Анатомия бюджетной катастрофы: правительство не понимает, откуда берутся деньги

Почему Латвия годами не может повысить расходы на медицину? Почему нам постоянно говорят, что «денег нет, но вы держитесь»? Почему страна не в состоянии собирать налогов хотя бы столько же, сколько куда меньшая оп размеру Эстония? Захотелось найти хоть пару реальных глаз, которые смотрели бы на налоги и на деньги, которыми распоряжается правительство, трезво. Экономист, независимый эксперт Евгения Зайцева — как раз такой человек.

—Правительство тратит поступления от налогов. Чем оно вообще располагает?

— При разговоре о бюджете и цифрах дохода правительство всегда манипулирует цифрами, пользуясь тем, что мало кто понимает, что такое государственный бюджет Латвии и как ее доходы можно тратить.

Фактически доходы госбюджета на 2016 год запланировано получить в размере 7,4 миллиарда евро, но правительство на все расходы внутри страны может потратить собственных денег только 4,3 миллиарда евро. Еще на разные нужды можно освоить 0,95 миллиарда из еврофондов. То есть на прямые расходы в этом году у правительства есть только 16,5% от плановой суммы ВВП (26,13 миллиарда евро)!

— А где остальные деньги? Где еще два с лишним миллиарда?

— В том–то и дело, что государственный бюджет Латвии состоит из двух частей — государственного основного и государственного специального бюджетов.

В государственный специальный бюджет поступают деньги для государственного социального страхования — и отсюда выполняются выплаты по шести его видам. Главный вид страхования — пенсии по старости. Деньги этого специализированного бюджета правительство не имеет права использовать никуда больше, как только на выплаты социального страхования.

Этот бюджет работает с профицитом (то есть доходы превышают расходы). До кризиса этот бюджет накопил около миллиарда латов и именно за счет этого накопления пережил кризис. И сейчас специальный бюджет живет с профицитом и снова накапливает деньги…

Для нужд правительства есть только деньги государственного основного бюджета, в котором миллиард и более доходов записываются за счет еврофондов (иностранная финансовая помощь). В 2012 году это было 1,195 миллиарда евро. На 2016 год запланировано 947,2 миллиона евро.

Как осваиваются эти еврофонды, мы достаточно хорошо знаем. Например, две недели назад правительство рассматривало вопрос о том, что министерства до сих пор не выполнили план по разработке и принятию правил Кабинета министров, чтобы можно было начать использовать (делить) евроденьги.

Вот так и получается, что честно в распоряжении правительства на все его обещанные расходы — оборону, медицину, образование, культуру, на себя, любимых — есть всего каких–то 4,3 миллиарда евро. А это очень мало — только 16,5% от ВВП.

Именно поэтому уже отставленный, слава богу, министр здоравоохранения, господин Белевичс разрабатывал стратегию, как обойти запрет и включить в «непрофильные» расходы правительства доходы специального (социального) бюджета.

Это самый опасный момент. Если это случится, то наша страна — реальный банкрот.

Правительство, к сожалению, умеет деньги только тратить и не понимает, откуда они берутся…

— В чем причина низких налоговых доходов? В их собирании? Или бюджет сконструирован неэффективно?

— В целом бюджет правильный. Но проблема в том, что сокращается база налогоплательщиков. И государственный основной бюджет, из которого покрываются расходы на медицину, образование, очень маленький.

Основная составляющая налоговых доходов — налог на добавленную стоимость (НДС). А он последние четыре года фактически не растет. Почему? Потому что не растет внутреннее потребление.

Доход по НДС в бюджете — это в основном налог, который поступает от розничной торговли и услуг, от сумм покупок, потребления населения страны и ее гостей. Все остальное — просто крутеж налога.

Проблема в том, что спрос населения не растет. Почему не растет? Зарплата ведь растет. Но разницу человек не тратит на себя, а относит в банк. На покрытие кредитов. Этого Министерство финансов не видит и не понимает.

Начиная с 2012 года включился новый фактор — конец кредитных каникул. То есть с октября 2010 года начался подъем экономики, к началу 2012 года произошла стабилизация, и людям пришлось возобновить свои платежи по отложенным ипотечным кредитным обязательствам. Именно этим четко объясняется тот факт, что при росте зарплаты не растет спрос населения — оборот розничной торговли.

То есть мы сегодня пожинаем плоды безответственности правительства в «жирные» годы, когда правительство ничего не делало, чтобы остановить кредитный бум. Последствия этой близорукости правительства господина Калвитиса Латвия как тормоз для экономического роста будет испытывать еще 10–15, а может, и 20 лет.

Вот так обстоит дело с главным источником налоговых доходов — НДС. Здесь план сбора НДС не выполняется уже два года — 2014–2015 годы. Да и в 2016 году ситуация не лучше.

Но, планируя доходы бюджета, Министерство финансов по–прежнему исходит из роста экономики и роста потребления населения.

Далее на налоговые доходы бюджета влияет тот факт, что опять начался кризис в экономике. Но правительство этого пока не признает в полном объеме и при планировании «играет» с процентами ожидаемого роста ВВП.

Одна из главных причин начала кризиса в экономике — ответ России на санкции ЕС против нее, которые привели к тому, что наше сельское хозяйство с его молоком и производство продуктов питания оказались невостребованными. Они потеряли свои доходы, потеряли российский рынок. Нельзя работать ниже себестоимости.

Сельское хозяйство еще не перестроилось, вернее, у него для этого нет денег. Если бы правительство было поумнее, то оно разработало бы программу и дало крестьянам деньги на то, чтобы они перестроили свои молочные хозяйства и перешли на мясное животноводство. Спрос на говядину в мире колоссальный. А чтобы перестроиться, нужны деньги.

Но государственная система на это денег не дает. Деньги дают только на разные «вадлинияс», которые родились в головах чиновников и их приближенных…

Из–за санкций сократились также наши транспортные перевозки. ЦСУ говорит, что минус 10% за год. Плюс проблемы портов — здесь тоже падают объемы перевалки грузов. И не понятно, почему — только из–за ремонтов на железной дороге или же из–за нашей «твердой» позиции по санкциям…

Латвийские порты пока спасает только то, что мы переваливаем так называемые грязные грузы — уголь, азотные и калийные удобрения. На удобрения в мире хороший спрос.

Третий фактор торможения экономики — эта наша местная самодеятельность или якобы защита национальных интересов. Проект Айнара Шлесерса по выдаче ВНЖ за деньги и недвижимость для иностранцев — это было хорошее экономическое решение. Это решение позволяло оживить строительство, что всегда запускает рост экономики.

А главное, что проект Шлесерса позволял оживить умирающий затоваренный рынок недвижимости. Только процесс пошел и запустились новые строительные проекты, как «национальные интересы» оказались важнее — сначала подняли стоимость необходимой недвижимости, а теперь вообще ввели дополнительный платеж за возобновление ВНЖ…

Что в результате? Строительство остановилось. ЦСУ сообщило, что по итогам первого квартала по сравнению с прошлым годом здесь минус 14%. А это уже кризис, так как это включает цепную реакцию снижения роста в других сферах экономики. Надежды некоторых политиков из правящих партий, что евроденьги этот процесс подправят, несостоятельны, иллюзорны. Строительство дает рост тогда, когда есть спрос, есть покупатели на его продукцию.

Что строят сегодня строители в Латвии? Жилые дома… Так, страна, особенно Рига и ее окрестности, завалена незаконченными и незаселенными домами и поселками. Что еще строят строители в Латвии? Да больше почти ничего. Рига да некоторые другие самоуправления выбивают евроденьги на ремонты школ, детских садов, социальных объектов. Но школы опять будут закрывать…

На дороги деньги нужны, но их дают мало, да и сезон 2016 года уже фактически закончен. Ведь если деньги не дали зимой, то из–за длительной бюрократической процедуры закупки летом дороги ремонтировать не на что…

— Что же нам делать, чтобы поддержать рост экономики?

— Делать надо то, что знает и делает любой нормальный бизнесмен на предприятии, когда падают доходы, — сокращать расходы. Но тут у нас пока есть только печальный опыт.

Первым о необходимости пересмотреть расходы бюджета заговорил господин Шкеле во время своего первого премьерского срока. Результат — в рамках месяца ушел в отставку.

Вторым, вынужденно, по требованию международных кредиторов, о пересмотре расходов говорил премьер Валдис Домбровскис. И, как хороший бюрократ с европейским опытом, организовал процесс под названием «функциональный аудит», что на практике явилось просто фикцией. Сократили фактически только налоговую инспекцию.

А в результате родилась знаменитая книга нашего премьера на английском языке — история «нашего», его успеха. И именно потому он сегодня в еврокомиссарах, а Латвия — на пороге нового кризиса.

Третьей о необходимости пересмотреть расходы бюджета объявила где–то в середине сентября прошлого года премьер Страуюма. До ее отставки оставалось полтора месяца. Правда, она еще потом просидела несколько месяцев как и. о., потому что никак не могли подобрать замену.

Но госпожа Страуюма, как опытный чиновник, поступила умнее — она не только заявила о необходимости пересмотреть (проинвентаризировать) расходы, но и, вероятно, дала соответствующую команду Госконтролю. Результат сегодня налицо — Госконтроль нет–нет, да рапортует, что тут или там нашли то 15, то 40, то 20 миллионов неиспользованных евро.

Как далеко зайдет процесс поиска не используемых в недрах министерств и агентств денег, неизвестно. Этот процесс может быть успешным и длительным только тогда, когда люди при власти, у руля государства хотят навести порядок и твердой рукой вести корабль под названием Латвия дальше.

Пока же наверху настроения странные, и под шумок запустили очередной процесс наезда на налоговую инспекцию, слишком уж прозрачными стали тут схемы НДС «прачечных».

Ну и как собирать налоги, если правительство, политики и Сейм не имеют доверия народа, — неизвестно. Но министр финансов обязала налоговую инспекцию вернуть доверие народа, которое утратили сами правящие…

Виктор АВОТИНЬШ.