

Единственный, но очень сильный прокол Навального, на мой взгляд, случился в 30-м округе, в Чертаново, где баллотировался 24-летний Роман Юнеман — молодой честолюбивый кандидат, который выскочил ниоткуда, как чертик из табакерки, и ходил на все митинги оппозиции.

«Умное голосование» призвало голосовать не за Юнемана, а за коммуниста, и в результате Юнеман проиграл (на настоящий момент) провластному кандидату всего 84 голоса.
(Они шли настолько вровень, что одно время были сообщения, что Юнеман выиграл, и ситуация еще может измениться.) С поддержкой Навального он бы несомненно выиграл. Это ошибка Навального, и серьезная. Ему следовало акцептовать Юнемана как часть команды, и тогда «Умное голосование» призывало бы голосовать за него, а не за того, кто в прошлый раз показал лучший после едроса результат, то есть за коммуниста.

Разумеется, никто не строит иллюзий относительно качества большей части «оппозиционных» кандидатов, прошедших в Мосгордуму. Это тумбочки, услужливо подставленные властями в список из расчета, что при выборе между кандидатом от власти и тумбочкой выберут кандидата от власти. А выбрали — тумбочку.

Это ведь было не голосование, а референдум, и референдум этот проходил по двум вопросам:

Доверяете ли вы партии жуликов и воров?

И поддерживаете ли вы политические репрессии и дутое дело о массовых беспорядках?

На оба эти вопроса, несмотря на усилия властей деморализовать избирателя, был дан однозначный ответ. Нет, не доверяем. Нет, не поддерживаем.

С той самой минуты, когда оппозиционеры сдали в Мосгоризбирком чистые подписи и стало ясно, что они выиграют, у властей было два варианта поведения. Первый — минимизировать эту, в общем-то, незначительную победу.

Все равно у настоящей оппозиции в Мосгордуме было бы меньшинство. Ну и что? Вон в Питере в ЗАКСе есть оппозиция. И что она там может, эта оппозиция?
И второй — дать оппозиции по зубам и завести липовое уголовное дело, которое называется делом о «массовых беспорядках», а на самом деле является делом о неслыханном преступлении – о преступлении избирателей, захотевших участвовать в выборах. Второй выход был особо мил силовикам в окружении Путина, которые давно горят желанием разоблачать заговоры и подавлять беспорядки с целью повысить свой собственный статус. А если беспорядков нет — их надо создать.

Создали. Разоблачили. В результате получили на московских выборах референдум, который сказал силовикам «нет».

А заодно сказал то же самое всему режиму.

Отныне режим перестает выигрывать выборы. Отныне авторитаризм перестает быть электоральным. Он становится просто авторитаризмом.

Юлия Латынина, «Новая газета».